Елена Якжик
Как меня задержали в Рыжковичах

Аккуратный небольшой зеленый коттедж, в котором живет жена президента Галина Лукашенко, от фото- и видеосъемки охраняют представители взвода по охране спецобъектов. При себе, по крайней мере, один из них имеет табельное оружие.

В Шклов меня отправили по редакционному заданию: в нескольких километрах от города, в поселке «Молодежный», по указу главы государства оперативно строится первый в Беларуси завод газетной бумаги. Так вышло, что утром 12 июня единственное маршрутное такси, которое довозит до поселка, сломалось, а у водителей автобуса была пересменка. Поэтому от остановки, расположенной в центре Шклова, вместе с местными жительницами я отправилась на стройку пешком.

Прогулка была занимательная, поскольку по пути женщины-пенсионерки рассказывали о жизни в районе. Например, что с нетерпением ожидают, когда построится завод в «Молодежном» -- тогда транспорт туда будет ходить без перебоев. Или, что в поселке горячая вода бывает только в отопительный сезон, а в самом Шклове ее включают на несколько часов и только три раза в неделю (в этом я убедилась в гостинице, где ни вечером в понедельник, ни утром во вторник, горячей воды не было). Или, что в начале сентября в Шклове состоится праздник, по размаху подобный на «Дожинки» -- День письменности, и поэтому многим жителям за государственный счет красят заборы и крыши домов.

До Рыжковичей я дошла лишь с одной их спутниц. Женщина поинтересовалась, видела ли я дом жены президента. В ответ на мой отрицательный ответ, она сказала, что мы как раз будем проходить мимо, и я смогу его сфотографировать.

-- Вы общались когда-нибудь с Галиной Лукашенко? -- поинтересовалась я.

-- Конечно. Также как и с вами. Очень добрая женщина. Ее здесь уважают, -- ответила собеседница.

-- И что, она часто ходит домой пешком?

-- На работу и с работы ее возят на машине. Но несколько раз я видела, как она прогуливалась из церкви домой. А вот здесь она и живет.

Женщина указала на небольшой двухэтажный зеленый коттедж. Рядом с ним, по ее словам, стоит баня.

Это здание я и сфотографировала несколько раз. Однако, как только мы прошли мимо, меня окликнули. Молодой человек в штатском, который представился прапорщиком милиции, представителем взвода по охране спецобъектов Михаилом Парфеновым, сообщил, что съемка этого здания запрещена, после чего провел меня для выяснения личности и обстоятельств на пост (примерно в тридцати метрах от дома жены президента).

Там он повторил, что дом охраняется законом, попросил выложить фотокамеру на стол, предоставить документы и, переписав данные в журнал, показал напарнику – представителю отдела внутренних дел Шкловского райисполкома Александра Борисевичу, -- мои паспорт и удостоверение «Салідарнасці». «Звони в комитет», -- прозвучало в помещении, после чего Михаил Парфенов, у которого на поясе я увидела табельное оружие, вышел на улицу звонить.

Люди из «комитета» приехали примерно через 20 минут. Один – усатый дяденька – остался сидеть в машине, за рулем. Второй появился внутри здания поста. Расспросив о цели и дате моего визита в Шклов, места ночевки и т.д., он распорядился, чтобы эти объяснения записали.

Мои вопросы о том, какое ведомство он представляет, мужчина игнорировал. У меня же потребовали перечисления и места прописки, и места проживания, и даже образования. В объяснительной я указала, что перед домом супруги президента нет вывески, указывающей, что его снимать запрещено. Тем не менее сделанные кадры пришлось удалить. «А танк вам зачем?», -- спросил «комитетчик», указывая на фотографию с танком, который установлен возле местной гимназии.

-- Вы бы приехали по нормальному, обратились бы в идеологический отдел исполкома. Тогда бы вас на экскурсию и сюда свозили и даже в Александрию, -- сказал он.

Так мы расстались. Однако примерно через километр их автомобиль преградил мне дорогу. И снова появился этот человек. Он начал твердить, что деятельность нашей газеты приостановлена, и поэтому я не имею права здесь заниматься журналистикой. В частности, «ни общаться с людьми, ни снимать что бы там ни было».

На мои доводы, что я, являясь представителем Белорусской ассоциации журналистов и зарегистрированного в Министерстве информации издания, могу выполнять свои профессиональные обязанности в любой точке Беларуси, «комитетчик» не реагировал. По ходу этой нервотрепки на вопрос, кто же все-таки он, прозвучало: считайте, что из общего отдела исполкома. В итоге уже я была вынуждена проигнорировать этот бессмысленный диалог, попросту обойти его и направиться вперед. Мои «собеседники» развернулись и уехали.

Уже в обед, когда информация для репортажа со стройки завода была собрана, и я направлялась в сторону шкловского автовокзала, меня остановил участковый. Показав свое удостоверение, он сказал, что прошла разнарядка, в которой указано, что в городе находится журналистка, которая незаконно снимала дом жены президента, и попросил меня показать сделанные мною фото.

Напоследок участковый поинтересовался, когда я уезжаю. «Иду с вещами на автовокзал» -- на том и попрощались.

Репортаж со шкловской «стройки века» читайте на сайте “Салідарнасці” в четверг, 14 июня.

Оцени статью:
1
2
3
4
5
Средний балл - 5 (оценок:1)