Комментарии
Александр Старикевич

Монстр против «Левиафана»

Нашумевший фильм Андрея Звягинцева обвиняют в «очернении российской действительности».

Близкий к Кремлю политолог Сергей Марков считает, что «Левиафан» – «антироссийский политический заказ». И подобных мнений – «тухлая ложь», «поганая клевета» – в рунете можно обнаружить больше, чем чешуек у легендарного библейского чудовища.

Даже некоторые здравомыслящие люди, упоминая о «Левиафане», говорят о наборе обязательных клише: пьяная Россия, катящаяся в пропасть, уроды-чиновники, нехорошая православная церковь...

Выскажу иное мнение: достаточно сильный фильм Звягинцева всё же правильнее было бы назвать «Лайтвиафан» – облегченной версией российской действительности.

Аккурат к премьере поспел дивный сюжет, в котором слились воедино темы пьянства и попов.

К показанному остается добавить, что Владимир Гаврилов – далеко не единственный представитель РПЦ, отличившийся подобным образом. Достаточно вспомнить иеромонаха Илию, который в Москве на «Мерседесе Гелендвагене» сбил насмерть двух рабочих и скрылся с места ДТП, игумена Тимофея, в пьяном виде протаранившего два автомобиля в центре российской столицы, и далее по списку.

На этом фоне архиерей из «Левиафана», культурно выпивающий с коррумпированным мэром и оказывающий ему духовное покровительство, выглядит практически рекламой РПЦ.

Если брать сюжет фильма в целом, то он тоже меркнет перед российскими реалиями. Далеко ходить за примерами опять же не надо: в городе, где снимали «Левиафан», тремя годами ранее бизнесмен застрелил мэра, его зама и покончил с собой.

Опять же история автослесаря, которого лишили дома и упрятали в тюрьму, может впечатлять до тех пор, пока не вспомнишь о массовых убийствах в станице Кущевская, совершенных бандитами, сросшимися с властями. Да собственно почти в любой криминальной программе российского ТВ можно увидеть беспредел куда покруче, чем в «Левиафане».

Так отчего же взбеленились «патриоты»? Проблема в том, что «очные ставки» и «чистосердечные признания» – это продукция для внутреннего потребления. А «Левиафан» вышел далеко за пределы России, которая, как и 200 лет назад, остается «страной фасадов»: «Неважно, что у нас творится на самом деле, важно, как мы, великие, себя преподносим внешнему миру».

Настоящий Левиафан сейчас показывает зубы на востоке Украины. Монстр, всплывший из самых темных глубин российского общества, уже забрал тысячи жизней. И это «кино» несопоставимо страшнее. Но финал нынешнего идолища можно увидеть в фильме Звягинцева.