Эволюция зла: «сахарная мафия» и ее корни

Экономист Ярослав Романчук считает, что объем «серой» экономики в Беларуси составляет как минимум 30% ВВП.

Фото euroradio.fm

– Золотые слова главы «Белгазпромбанка» Виктора Бабарико: «В основе государственной экономики лежит коррупционная составляющая. Это первое и самое основное. Чем больше в стране госпредприятий, тем сильнее коррупция. А второе, как быть этому бедному человеку на госпредприятии, несущему ответственность за сотни миллионов долларов активов и принимающему важные решения при зарплате условно в тысячу долларов?».

Слова популярного белорусского банкира близки по смыслу к мнению Генеральной прокуратуры Беларуси, высказанной в декабре 2019 года во время одного из судебных заседаний по делу медиков или т.н. минздравгейту, – пишет Ярослав Романчук. – В организациях, подчиненных Министерству здравоохранения, 12 лет существовали коррупционные схемы — «коррупцией была пронизана вся вертикаль».

Взятки принимали те, кто должен пресекать такого рода преступления, а взяткодатели не опасались быть облеченными, передавали деньги как должное.

Коррупция, взятки, откаты, мошенничество и даже мафия. Вот такая горькая правда о состоянии системы управления белорусской экономикой. Это плоды сверхцентрализации политической власти в режиме тотального доминирования государственной собственности, отсутствия механизма сдержек и противовесов, острого дефицита независимости судебной власти, а также полной зависимости контрольных органов от исполнительной власти.

Издержки для Беларуси от широкого распространения коррупционных схем огромны. Вот одна из консервативных оценок. При ежегодном объёме государственных закупок, госзаказа в $7 – 8 млрд. сумма откатов/взяток составляет 20 – 25% или $2 – 2,5 млрд.

Доступ к этим деньгам имеет очень узкий круг людей, каждый из которых перед назначением на должность проходит полный контроль, а также получает личное одобрение Лукашенко. Это руководители и их заместители республиканских и местных органов власти, концернов, государственных монополий, крупных государственных банков, силовых и контрольных структур, а также тех коммерческих структур, которые работают под крылом министерств, ведомств, концернов и исполкомов. Всего таких около трёх тысяч человек.

Они – реальные бенефициары созданной системы распределения денег на госзакупки, а также управления государственной собственностью, которая составляет 70 – 80% всех ресурсов и активов страны.

Объем «серой» экономики в Беларуси – как минимум, 30% ВВП. Едва ли он будет меньше, чем в Польше и странах Балтии. Это ещё ежегодно около $17 – 20 млрд. Сюда входят разные потоки товаров и услуг. Объем коррупционной ренты – $3 – 5 млрд.

Ее получателями являются, в том числе три тысячи вышеупомянутых VIP-коррупционеров, а также ещё около пяти тысяч представителей разных структур, организаций и институтов управления, распределения и контроля.

Третья существенная статья подпитки коррупции – государственные инвестиционные и инновационные программы. Это коммерческие проекты, где руками распорядителей и потребителей чужого идёт освоение бюджетных ресурсов, а также денег и активов государственных коммерческих организаций.

Здесь в частные закрома, зарубежные счета, валтный кэш, недвижимость ежегодно попадает $1,5 – 2 млрд. Получается, что теневики, организаторы и активные участники коррупционных схем Беларуси ежегодно канализируют себе лично ~ 13 – 15% ВВП Беларуси. Этих денег хватило бы для оплаты пенсий и финансирования всего образования страны в течение года.

В ситуации резкого ухудшения условий торговли с Россией белорусскому руководству надо было бы заняться коррупцией не столько по этическим соображениям, сколько для получения дополнительных легальных доходов бюджету и коммерческим организациям.

Это работа не МВД/КГБ/КГК/СК, а Лукашенко и его правительства. От того, что стрелочники и отдельные исполнители коррупционных схем сядут в тюрьму, сама система не будет ликвидирована. Если даже БТ/ОНТ говорят открыто, что у нас мафия – сахарная – то дела, действительно, сильно запущены.

Вот закончились суды над участниками минздравгейта. Схемы управления и распределения ресурсов при центральном месте Министерства здравоохранения не изменились. Спрут стряхнул с себя тех, кто попался, и, как ни в чём не бывало, продолжает освоение ресурсов налогоплательщиков.

Вот начался суд над государственным секретарём Совбеза Андреем Втюриным, экс-гендиректором «Белтелекома» Сергеем Сиводедовым и бывший председателем правления Белорусского межбанковского расчетного центра Феликсом Касперовичем. Дело связистов и финансистов – всего 16 обвиняемых. Кому-то дадут больше, кому-то меньше, но изменятся ли механизмы управления, режимы движения потоков в Белтелекоме и системе связи в целом?

Едва ли, потому что государство было и остается в одном лице законодателем, распорядителем, финансистом, регулятором и контролёром. Жесточайший конфликт интересов пронизывает сферу медицины и связи. Впрочем, как все другие сектора экономики.

