Анастасия Зеленкова

Портреты. Волчек: «Мы были наивные романтики»

Его жизненный путь закручен не хуже сюжетов фильмов, в которых он снимался. Следователь, мечтавший быть машинистом поезда, а в итоге ставший правозащитником, который играет в кино, — все это про Олега Волчека.

О том, что он видел в Афганистане, почему не смог остаться в правоохранительной системе и каково было после августовских событий сыграть роль командира ОМОНа — правозащитник рассказал «Салiдарнасцi» в спецпроекте «Портреты».

«До сих пор помню этот запах крови»

Олег Волчек родился и вырос в Минске, в простой рабочей семье. Его мама и отчим оба строители, работали в стройтресте.

Школа, в которую пошел будущий правозащитник, он сам характеризует как «рабоче-крестьянскую».

— Там все были дети рабочих. Естественно, учились средне, без особых способностей, — признается Олег. — Сами понимаете, дворовые компании и все такое. И хоть я особо не лез, не дрался, не пил, но как-то был задействован. Тогда мало кто из нас, пацанов, особо тянулся к знаниям.

Впрочем, жизнь так расставила, что троечники не всегда остаются троечниками по жизни. К тому же была у юного Волчека мечта — он с детства хотел стать машинистом поезда.

— С 5-го класса я ходил на детскую железную дорогу, был помощником машиниста, — рассказывает правозащитник. — Полгода мне не хватило до машиниста. Поэтому мне предложили идти в железнодорожное училище на специальность слесарь-механик подвижного состава поезда. Обещали: мол, закончишь училище — и на повышение. Конечно, это был для меня сильный облом. На слесаря я не хотел, но что поделаешь, пошел.

Но и после училища машинистом Волчек не стал. Его тут же забрали в армию.

1985 год. Проводы в армию. Родители Волчека – Александр Засулевич и Ядвига Засулевич (Волчек), бронзовый призер чемпионата мира по гребле на байдарках 1977 года Таисия Лаптева, и друг по спорту Алексей Иванов

— Буквально два месяца я успел поработать в электродепо — и сразу же призыв. А так как я был спортсменом — занимался вольной борьбой и греблей на байдарке, — то мне предложили на выбор: либо в десантники, либо в пограничники, — вспоминает собеседник «Салiдарнасцi». — А тогда была война в Афганистане, и нас запугивали тем, что всех десантников отправляют воевать, особенно если спортсмен. Говорят: лучше просись в пограничники, они, по крайней мере, не воюют. Я и попросился.

Но все получилось с точностью наоборот.

— Нам сказали, что будет секретная группа, и мы поедем на западную границу. Но поезд почему-то поехал на Москву.

Через неделю Олег Волчек был уже в районе города Хорог в Таджикистане, на границе с Афганистаном.

Олег Волчек (справа) принимает присягу. Хорогский погранотряд. Таджикистан. 1985 год

— Как только мы заехали в воинскую часть, парни постарше, загорелые такие, сразу сказали: «Все, вешайтесь! Знаете, куда вы приехали? Нет? Воевать!» Вот так мы и узнали, где пограничники воюют.

Все, что Олег Волчек видел в Афганистане, он описывает словом «ужас».

— Что я и мои ровесники до этого видели в жизни? Школа и все. Это же мальчишки. Да, мы были спортсмены, кичились, что выносливые, но никто ж нас не растил для войны! Это был стресс.

Не раз доводилось видеть и смерть. Попал даже в госпиталь. Правда, не по ранению, а из-за истощения. Заразился каким-то инфекционным заболеванием, которое высушило на 20 килограммов. Организм просто перестал принимать еду — только вода.

— Вот как сейчас люди умирают от пандемии, так у нас умирали от странного истощения, — говорит Волчек. — Не успевали завезти солдат в госпиталь — за 3-4 дня высыхали. Мне один эксперт потом говорил, что на нас тогда могли что-то испытывать. Нам ведь перед приездом штук десять всяких разных вакцин засаживали непонятно от чего. Помню первый день в госпитале. До сих порт стоит этот запах крови, бинтов... Мне так плохо стало, что я на три дня потерял сознание. Организм истощился, а тут еще с убитыми летели, с ранеными, не выдержал.

«Моя зарплата следователя была 50 долларов. Приходилось таксовать»

В Минск Олег Волчек вернулся со стойким желанием осуществить-таки свою мечту. Он поступил в железнодорожный институт на подготовительное отделение. Однако проучился лишь месяц.

— Понял, что физика, геометрия, алгебра — это не мое, — говорит он. — В итоге стал задумываться о гуманитарной профессии. В электродепо, где я работал слесарем, мне подсказали идти учиться на юриста. Говорят: будешь прокурором.

Электродепо «Московское». Минск. 1988 год

Волчек прокурором быть не хотел, но вот работа следователя его вполне привлекала.

— Мне всегда нравилась эта профессия. Все же мальчишки в те времена росли на советских криминальных фильмах про следователей, — объясняет он.

Уже со второго курса юрфака Олег был помощником прокурора Фрунзенского района. А скоро, видя способности студента, ему предложили должность следователя Фрунзенского района Минска.

