Александр Старикевич

Арсений Сивицкий: главные соперники Лукашенко на выборах – ККК

Глава Центра стратегических и внешнеполитических исследований Арсений Сивицкий рассказал «Салідарнасці», чего добивается Россия от Беларуси в момент избирательной кампании, почему маловероятна новая сделка между Александром Лукашенко и Кремлем, и насколько обоснованы подозрения в том, что соперники президента работают на Москву.

Фото Сергея Гапона

– Это самая сложная избирательная кампания за всю историю независимой Беларуси. Она проходит в абсолютно новом глобальном контексте: разрушение старого миропорядка, пандемия коронавируса и новая Великая рецессия.

Совокупность этих факторов оказывает максимальное давление на Лукашенко, экономическую модель и белорусское общество. Тем временем российское руководство пытается использовать возникшую ситуацию для продвижения своих интересов в Беларуси.

Кремль играет против Лукашенко и готов поддерживать альтернативные кандидатуры на пост президента.

– В чем это выражается?

– Самое очевидное – это информационная кампания. Москва с удовольствием предоставляет некоторым претендентам на пост президента свои площадки, формально независимые, но аффилированные с Кремлем. Перепадает Минску от российской пропаганды и в связи с эпидемией коронавируса.

Параллельно усиливается экономическое давление. Введен запрет на поставки белорусских нефтепродуктов в Россию. Перекрыты реэкспортные схемы для сельхозпродуктов. Разгорается новый газовый конфликт. Наконец, вновь усиливается политическое давление по вопросу «углубленной интеграции».

Согласитесь, что по отношению к союзнику, тем более, когда у него предвыборный период, так себя не ведут. Если это союзник.

– Чего добивается Россия от нашей страны прямо сейчас?

– Вообще главная цель Кремля – обеспечение геополитического контроля над Беларусью. Поэтому нашей стране навязывают новую сделку по «углубленной интеграции». Но архитектура этого союзного государства принципиально отличается от той, что прописана в договоре от 1999 года.

Выборы могут быть использованы, чтобы привести к власти людей, которые пойдут на требования интеграционного ультиматума. И это не обязательно альтернативные претенденты. Было бы наивно считать, что Россия делает ставку исключительно на оппозиционные фигуры.

В нынешней кампании просматриваются определенные параллели с выборами 2010 года. Так вот, тогда Москва вела переговоры как минимум с двумя высокопоставленными белорусскими чиновниками на предмет их готовности выставить свою кандидатуру против действующего президента и по сути инициировать номенклатурный переворот.

Уверен, что зондируется почва на этот предмет и сейчас. Отставка Сергея Румаса неслучайна. Именно он в последнее время вел переговоры с Москвой, при этом Кремль открыто игнорировал главу белорусского государства. На этом фоне у Александра Лукашенко могли возникнуть определенные подозрения в нелояльности премьера.

Международная ситуация благоприятствует Кремлю: пандемия коронавируса, новая «Великая рецессия», национальный эгоизм смещает фокус внимания многих глобальных и региональных игроков с международных дел на внутренние проблемы. Но только не России, для которой геополитика остается одним из немногих доступных, но эффективных инструментов борьбы с этими вызовами на фоне отсутствия какой-либо действенной антикризисной стратегии.

В Москве, похоже, уже смирились с тем, что Дональд Трамп не переизберется, и потому хотят до момента его ухода, еще в этом году, сделать рывок и застолбить определенные территории, пока Вашингтон парализован из-за разгорающегося политического кризиса и президентской кампании. Это позволит подготовиться к новому раунду конфронтации, который неминуемо наступит, если президентское кресло в США займет кандидат от Демократической партии Джо Байден.

Замена Александра Лукашенко – это задача-максимум для Владимира Путина. А задача-минимум – способствовать новой изоляции нашей страны со стороны Запада, что усилит одностороннюю зависимость от России. Тогда Беларусь будет не только в конфликте с Евросоюзом и США, но и неинтересна Китаю, которому важен выход на западные рынки.

– Но, если уж вспоминать 2010 год, тогда Лукашенко в итоге сам подписал новый пакет интеграционных документов. Что мешает президенту повторить этот фокус сейчас?

– Подписание нынешних «дорожных карт» ведет к утрате независимости Беларуси и монополии Лукашенко на суверенную власть. Это те «красные линии», которые, я надеюсь, президент переходить не собирается.

Глава государства должен понимать, что, даже если он пойдет на сделку с Кремлем, это не гарантирует ему спокойного будущего. Убедиться в этом можно на примере экс-президента Украины Виктора Януковича, который сделал все, как хотели в Москве: отложил в сторону договор об ассоциации с Евросоюзом, отказался от предложения Китая по стратегическому сотрудничеству, в конце концов подписал бумагу с просьбой к РФ ввести войска в Украину…

Закончилось всё тем, что Москва не поддержала Януковича во время переговоров с оппозицией в феврале 2014 года (тогда спецпредставитель президента РФ Владимир Лукин отказался ставить свою подпись под меморандумом между ними), и он был вынужден бежать из своей страны в Россию, и где он сейчас никто не знает. Но политический кризис, который спровоцировал Янукович под давлением Москвы, привел в конечном итоге к военному вмешательству России во внутренние дела Украины.

