В мире

Зачем украинцев из зон боев продолжают отправлять в Россию?

По данным уполномоченной Верховной Рады Украины по правам человека Людмилы Денисовой, Россия вывезла на свою территорию более 1,3 млн украинцев, включая более 232 тысяч детей. Денисова называет эти действия «принудительной депортацией».

С ней согласен советник мэра Мариуполя Петр Андрющенко. Он опубликовал видео того, как российские власти «эвакуируют» людей из Мариуполя, и подчеркнул: людей заставляют садиться в автобусы и только при посадке сообщают, что будут везти в фильтрационный лагерь в Безымянном Новоазовского района, а затем в РФ.

На видео, по его словам, видно, что автобусы и сами люди окружены российскими военными с автоматами, а люди явно напуганы. Оставить место так называемой эвакуации российские военные не разрешают, подчеркнул Андрющенко.

В интервью Настоящему Времени советник мэра Мариуполя заметил, что в случае его города российским военным, очевидно, «не нужно такое количество населения в городе».

– С другой стороны, у них в России куча регионов, которые испытывают демографический, экономический кризисы. Мы прекрасно понимаем и по карте расселения мы видим: в Москву или в Питер там никто никого не везет. Это Дальний Восток, Астрахань, Пенза, Курск – там, где жизнь гораздо тяжелее, чем в Украине. Фактически везут достаточно дешевые рабочие руки к себе. И таким образом восполняют демографический баланс.

— Мариуполь уже под контролем российской армии, боевых действий уже нет. Почему из города по-прежнему вывозят людей?

— На этот вопрос есть очень простой ответ. Отсутствие боевых действий в городе не означает наличия нормальной жизни, это не стимулирует продолжать свою жизнь там.

Во-вторых, есть еще немаловажный момент. Мариуполь оказался очень недружественным к оккупации. И людей, которые хотят покинуть оккупированный город, много, десятки тысяч как минимум. Люди пытаются вырваться из города.

А для чего мариупольцев вывозят русские – нам тоже понятно. Какое может быть будущее города, для чего он им нужен? Им не нужно такое количество населения в городе. А, с другой стороны, у них в России куча регионов, которые испытывают демографический, экономический кризисы.

Мы прекрасно понимаем и по карте расселения мы видим: в Москву или в Питер там никто никого не везет. Это: здравствуй, Дальний Восток, здравствуй, Астрахань, Пенза, Курск. Там, где жизнь гораздо тяжелее, чем в Украине. Фактически везут достаточно дешевые рабочие руки к себе. И таким образом восполняют демографический баланс.

— А уехать потом оттуда, из России, вывезенные могут?

— Уезжают. Но это же не свободное перемещение – взял и уехал. Отъезд связан с целым рядом вопросов. Спасибо полезным русским, которые остались в стране, которых можно считать тонкой прослойкой нормальных россиян, которые помогают нашим мариупольцам. Их очень мало, но они есть. Спасибо авторитарному режиму в части его сумасшедшей бюрократической машины.

Но нужно иметь силу воли, чтобы оттуда рвануть. И с этим есть проблемы. Вы же понимаете: люди уехали из Мариуполя, и после всего психологического издевательства им иногда очень тяжело. Но поток людей, которые выезжают из России, несопоставимо мал с потоком, который туда въезжает.

— По вашей информации, есть те, кто добровольно едет в Россию, сколько таких людей?

— Я не сказал бы, что их много. Их сложно посчитать, но они есть, как и есть коллаборанты. Но из общего процента украинцев, которые попали в Россию, их точно не больше 10%, это не определяющий фактор. Но, как правило, эти люди попадают в Россию немного другим путем.

В большинстве случаев они попадают туда через Крым в надежде на теплую жизнь. Это мы проходили в 2014 году, знаем, чем заканчивается: они все равно в итоге окажутся на том же Дальнем Востоке. Но пусть пока порадуются.

