Менеджер PandaDoc о пребывании на «Володарке»: «Начиная с обеда, я ждал, когда женская камера начнет петь»

Виктор Кувшинов, который провел в неволе почти год, опубликовал воспоминания о заключении.

Менеджер по продукту PandaDoc Виктора Кувшинова задержали 2 сентября 2020 года после обыска в PandaDoc.
На него было заведено уголовное дело по статье 210 пункт 4 (хищение путем злоупотребления служебными полномочиями, совершенное организованной группой либо в особо крупном размере).

 

Виктор Кувшинов был признан политзаключенным. Вышел на свободу в августе 2021-го.

— Я много путешествовал, несмотря на пандемию. С сентября 2020-го по август 2021-го мне довелось пожить в шестнадцати разных комнатах. В некоторых я останавливался не больше чем на сутки, в других жил неделями-месяцами, а в одной провел практически полгода.

Но отдельно в этом ряду стоит комната, в которой я оказался год назад — в начале декабря 2020-го. И хотя впоследствии (уже в другом городе) мне довелось еще раз пожить в комнате такого же типа, первый опыт всегда особенный. Да и по атмосферности эта комната сильно выделялась на фоне остальных. Как только я переехал из этой комнаты и вновь получил доступ к своим личным вещам, я записал некоторые события и свои наблюдения. Возможно, кому-то это покажется небезынтересным.

***

Третье декабря 2020-го года, примерно пять часов вечера.

Комната с очень интересной кубатурой и интерьером: ширина около одного метра, длина и высота комнаты метра по четыре. Пенал. Бетонно-каменный, надежный. Яркий белый свет от лампы дневного света. Маленькое окошко с решеткой под самым потолком.

Ни один швед со своей IKEA и практичностью не смог бы организовать пространство тут лучше. В конце комнаты на двухступенчатом пьедестале расположен санузел. Унитаз, изобретение советской инженерной мысли, вмурован в пол, образуя с ним ровную поверхность. Это решение позволяет визуально облегчить восприятие пространства. На метровой высоте над ним — многофункциональный краник. Это и слив, и место для мытья рук и чистки зубов, и набора питьевой воды, и прочее. All-in-one. Очень удобно, так как не нужно никуда ходить.

Спальное место в виде деревянного щита, обрамленного металлом, встроено в стену. На время бодрствования, в сложенном положении, фиксируется навесным замком. Кроме этого — полустул в виде полукруга и такого же размера столик с металлической ромбовидной окантовкой на прутьях прикреплены к стене. Все это выкрашено в теплый бордовый цвет.

Безопасное нахождение в этой комнате обеспечивается камерой наблюдения на потолке и оргстеклом, встроенным для внешнего наблюдения в надежную металлическую дверь.

Ничто не отягощает быт. Из личных вещей — кружка, мыло, полотенце, зубная щетка с пастой и туалетная бумага. Одежда — удачного кроя черная тряпичная куртка и штаны. Постель — на ночь. Больше ничего.

***

Первый вечер помню плохо, а вот ночью не спалось, переполняли впечатления.

С утра — разбитость. Нужно отвлечься. На стене — пример доклада, требования по соблюдению режима и расписание. Несколько раз повторил доклад, вроде помню. Начал учить требования. Нет, бред какой-то.

Стал вспоминать стихи. С прискорбием пришлось отметить, что стихов я помню мало, даже отрывками. С песнями вышло немногим лучше. Как же так? Мысли путаются. Мелодии. С ними интереснее.

Выяснилось, что мелодии можно не только напевать, но еще насвистывать, натоптывать и настукивать. Можно еще нахлопывать и прочее, но я остановился на первых четырех методах. К тому же, их можно удачно сочетать, но не более трех из четырех одновременно.

***

В соседней комнате женские голоса, около десяти. Значит, это женский корпус. Вечером поют. Один голос явно ведущий, выделяется. Сильный и глубокий. Репертуар разнообразный, включающий в себя довольно неожиданные произведения. Поют «Коня». Чувствуется, что не первый раз, вкладывают смысл в слова.

Сяду я верхом на коня,

Ты неси по полю меня.

По бескрайнему полю моему,

По бескрайнему полю моему.

Дай-ка я разок посмотрю —

Где рождает поле зарю.

Ай, брусничный цвет, алый да рассвет,

Али есть то место, али его нет.

***

Удивительная комната. Вещи в ней приобретают дополнительный смысл. Например, еда. Еда в этой комнате является не только источником питательных веществ, но и важнейшим источником тепла. Во-первых, она горячая. Во-вторых, организм начинает работать и выделяет тепло. Чем больше ешь, тем дольше греет. Поэтому есть нужно, даже если и не хочется.

Или уборка. В закрытой комнате с минимальным количеством вещей и происходящих событий мусор генерируется медленно. Но два раз в день, по расписанию, ты получаешь инвентарь для влажной уборки. И это всегда приятное событие, так как добавляет разнообразия и осмысленности. Результатом уборки является не только чистый пол, но и приподнятое настроение.