Возьмем скандальное сахарное дело. Арестовали четырех директоров белорусских сахарных заводов. Генпрокуратура и КГБ скупо, но всё же прокомментировали, что эти «красные директора» – всего арестовано 11 человек – подозреваются в участии в мошеннических схемах, «которые заключаются между нашими руководителями предприятий и контрагентами, в основном российскими». Одно дело задержать исполнителей, другое – разрушить схематоз.

Понятное дело, что при всем значении и весе директоров сахарных заводов они сами по себе никогда бы не создали структуру, которая де-факто стала монополистом по продаже белорусского сахара за рубеж.

Чтобы разбить в пух и прах сахарную мафию, нужно разрушить её основу – государственный монополизм и те органы, которые имеют в своих руках функции нормотворца, коммерсанта, регулятора и контролера.

В данном случае речь идёт о двух структурах: Белгоспищепром и его формальном кураторе в лице Министерства сельского хозяйства и продовольствия. Это мощнейшие лоббисты Беларуси, которые на протяжении более 20 лет успешно ежегодно осваивают миллиарды долларов налогоплательщиков.

Интересной фигурой для сахарного дела является Иван Иванович Данченко. С 2006 по 2012 гг. этот товарищ возглавлял Белгоспищепром. Именно при нем, в 2007 году, была создана ООО «Белорусская сахарная компания», которая де-факто получила полный контроль над внешнеторговой деятельностью всех четырех сахарных заводов Беларуси.

Инсайдеры говорят, что именно его заслуга в том, что четыре сахарных директора встретились и договорились о схемах работы.

Иван Иванович умело и кропотливо шел вверх по служебной лестнице, увеличивая масштабы своей регуляторной деятельности. В 2001 году он был назначен председателем Волковысского райисполкома Гродненской области, через год уже стал первым заместителем председателя – председатель Комитета по сельскому хозяйству и продовольствию Гродненского облисполкома, а с 2004 года – помощником президента Беларусь – главным инспектором по Брестской области.

Головокружительная карьера для зооинженера, который стал одним из самых мощных агролоббистов страны на должности главы Белгоспищепрома. Он умело уживался с разными премьерами, помощниками президента, руководителями силовых и контрольных структур. В 2012 году Данченко возглавил СОАО «Коммунарка» и продолжает ею руководить.

При этом он не забывал и не разрывал связей со своим детищем – Белорусской сахарной компанией, которая, по предварительной оценке КГБ, «стала ширмой для коррупционной схемы, ее использовали для личной выгоды». Дело в том, что эта коммерческая структура стала эксклюзивным продавцом продукции «Коммунарки» на территории России.

В 2019 году Иван Данченко предпринимал активные попытки создать еще одну – конфетную монополию на базе «Коммунарки». В конфетный холдинг должны были войти все производители сладкой продукции на территории Беларуси. Это давало бы руководителям «Коммунарки» огромные возможности по канализации ресурсов, активов и денег не только конечной продукции, но всего сырья, оборудования, комплектующих, а также самых разных услуг при производстве сладостей.

Нащупать и материализовать свои интересы на рынках с ежегодной емкостью более чем миллиард долларов белорусские «красные директора» и их номенклатурные кураторы научились давно.

При этом  Данченко, как и разные министры сельского хозяйства, руководители Белгоспищепрома, а также кураторы данного сектора экономики на уровне вице-премьера продавливали свои идеи развития сахарного, конфетного и иных дел под благородным видом импортозамещения, борьбы с посредниками, оптимизации системы управления издержками, улучшения качества и популярности белорусской продукции на рубежом, а также увеличения вклада сельского хозяйства в рост экономики страны в целом.

Гладко было на бумаге, но Данченко сотоварищи, соучастники и кураторы сахарных схем забыли про издержки монополизма и риски коррупции. Или таков были их изначальный план? В результате его реализации белорусская экономика опутана опасным, разорительным схематозом, в котором рука об руку работают номенклатурные и силовые начальники, а также руководители государственных и частных коммерческих структур.

Пусть следствие установит меру и степень ответственности всех исполнителей, участников, архитекторов и идеологов сахарной мафии. Пусть такие же действия будут совершены в отношении всех секторов белорусской экономики.

Ясно одно. Если не ликвидировать Белгоспищепром, радикально не изменить функционал Минсельхозпрода и не изменить структуру собственности в аграрном бизнесе, сахарная и любая другая мафия легко заменит исполнителей провалившихся схем, представит публике красивые планы по исправлению ситуации, даже проведёт PR-кампанию в СМИ.

Но порочная, продажная суть такой системы управления никуда не денется.

Для всей Беларуси большой вопрос, кто нанёс стране больший ущерб, директор сахарного завода с его взятками и откатами или руководитель министерства/концерна, который придумал и пролоббировал создание коммерческих структур, организацию сектора экономики так, что она не могла не породить коррупцию и деградацию.

Фигуранты «сахарного дела» попросили отпустить их. Они готовы грузить навоз

Оцени статью:
1
2
3
4
5
Средний балл - 4.8 (оценок:91)