Поэтому вместо того, чтобы пытаться в одиночку разобраться с Москвой тем или иным образом, Лукашенко стоит договориться с Пекином и мобилизовать поддержку западных стран. Речь идет о заключении новой стратегической сделки с китайскими и западными партнерами в условиях, когда Кремль навязывает абсолютно невыгодную сделку по «углубленной интеграции».

– Считаете, это возможно?

– Парадокс в том, что, если в начале века Запад пытался оспорить монополию Лукашенко на власть, то сейчас это делает Кремль.

Лукашенко после 2014-го смог выйти из внешнеполитической изоляции. На Западе переосмыслили свою белорусскую стратегию и поняли, что гораздо большего можно достичь, работая с президентом, чем с оппозицией, которая мало на что влияет.

Можно сказать, что в нынешней кампании западные страны выступают хотя и неявно на стороне Лукашенко. Но эта поддержка не является безусловной. В случае, если продолжатся репрессивные практики в отношении потенциальных кандидатов и независимых медиа, ЕС пересмотрит свою позицию по вопросу санкций.

Запад является сторонником сохранения суверенитета Беларуси. Это создает предпосылки для, скажем так, взаимопонимания. При правильной стратегии этот кредит доверия можно конвертировать в серьезную политическую и экономическую поддержку. Не будем забывать, что и Китай обуславливает свое более активное присутствие в Беларуси продвинутыми отношениями с западными странами.

– Любопытно то, что Александр Лукашенко обвиняет своих соперников в «работе на Россию», которая официально называется ближайшим союзником Беларуси. Насколько обоснованы эти подозрения?

– В Беларуси практически все ресурсы сконцентрированы в руках действующей власти. Жесткая централизация политической системы не оставляет места для диалога с теми силами, которые имеют иные взгляды. Поэтому те, кто решает бросить Лукашенко серьезный вызов, в любом случае вынуждены искать поддержку извне.

Кроме того, у нас кандидаты в президенты не могут игнорировать фактор России – на сегодняшний день формально главного военно-политического и экономического партнера Беларуси. Поэтому они практически в любом случае будут стремиться установить контакты с Москвой и заручиться её поддержкой.

И уж совсем странно, что претендентов пытаются опорочить связями с Россией. Непонятно, кому адресован этот месседж. Он может подействовать на нас с вами, но вряд ли на ядерный электорат.

На фоне непоследовательной политики по вопросу интеграции с Россией на уровне риторики «рука Кремля» не является дискредитирующим фактором для большинства избирателей. Для целевой аудитории Лукашенко – это серьезный аргумент: такие люди могут эффективно договариваться с Москвой и решать те проблемы, которые нынешний президент уже не в состоянии решить из-за специфической позиции Кремля.

Фото ТАСС

Поэтому свидетельств связи претендентов с Россией будет появляться больше. Вполне вероятна даже определенная конкуренция за право быть «рукой Кремля». Конечно, этому будут сопутствовать оговорки: «с соблюдением национальных интересов», «суверенитет незыблем» и т.д.

Для некоторых претендентов такой союз более, чем естественен. Скажем, Валерий Цепкало еще в бытность послом в США опубликовал в Foreign Affairs в 1998 году очень глубокую полемическую статью о том, как не допустить дестабилизации Евразии после распада СССР.

Главная мысль, которую он проводил: Америка, играя свою партию на великой евразийской доске, должна поддержать интеграционные процессы во главе с Россией, в том числе первое издание Таможенного союза. Тогда Евразию не захлестнут постоянные конфликты, и она поможет США сдерживать растущую мощь Китая.

Конечно, статья почти двадцатилетней давности не может свидетельствовать об актуальных взглядах политика, но геополитические параллели между сегодняшним днем и тем временем можно провести значительные, включая попытки Кремля запустить новый интеграционный проект под названием «Евразийский союз» или «Союзное государство» и разыграть антикитайскую карту на постсоветском пространстве в целях нормализации отношений с США.

Пока претенденты на пост главы Беларуси избегают конкретных ответов на ключевые вопросы. Сейчас они выигрывают в основном за счет президентского антирейтинга, росту которого в последние недели активно способствуют действия силовых структур, официальной медиамашины и других госорганизаций.

Тихановский ориентировался на людей из регионов, которые попали в сложную жизненную ситуацию из-за ухудшения экономических условий. Традиционно они выступали за Лукашенко, но в последние годы чувствуют, что никому не нужны, и потому из сторонников президента все больше превращаются в его противников.