— Мне нравилась моя работа. Тогда следователь все-таки был следователем. Такого давления не оказывалось, и я был вполне самостоятелен. Расследовал дела, в том числе и против сотрудников милиции, — говорит он.  

Следователь прокуратуры Олег Волчек встречает в аэропорту похищенную девочку Вику Морозову, которую разыскали в Бельгии. 1996 год

Но если в плане самой работы все складывалось, то вот зарплата оставляла желать лучшего.

— Это была середина 90-х. А моя зарплата составляла 50 долларов. Прожить на эти деньги крайне сложно, — вспоминает Олег Волчек. — Поэтому, чтобы какая-то копейка была, негласно выезжал таксовать. Конечно, если бы попался, были бы проблемы — у нас это не разрешалось.

И все же в 1998 году Волчеку пришлось уйти из органов. А началось все с того, что к нему как к депутату горсовета пришли матери ребят, которых задержали и избили на митинге:

— Мне как следователю захотелось разобраться, что же произошло, и кто виноват? Я взял информацию у «Весны», БХК (тогда и познакомился с первыми правозащитниками). Мы провели расследование, и было решение горсовета, что со стороны милиции имелись нарушения и неадекватно применялась физическая сила.

Постепенно он и сам начал интересоваться политикой, стал общаться с Николаем Статкевичем.

— Николай Викторович мне начал что-то рассказывать про социал-демократов. И так все это сразу непонятно было: левые, правые... Я мало что понимал тогда в политике. Хоть и был депутатом горсовета, но как представитель афганского движения, — говорит Волчек. — В итоге пришлось уволиться. Потому что после такого ты уже начинаешь выпадать из системы. В системе ведь нет «я» — только «мы». И тебя либо пытаются поломать, чтобы ты остался, либо сделать так, чтобы ушел.

Уволившись из органов, Олег Волчек вместе с «афганцами»-юристами создал «Правовую помощь населению» и занялся правозащитной деятельностью.

— Думал, изменится ситуация — вернусь в прокуратуру. Тогда и Николай Статкевич, и Виктор Гончар, и я верили, что год-два-три — и Лукашенко не будет, власть поменяется. Да, наивные романтики. Как сейчас понимаешь, каждый год ты ждал, — вздыхает собеседник.

Однако, по его словам, он нисколько не жалеет о том, что ушел из органов.

— Смотришь на своих бывших коллег, анализируешь. Есть генералы, полковники. Им по 50 лет, а что эти люди видели? Они остались в этой системе. Сейчас выступают активно, говорят «мы всех вас найдем». Я никого не осуждаю. Но вот что будут делать их дети, родственники? В какой стране будут жить через несколько лет?  Не исключено, что был бы таким же, если б остался. А так у меня жизнь была! Я писал роман с приключениями.

«Павел Знавец, увидев, в каком я состоянии, говорит: «Вы знаете кого избили? Будущего генерального прокурора!»

Олег Волчек уверяет, что правозащитник — это не профессия, это призвание.

— Когда началась правозащитная деятельность – все эти поездки, конференции, встречи с послами, министрами, президентами, ты чувствуешь, что можешь доносить информацию, к тебе прислушиваются международные организации, ты можешь что-то изменять, — понимаешь важность того, что делаешь, — говорит он.

Встреча представителей Генеральной прокуроры Чехии с юристами из Беларуси. Прага. 2000 год

Конечно, есть и обратная сторона. За это время Олега Волчека неоднократно задерживали, заводили на него уголовные дела, приходили домой с обыском. И тут бывшая профессия следователя часто выручала:

— Знаешь, что говорить, а что не говорить на допросах, как должен по правилам проводится обыск — по крайней мере, каждый раз заставлял соблюдать нормы УПК. Да и с тобой себя ведут по-другому, когда узнают, что ты бывший следователь.

Первое же боевое крещение в качестве оппонента режима Олег Волчек получил в 1999 году, когда его избили после митинга с красноречивым названием «Последний день президента Лукашенко». Тогда Волчек выступил на Октябрьской площади вместе с Виктором Гончаром, Михаилом Чигирем и другими депутатами Верховного совета.

— Мы вышли на митинг. Это была акция, приуроченная к окончанию первого срока Лукашенко, — вспоминает правозащитник. — Я уже догадывался, что за нами идут, это были тихари в штатском. В итоге после акции нас, 12 человек, жестко задержали. Закинули в УАЗИК — впятером, где и вдвоем-то еле-еле. Ну ладно, закинули, так еще и прыснули газовым баллоном — как тараканов дихлофосом. Мы там просто помирали.

После приезда в РУВД задержанных ждала пробежка через «коридор»: выстроившиеся в две шеренги милиционеры от души лупили дубинками задержанных оппозиционеров (да-да, с тех пор мало что поменялось). Затем издевательства продолжились в самом РУВД.  

