Андрей Нехайчик

Мрачная правда о «шведской модели»: названы три ее просчета в борьбе с коронавирусом

Статистика ставит под сомнение оправданность действий властей Швеции, где решили не применять жесткие меры для борьбы с пандемией коронавируса.

Фото Getty Images

В отличие от других стран Евросоюза в Швеции не стали объявлять повсеместный карантин, а ограничились рекомендациями населению. Продолжают работу предприятия, детские садики и даже кафе.

Поначалу в Швеции и за ее пределами было намного больше людей, разделявших мнение о необходимости выработки «коллективного иммунитета», который позволит покончить с коронавирусом. Однако их число стало уменьшаться с ростом количества жертв COVID-19. Тем более при сравнении с соседними странами, закрывшимися на жесткий карантин.

По информации Университета Джонса Хопкинса, на 20 апреля в Швеции было зарегистрировано около 14800 случаев заражения коронавирусом и порядка 1580 смертей.

Это около 150 смертей на миллион населения. При этом в Дании, Норвегии и Финляндии аналогичный показатель составляет соответственно 60, 30 и 17 погибших на миллион.

Ханс Бергстрём, бывший главный редактор шведской газеты Dagens Nyheter и профессор политологии Гётеборгского университета, выступил с критикой властей на международном ресурсе Project Syndicate.

В опубликованном 17 апреля материале под заголовком «Мрачная правда о «шведской модели» политолог пишет, что подход Швеции оказался ошибочным, по крайней мере, по трем причинам.

Во-первых, в любом обществе, даже в шведском, всегда находятся нарушители правил и рекомендаций, что способствует распространению вируса.

Во-вторых, власти только со временем осознали, что заражение может происходить без симптомов. В Швеции звучит мнение, что, например, доступ в дома престарелых ограничили слишком поздно.

В-третьих, не учли особенности современного состава населения Швеции.

– Иммигранты из Сомали, Ирака, Сирии и Афганистана непропорционально сильно представлены в числе умерших от COVID-19. Это объясняют, в частности, недостатком информации на языке иммигрантов. Но, кажется, есть более важный фактор: высокая плотность проживания в пригородах, которая приводит к более тесной физической близости между поколениями, – пишет Ханс Бергстрём.

Впрочем, сам автор отмечает, что говорить о полном понимании последствий «шведской модели» по борьбе с коронавирусом еще слишком рано. В стране остается много ее сторонников. Как и в других странах объективно оценить последствия предпринимаемых мер можно будет только через значительный период времени.

Оцени статью:
1
2
3
4
5
Средний балл - 3.7 (оценок:27)