***

Пол. Цементный, с вкраплениями камней разных цветов. В основном белые, черные, оранжевые и желтые. Некоторое наблюдение позволило сделать неожиданное открытие.  Распределены эти камни не случайным образом, а во многих местах, вкупе с углублениями и изъянами, образуют, завуалированные на первый взгляд, выполненные в разной стилистике рисунки.

Вот девочка с сумкой в руках, вот робот со странно выпученными глазами. Еще мамонтенок из мультика и какая-то африканка с кувшином. А тут — Наполеон с папирусом в высоко вытянутой, указующей в путь руке. Мастер, работавший над полом в этой комнате, изрядно потрудился. Жаль, его талант вряд ли получит признание, а массы не познакомятся с его произведениями. Но, может, он этого совсем и не искал, исповедуя идею Пастернака о творчестве для самоотдачи, а не для шумихи и успеха.

К черту, мне нет до него никакого дела.

***

Вечером в соседней комнате опять поют. Поют каждый день. И уже начиная с обеда, я жду, когда они начнут петь. Это стало приятным ежевечерним событием.

***

Маленький черный паук. Паук — это хорошо, это гораздо лучше, чем таракан. Да и как бы то ни было, а вдвоем веселее. Но нужно имя. Петя! Паучок Петя. Это очень смешно, да и ему подходит.

Вообще, мне было рекомендовано, помимо прочего, следить за тем, чтобы паутины в комнате не было, если я не хочу продлить свое проживание в ней. А я не хотел, и я следил. Но эта паутина в укромном месте, ее можно сохранить. Тем более раньше мне не выпадало возможности заниматься наблюдением и изучением поведения пауков. А это оказалось весьма занимательным делом.

***

С каждым днем ноги гудят все больше. В уме отсчитываю шестьдесят секунд, на пальцах — сколько раз я прохожу комнату. Двадцать три. Двадцать три раза в минуту или 1380 раз в час. За вычетом пьедестала, доступно примерно три метра. Получается 4140 метров за шестьдесят минут.

Как бы ни был привлекателен мой бордовый полустул, сидеть на нем хоть сколь долго невозможно. Да и остывать нельзя. По моим оценкам, в день из шестнадцати часов бодрствования я хожу порядка двенадцати часов. Но это с учетом прогулки. А прогулки я люблю. Дают теплый синий тулуп, можно согреться. И, конечно, видно небо, хоть и в клеточку. Иногда с криком пролетают белые чайки. Даже пахнет морем.

***

Стены. В моей комнате они не были ровными. Реализованы интересным, достаточно редко встречающимся методом накидной штукатурки. Лет десять назад выкрашены в белый. Местами краска облезла, приобрела желтый оттенок и разного рода подтеки. Из-под белой пробивается зеленая краска. Видимо, когда-то эта комната была приятного темно-зеленого цвета.

Несмотря на изобилие и многообразие форм на стенах, кроме черепов и подобия малоприятных созданий, хорошего на них ничего не просматривается. Поэтому от созерцания стен, в особенности на ночь, решено отказаться.

***

На полу еще есть кит и дельфины. А еще единорог, обнимающий странно ухмыляющегося черного кота. Меня злит его ухмылка. А что, если все эти рисунки на полу как-то связаны… Может, это современная интерпретация библейского мотива про потоп? Но почему тогда именно Наполеон?

***

Гаснет свет. Кромешная темень и тишина. Странное ощущение, ведь я не видел темноты уже несколько месяцев. Глаза привыкают. Нет, стул на месте. Окно все-таки немного пропускает свет — на стенах россыпь легких диагональных полос.

В соседней комнате поют и смеются. Потом опять становится тихо.

В другой комнате кто-то громко и странно кашляет. Сильно стучат в дверь ногой. Приходят люди с фонариками. Что? Приступ астмы. Зовут врача. Врач ничего не может сделать через кормушку в двери. Обсуждают, что при таких обстоятельствах, по инструкции, открывать дверь нельзя. Но, все-таки открывают. Уводят. Опять тихо…

Гремит тележка с посудой. Обед. Значит, около часа дня. Темнота позволяет полностью сфокусироваться на вкусовых качествах еды. Meaningful eating. Ем неспеша, думая о том, кто и как выращивал, собирал, хранил, доставлял и, наконец, готовил. Длинная и сложная цепочка. И все это для того, чтобы я сейчас мог поесть, поразительно. Щи вкусные, а главное — горячие.

Кто-то из соседей, демонстрируя эрудицию, прокламирует:

— Мы все еще живем во тьме, бл***, но свет вскоре воссияет!

Что ж, посмотрим.

***

Карцер. При всех преимуществах, не берусь рекомендовать такое времяпрепровождение. Если сразу сюда, то можно и забалдеть. Лучше постепенно погружаться в белорусский мир оптимизированных свобод.

Декабрь, 2020

Следственный изолятор №1

г. Минск, Беларусь

Оцени статью:
1
2
3
4
5
Средний балл - 4.9 (оценок:14)