Статистика – вещь упрямая. Берем, условно, 100% людей, которые захотели выехать в Россию, выехали. Из этих 100% людей в течение первого года, как только по российским законам стало можно вернуться, в Мариуполь вернулось 70%.

— Тех людей, которых сейчас вывозят в Россию, им же еще нужно пройти так называемые фильтрационные лагеря?

— Обязательно. Для большинства – да. Кто-то уже имеет справки о фильтрации на сегодняшний день, а у кого нет – тот должен пройти фильтрационные пункты.

— Как это происходит?

— Это такая трехслойная процедура. В первую очередь идет допрос – это ФСБ РФ, МГБ (спецслужбы сепаратистских «ЛНР» и «ДНР»). Так называемые «ДНР» допрашивают людей по поводу их отношения к России, к Украине, деятельности, почему кто-то куда-то едет и так далее.

Потом идет осмотр личных вещей – это в основном гаджеты: личная переписка, звонки и так далее. А потом осмотр тела — на наличие синяков, наличие татуировок, на наличие чего-либо, что может отнести человека к так называемым националистическим батальонам, может указать на то, что он воевал или способствовал украинской армии. Дактилоскопируют обязательно.

Только после этого выдают справку о фильтрации. Фактически это справка о том, что ты дактилоскопирован: считается, что ты прошел фильтрацию.

— А если не прошел?

— Если не прошел, тогда добро пожаловать в тюрьму. В одну из двух тюрем. Одна тюрьма находится в Еленовке. До войны она была пуста, это бывшая колония, никого там не было. Сейчас она набита мариупольцами. По нашим подсчетам, там находятся от 4 до 6 тысяч мариупольцев. А ее плановая емкость – это 1150 человек.

Мы понимаем, в каких условиях [содержатся люди]. Это уже не лагерь – это настоящая тюрьма: с пытками, с туалетом раз в сутки, без прогулок, с бутылкой воды на 20-50 человек. Все по-настоящему.

Вторая тюрьма находится где-то в Донецке. Мы вместе с нашей областной военной администрацией до сих пор пытаемся понять где. Мы уверены, что, безусловно, это часть известной «Изоляции». Но, учитывая количество новых украинских заключенных, «Изоляции» будет маловато. Должно быть еще. Но где? Но все понимаем, насколько сложно с информацией из Донецка.

— У вас сегодня был пост о том, что в Мариуполе выкрали медицинское оборудование, после чего отвезли его в Донецк в клинику Калинина и подарили краденое как благотворительную помощь от партии «Единая Россия». Есть ли у вас подробности, как это происходило?

— В общих чертах, безусловно, с подробностями у нас сложно. Но ситуация выглядит следующим образом. Это случилось после того, как депортировали Первую больницу – она находится в Кальмиусском районе (к северу от Мариуполя), пожалуй, это была самая современная наша больница, напичканная оборудованием, – и Четвертую больницу, которая находится в Левобережном районе.

Тогда мы говорили о том, что из больниц вывезли все оборудование. Сначала мы знали точно, что вывезли аппараты ИВЛ – они находились в Четвертой поликлинике. Там было ковидное отделение, там были совершенно новые аппараты ИВЛ. Все они уехали прямиком через Новоазовск в Россию. Потом мы узнали, что все остальное оборудование тоже вывезли.

Когда мы начали громко об этом кричать, в так называемой «ДНР» официально заявили, что они забрали оборудование «на ремонт». Но мы знаем, что все новое оборудование, в том числе новое хирургическое оборудование, которое было, уехало в направлении Ростова, пересекло границу.

А теперь его добросовестно привезли, оборудовали новый хирургический корпус в клинике Калинина – естественно, под брендом «Единой России». Мы поговорили с нашими медиками, не говоря уже о наших инсайдах. Оборудование-то наше, мы ожидали подобного.

Почему ИВЛ нужны России – собственно, ковид никуда не делся. А хирургическое оборудование нужно именно в Донецке — потому что [огромное] количество раненых российских солдат, и хирургическое вмешательство нужно постоянно. Поэтому им нет смысла его прятать в России.