— Я сказал, что надо соблюдать Конституцию. Тогда три оперативника вывели меня в отдельную комнату и стали избивать. Я понимал, что сопротивляться нельзя. Упал на пол, сгруппировался, орал, конечно. Когда меня вернули в «ленинскую комнату», депутат Павел Знавец, увидев, в каком я состоянии, срочно стал требовать вызвать «скорую». Говорит: «Вы знаете кого избили? Будущего генерального прокурора!»

Против Олега Волчека тогда было возбуждено первое уголовное дело — за избиение милиционера. Впрочем, закончилось оно не так, как могло бы закончиться сейчас. Через два месяца дело прекратили за недоказанностью. Но и жалоба Волчека об избиении сотрудниками милиции тоже «подтверждений не нашла».

— Получалось, что это я, как истеричка, падал у них в «ленинской комнате» со скамейки на пол и бился головой. Все как и сегодня.

Встречи с бывшими коллегами по разные стороны баррикад будут еще неоднократно. В 2006 году Олега Волчека вместе с кандидатом в президенты Александром Козулиным обвинили в избиении милиционера при входе в Национальный пресс-центр в Минске, куда охрана не пускала пройти претендента на пост президента (Волчек был во время выборов доверенным лицом Козулина и руководителем юридической службы).

Дело против оппозиционеров возбудил известный ныне замгенпрокурора Алексей Стук, работавший тогда в Ленинском районе столицы.

Коллеги по партии и друзья приехали в тюрьму поздравить с юбилеем экс-кандидата в президенты Александра Козулина. 2007 год

Подобных эпизодов в жизни правозащитника будет еще много.

Олег Волчек — почетный гражданин городов Пенсакола (США) и Радебойль (Германия) — за юридическую помощь гражданам. Бургомистр Радебойль Берт Вендше предоставил Книгу почетных граждан города. 2004 год

«Уже и билет был. Но до аэропорта так и не доехал. Не смог»

И все же самое большое удивление, у тех, кто только знакомится с Олегом Волчеком, вызывает его кинематографическая карьера. С 2008 года правозащитник регулярно снимается в кино. В основном, российском. На его счету более 50 ролей.

— Мне всегда хотелось сниматься, — рассказывает он «Салiдарнасцi». — Сначала был в массовке, через полгода стали давать малые эпизоды, потом чуть побольше, и как-то так попал в струю эпизодников, хоть и без образования. Пусть материально это сильно не помогло, но вот моральное удовлетворение получаю огромное.

Часто приходилось играть следователей и военных:

— Иногда даже подсказываю некоторые нюансы, когда вижу, что неправильно, например, проводят осмотр места происшествия или обыск. Но, если честно, больше нравится играть врачей. Например, в сериале «Мухтар» было несколько таких эпизодов.

Но самая крутая роль, по признанию правозащитника, у него была в документальном фильме про офицера разведки, контрабандиста и писателя Сергея Песецкого «Любовник Большой Медведицы» — о жизни контрабандистов времен 20-х годов прошлого века.

Олег Волчек в роли разведчика, контрабандиста и писателя Сергея Песецкого в документальном фильме «Любовники Большой медведицы»

Сейчас в связи с пандемией кинопроизводство существенно просело. Последняя роль, которую довелось играть Волчеку, была год назад — командира ОМОНа. На вопрос, как он согласился на такое после августовских событий, уточняет:

— Так это ж российского ОМОНа. Наша задача была задерживать тех, кто продавал наркотики. Да и вообще надо понимать, что это лишь игра, образ в кино. Хотя иногда бывают и курьезы. Как-то довелось играть отца, который удочерил девочку. И потом у меня все спрашивали, как там моя приемная дочь? Я сразу все никак не мог понять, о какой дочке идет речь? Говорят: ты вообще молодец, редкий мужик возьмет чужого ребенка, — рассказывает Волчек.

Сегодня правозащитник старается жить полной жизнью и радоваться каждым моментом, несмотря на происходящее.

— Многие спрашивают, почему не уезжаю? Я считаю, что, как бы тебе плохо не было, родина есть родина. Да, никто не застрахован от обыска, задержания. Но бояться тоже не вижу смысла. Вот как уехать и даже на могилу к отцу и матери не прийти? — говорит он. — Знаете, я как-то давно хотел уехать. Серьезно собирался в Штаты к друзьям, когда совсем притеснила власть. Даже билет был. Но я до аэропорта так и не доехал. Ночью, когда дремал в автобусе до Москвы, увидел знамение Богородицы — в аэропорту я не смог двинуться на самолет. Ноги сами повернули обратно домой. Понимаю: не твое это.

В том, что сейчас происходит, Олег Волчек видит особый смысл:

— Я раньше не мог понять, почему великий пророк Моисей 40 лет водил евреев по пустыне, а сейчас понял. Пока мы из рабов не сможем вытравить рабство, вырастить новое поколение, мы не сможем построить независимое государство. Значит, нашему народу нужны были эти 27 лет. А может, и больше, кто знает. Человек сам должен прийти к осознанию, что он личность, что у него есть права. Пробуждение рано или поздно придет.

Оцени статью:
1
2
3
4
5
Средний балл - 5 (оценок:90)