Целевые аудитории Цепкало и Бабарико в целом пересекаются: средний и малый бизнес, «белые воротнички», интеллигенция. Эти два кандидата в перспективе могут обсуждать возможность альянса, чтобы не дробить электорат, а объединить усилия.

Но главные соперники Лукашенко на этих выборах – не Бабарико, Цепкало и Тихановский, а ККК: Кремль, коронавирус и кризис.

– Наша экономическая модель не демонстрировала блестящих результатов и до глобальной рецессии.

– Да, именно поэтому меняются условия социального контракта.

Сначала белорусская власть гарантировала большинству граждан приемлемый уровень жизни, а взамен требовала лояльности.

Но после кризиса 2014-2015 гг. этот общественный договор трансформировался в контракт безопасности: государство на фоне войны между Россией и Украиной «продавало» белорусам военно-политическую стабильность опять же в обмен на лояльность.

Сегодня и это соглашение претерпевает изменения. Власть пытается сделать краеугольным камнем социального контракта сохранение независимого государства.

Фото AFP

Проблема в том, что на фоне очевидного кризиса социально-экономической модели Беларуси руководство не способно создать того уровня благосостояния, при котором массы готовы были бы «платить» за суверенитет. Обещания в течение ближайшей пятилетки удвоить среднюю заработную плату уже не впечатляют.

Многие не понимают, какие дивиденды могут получить от сохранения Беларуси в качестве суверенного государства, и почему нужно отказываться от «плюшек», которые сулит членство в клубе под названием «Российская Федерация». Перефразируя высказывание, которое часто приписывают финскому маршалу Карлу Густаву Маннергейму (по другой версии – финскому политику Вяйне Таннеру), прежде чем призывать к защите суверенитета, нужно создать для людей такой уровень жизни, который они захотят защищать.

Является ли независимость экзистенциальной ценностью для большинства белорусов? Не факт. Наше общество – слишком прагматичное. Его интересуют, а первую очередь, вопросы благосостояния. А, если они не решаются хотя бы на базовом уровне, то вопросы суверенитета, национального языка и других ценностей отходят на второй, а то и третий план.

Так что, ставка на образ «защитника независимости» может не сработать. И это далеко не единственная ошибка, которую допустил в этой кампании Лукашенко. Хотя нельзя исключать и того, что эти ошибки являются следствием саботажа внутри системы.

Наиболее существенная из них, так называемое «ковид-диссидентство», которое, судя по всему, было навязано президенту одной из государственных аналитических структур. Противоречивый подход белорусских властей в борьбе с коронавирусом самым непосредственным образом ударил по ядерному электорату главы государства и нескольким столпам системы, включая пенсионеров, жителей сельской местности и малых городов, медиков, учителей и военнослужащих, испытавших на себе и своих близких негативные последствия эпидемии.

Социологические опросы показывают, что около 70% процентов граждан считают меры, предпринятые властью, недостаточными. Эти значения очень легко могут конвертироваться в протестные настроения.

Тем более, что выборы назначены на момент, когда вокруг и внутри Беларуси складывается наиболее неблагоприятная обстановка. Их можно было провести в 2019-м, но вперед «пропустили» мало что решающее Национальное собрание. Ладно, не предвидели пандемию и глобальную рецессию, хотя последняя уже стучалась в двери. Но, когда гром грянул, выборы можно было сдвинуть на весну 2021-го, использовав фактор коронавируса как предлог.

С учетом особенностей нашей политической системы это не представляло бы проблемы, тем более, что даже ряд европейских государств пошли по такому пути. Из трех главных противников – коронавирус, кризис и Кремль – к будущей весне остался бы только Кремль, который бы наверняка бы завяз в новых разборках с США, пандемия бы закончилась, и началось восстановление экономики.

Впрочем, даже в случае, если бы в экономике все было бы хорошо, это не гарантировало бы Лукашенко популярности из-за психологической усталости от одного и того же человека во главе государства. Уж на что Ли Куан Ю был сверхэффективный менеджер, 31 год являвшийся несменяемым премьер-министром Сингапура, но и он вынужден был уйти в отставку, хотя впоследствии  сохранял свое политическое влияние на различных постах еще 20 лет.

В белорусском обществе появился запрос на новые лица, на активное участие в политических процессах, транзит власти. А руководство страны продолжает действовать так, как будто ничего не изменилось ни в стране, ни в мире.

Я думаю, что единственный способ для Александра Лукашенко выиграть эту политическую битву, – уже здесь и сейчас создавать условия для «обновления» Беларуси, а не ее «обнуления».

Речь идет не только о запуске политических и экономических реформ, но и формулировании нового социального контракта, в основе которого лежит возможность активного участия различных групп и сообществ в принятии решений, разрешении проблем и формирования политик в обмен на политическую лояльность государству.

Оцени статью:
1
2
3
4
5
Средний балл - 3.4 (оценок:142)