Честно говоря, я не берусь даже оценивать обоснованность признания тех или иных печатных изданий экстремистскими, потому что, по определению, все судебные решения по этому вопросу являются закрытыми.
Сапелко: «К сожалению, власти не выполняют даже свои законы»
Суд признал экстремистскими материалами «Баладу пра маленькi буксiр» Иосифа Бродского и историю Беларуси Владимира Арлова с иллюстрациями Павла Татарникова. Последняя – «Айчына: Маляўнiчая гiсторыя. Ад Рагнеды да Касцюшкi» – бестселлер, и стоит на многих книжных полках в белорусских домах. В экспресс-комментарии «Салідарнасці» юрист и правозащитник Павел Сапелко отвечает на вопросы, которые беспокоят тысячи людей.
– Павел, расскажите, какой раньше была правоприменительная практика, касающаяся признания информационной продукции экстремистскими материалами? Из недавнего, мы помним дело о признании таковыми романа «Сабакі Еўропы» Бахаревича или книги «Беларуская нацыянальная ідэя» Лукашука. Как это все работает с правовой точки зрения?
– На самом деле, это давняя история. Республиканский список экстремистских материалов начал формироваться с 2008 года и прошел несколько этапов становления.
Если вспомнить, то первой информационной продукцией, признанной экстремистской, был СD-диск «Урок беларускай мовы», концерт «Салідарныя з Беларуссю» и что-то еще.
Далее экстремистской признавалась всякая черносотенно-православная литература вроде «Россия, пробудись: в защиту Отечества» или «Тайное мировое правительство».
А затем снова стали признаваться экстремистскими издания независимых СМИ, вроде знаменитого «Пресс-фото Беларуси-2011» издательства «Логвинов».
То есть, эти дела рассматриваются на закрытом судебном заседании и, соответственно, документы по этим делам являются недоступными, что совершенно нелогично. Мне хочется понимать, по каким признакам отбирают то или иное печатное издание, тот или иной телеграм-канал. И почему конкретно эту единицу информационной продукции признают экстремистской.
Это можно узнать только одним способом: если ты сам являешься заинтересованным лицом – имеется в виду процессуальный статус. Если, условно говоря, у тебя отобрали книжку, а она твоего авторства, и ты смог вступить в этот процесс. Но это по разным причинам получалось не у всех.
– То, что все свежие дела рассматривал суд Центрального района Минска – это закономерность?
– Нет, это совпадение, потому что там полное многообразие судов и этим занимаются самые разные из них.
Я даже с удивление заметил, что опять вернулись в сферу интереса органов, осуществляющих профилактику экстремистской деятельности, разного рода нацистские и неонацистские информационные материалы. Потому что на какое-то время они потерялись за телеграм-каналами протестного характера.
А сейчас я вам скажу то, чего никто не знает. Я недавно задумался, а какое вообще количество экстремистских материалов сейчас существует, потому что на самом деле их список не пронумерован, а в некоторых решениях признают таковыми сразу несколько.
И на 29 сентября этого года в Беларуси я насчитал 1955 единиц информационной продукции, признанной экстремистской. То есть, сейчас эта цифра должна быть около 2 тысяч.
Что касается этих двух конкретных книг, о которых мы узнали сегодня, то надо четко сказать, что экстремистскими признали два конкретных издания. То есть, издания тех же самых книг, но с другими выходными данными, не являются экстремистской продукцией.
И что будет происходить с этими конкретными книгами, на это дает ответ закон о противодействии экстремизму, в статье 19 которого говорится о том, что запрещено распространение, публичная демонстрация, а также их изготовление, издание, хранение и перевозка в целях распространения.
То есть, последние четыре действия запрещаются именно в целях распространения.
И с точки зрения этого закона, хранение этих книжек у себя без цели распространения не образует состава административного правонарушения. А именно публичная демонстрация и распространение влечет административную ответственность.
Правда, нужно заметить, что, к сожалению, власти не выполняют даже свои законы и очень часто до нас доходят сведения о том, что хранение информационной продукции, признанной экстремистской, влечет за собой произвольную ответственность.
То есть, просто пишут в протоколе, что человек хранил эти материалы с целью распространения, и это легко проходит через наш «справедливый» суд, и человек получает наказание.
И если быть максимально откровенным, то успокаивать людей тем, что хранение не образует состава преступления, будет не совсем правильным. Надо понимать, что всегда есть место произволу.
Читайте еще
Избранное