Кино
Максим Жбанков

«Пульс»//Барабашки атакуют!

Мы привыкли бояться — ГАИ, самолетов, гололеда и плохого настроения босса. Мы любим бояться — и выбираем горы, бешеные качели-карусели и жуткие книжки в мягких обложках. Более того — мы готовы платить за страх. Потому что благополучным яппи он добавляет в жизнь недостающего экстрима, а рядовых лузеров утешает — оказывается, бывает хуже. Киношный масскульт во многом работает как индустрия страха, исправно поставляя на экраны маньяков, психопатов, мутантов и прочих барабашек. Свежий пример — «Пульс» Джима Соренцо, голливудский пересказ японского первоисточника.

В последнее время американской «фабрике снов» не хватает новых идей. Поэтому безжалостно эксплуатируются давние герои и чужие находки. В 80-х активно перекупались французские криминалы и комедии, в 90-х взялись за испанцев и Гонконг, в начале нового века настал черед японских «страшилок». Всевозможные «Звонки» и «Темные воды» (а также их режиссеры) начали активно внедряться на заокеанской почве, разбавляя поднадоевшую «американскую готику». Вы думали — страшно, это когда громила в кожаной маске машет бензопилой? А вот и нет. Страх живет в видеокассетах, пустых квартирах высотных домов и пропущенных мобильных звонках. Японские страшилки обращаются с нечистью бережно, выпуская ее на экран лишь в самые ответственные моменты. Все прочее время зритель пугает себя сам, истерически визжа при виде тихо поворачивающейся дверной ручки или смутных теней за занавеской ванной.

В этом плане «Пульс» вполне каноничен. Авторы — вслед за создателем оригинальной ленты «Kairo» Кийоши Куросавой — блюдут традиции, честно нагнетая мрачную атмосферу. Нечто туманное набрасывается на юного хакера во мраке библиотеки(!), а потом начинается цепная реакция: университетский кампус буквально вымирает. На этот раз зло приходит из компьютеров — бледные лики глядят с мониторов и просятся наружу. А несчастные юные юзеры рассыпаются в черную пыль, но с упорством маньяков каждый раз отвечают «да» на зловещий вопрос с монитора «Хочешь увидеть привидение?»

Сильная сторона фильма — стиль. Нервная камера, зернистая картинка, сине-черная графика кошмарного компьютерного вторжения, красный цвет как защита от потусторонней черноты, рваные облака в ускоренном режиме проплывающие над захваченным нечистью городом, героиня-блондинка, шарахающаяся от невинной мочалки, ее грёзы, будто украденные из очередного клипа MTV… Все прочее — на порядок слабее. Герои одномерны, а потому скучны (единственное исключение — симпатичная блонда Кристин Белл, чем-то похожая на Нину Перрсон из «Кардиганс»). Сюжет стабильно буксует: половину фильма герои пытаются понять, что с ними происходит (хотя зритель давно врубился), вторую пытаются что-то сделать (и абсолютно безрезультатно), а в финале сообщают, что отныне живут в новом мире (а то мы не поняли). Призраки то грозят издалека, то бросаются на живых. То выкачивают их энергию, то бросают, «не допив». Почему — неизвестно. Один из самых жутких (по замыслу авторов) эпизодов — призрак сладострастно таится в соседней от героини кабинке женского туалета — вызывает неожиданно комический эффект. Сотни рук, хватающих девицу в ее очередном кошмаре, напоминают съемки рядового рок-концертного слэма — и только. Атака призраков по наводке мобильника(!) прерывается при выходе из зоны доступа — и это не может не радовать. Но за реплики типа «они выпивают из тебя жизнь» следовало бы ссылать в тундру без права SMS-переписки.

История не ведет никуда — и оставляет странное послевкусие: сюжета на две минуты, декора на два часа. Вместо добротной страшилки нам впарили полнометражный ролик про вред неразборчивых компьютерных связей. Барабашки не дремлют! Дремлют зрители.

Оцени статью

1 2 3 4 5

Средний балл 0(0)