Его надо вернуть куда-то назад. Но вернуть в Мариуполь – это как-то глупо. Поэтому почему бы не обернуть его в подарочную упаковку и не вернуть в Донецк? Типичные российские истории.

Все это было бы смешно, если бы не было так грустно. Но налогоплательщики города Мариуполь обеспечили сейчас высший уровень медицины нашим согражданам в городе Донецк. Донетчане должны мариупольцам сказать спасибо. Жалко, что такой ценой.

— Через сколько времени могут восстановить разрушенные города, какова ваша оценка? Если оккупационные власти захотят отстроить Мариуполь для того, чтобы показывать его как картинку, мол, мы пришли и навели здесь порядок, – возможно ли это сделать?

— Если говорить о технических реалиях, то Мариуполь будет отстраиваться следующим образом после деоккупации. Это просто даст представление как ответ на вопрос – возможно или нет. Первые два года – это фактически восстановление инфраструктуры до уровня, который обеспечит возможность следующего строительства города.

И потом еще три года — большое строительство, для того чтобы отстроить жилой фонд, который полностью разрушен. Вот минимальный план при большом ресурсе и опыте, по которому возможно отстроить Мариуполь.

Возможно ли отстроить Мариуполь оккупантам? Нет. Во-первых, у них нет пяти лет, потому что мы деоккупируем город гораздо раньше – это вне всякого сомнения.

Во-вторых, то, как они делают даже попытки сейчас какого-то элементарного возобновления жизни в городе, – это такая постоянная обезьяна с гранатой, которая тычет пальцы в розетку и удивляется, что ее бьет током.

Они пускают воду – она топит город. Они пытаются что-то сделать, выключают, все равно ничего не могут сделать, снова ее включают – она снова топит город. Они подключают электричество – у них возникают пожары. Они выключают электричество, тушат пожары, потом снова включают электричество.

Если брать какую-то глобальную перспективу: возможно ли сделать новый Грозный из Мариуполя? В той перспективе, если Украина проиграла войну и Мариуполь остался в России, теоретически это возможно. Но для этого надо убрать всю мразь, которая там сейчас руководит городом, ввести туда специалистов, которые, безусловно, есть в России, и начинать его отстраивать, восстанавливать. Но на это уйдут годы.

А то, что они сейчас делают... Знаете, простой вопрос: подготовка к отопительному сезону. В Украине она начинается в мае, июне – это первые месяцы, когда все города готовятся к следующему отопительному сезону.

Город Мариуполь: газ восстановить невозможно, его нужно просто протягивать заново, а это значит, что ни одна котельная не заработает. Зима не за горами. Допустим, в октябре-ноябре мы еще не деоккупировали город, пришли холода. И что? Как будут обогревать город? Это вопрос без ответа.

Оцените статью

1 2 3 4 5

Средний балл 4.4(11)

Читайте еще

Война, 7 июля. Украинские бойцы установили флаг на острове Змеином. Зеленский: «Очень мощно заработала западная артиллерия». Чем уникален оказался предыдущий день

Война, 6 июля. После боя под Лисичанском не вернулось 6 белорусов, в том числе Иван «Брест». Украинские военные начали обучение в Великобритании. Войска РФ захватили почти всю Луганскую область

«Работа почтальонов – единственное, что объединяет оккупированные территории со свободной Украиной»

Война, 5 июля. Зеленский: верим, что Беларусь не втянется в войну, но готовимся. На аэродроме в Мелитополе уничтожены более 200 российских оккупантов. В Донецке взорван крупный российский склад

Война, 4 июля. Источник: ЕС намерен согласовать седьмой пакет санкций против РФ и Беларуси до конца июля. Times: Украине нужны не белые флаги, а больше оружия. Великобритания запретила экспорт в Беларусь продуктов нефтепереработки и передовых технологий

Война, 3 июля. Зеленский: «Лукашенко не должен втягивать Беларусь в захватническую войну России против Украины». ВСУ подтвердили сдачу Лисичанска. Австралия окажет Украине военную поддержку