Ремчуков: с белорусским протестом придется считаться и Кремлю, и Западу

Главный редактор «Независимой газеты» Константин Ремчуков прокомментировал позицию Кремля в отношении Беларуси.

Оценки Ремчукова интересны еще и тем, что он, хоть и относится к либералам, но вхож во многие кабинеты власти (на фото он сидит рядом с московским мэром Сергеем Собяниным). Кроме того, главред «Независимой» известен как достаточно глубокий человек, как правило, тщательно изучающий актуальные темы.

В эфире Эха Москвы Константин Ремчуков, в частности, обратил внимание на то, как меняется пиар-сопровождение политики Лукашенко: «то он встречался с автоматом, то в бронежилете в основном с мужчинами военного типа, сейчас он приезжает к женщинам и им что-то говорит, крупным планом женщин показывают, то есть как бы другой народ, коренной народ белорусский, показывают, что он вместе со своим президентом». И тонко подметил: «Но это ведь не автоматическое поведение людей. Это организационные усилия» – имея ввиду, что участниц женского форума свозили на него со всей страны в административном порядке.

Еще интересное из сказанного Ремчуковым:

— Лукашенко растерялся. Он начал обзывать народ, он начал грозить. Он даже сына своего заставил взять автомат, не думая о том, как ему в школу идти к этим ребятам, против кого он с автоматом вышел, в кого он готов стрелять — мальчик бедный Коля.

— Заявление Нарышкина о том, что 20 миллионов долларов потратили западные спецслужбы на то, чтобы расшатать ситуацию, оно ужасно комично, потому что это что за стабильность режима, когда 20 миллионов долларов — это стоимость хорошей дачи на Рублевке — в состоянии 26 лет такого премиального правления диктаторского пошатнуть.

Это примеры того, что Москве надо было неожиданного вмешиваться, и решили: «Ну, кому у нас сейчас доверие будет? Ну, давайте, кто там у нас за внешними делами следит? Давай, Нарышкин, скажи чего-нибудь». Он сказал такую неудачную совершенно вещь.

20 миллионов — это вмешательство, 1,5 миллиарда реструктуризация кредита — это не вмешательство, это возможность дать самому белорусскому народу что-то выбрать. Эти основные логические противоречия, они были заметны.

— Уровень политического, организационного лидерства белорусского протеста оказался существенно ниже или слабее силы самого протеста. Это лишний раз доказывает о естественную природу протеста, потому что он оказался сильнее…

Не воспользовались они моментом. Достаточно было перейти одному батальону ОМОН в городе на сторону протестующих — ситуация радикально изменилась. Но для ́того надо, чтобы кто-то думал в этих категориях. Таких людей не было. Там, видимо, искренний аутентичный протест выводил людей на улицы, а вот этих замышляющих нет.

— Совершенно очевидно, что доминирующая в Совете безопасности России позиция, что Беларусь — это сегодня плацдарм противостояния России всему Западу и конкретно Польше и Литве ровно, как и 400 лет назад, это долгая история. И, мне кажется, точно так же ясно Кремлю, что Лукашенко — это не компромиссная фигура. То есть если сейчас нужна компромиссная фигура, чтобы это расколотое общество как-то соединить и продолжать удерживать в сфере своего влияния в геополитическом противостоянии с Западом, то Лукашенко эту функцию выполнить не может. Поэтому я думаю, что политические дни его сочтены.

Поэтому сейчас он просто фигура на эти несколько месяцев, чтобы как-то удерживать… Никого мы предложить не можем… Лукашенко удобен сейчас, потому что он слабый лидер для России.

— С Тихановской наши, судя по всему, дела иметь не будут. И поэтому, я так понимаю, никто с ней не взаимодействует.

— Я думаю, сейчас просто нарабатывается же Западом тоже стратегия в отношении Беларуси. Уже сегодня звучали призывы о помощи экономике Беларуси. На днях произносились слова типа «плана Маршалла», который Беларусь должна получить.

А мы знаем, что это такая комплексная инвестиционно-технологическая опека государства, как в случае с постсоциалистической Польши. Там списалось, по-моему, половина государственного долга Польши, и облегчилась выплата другой половины с тем, чтобы облегчить условия восстановления. То есть вполне возможно готовятся просто конкретные планы, если вдруг что-то в Беларуси пойдет не так, и она начнет выскальзывать из рук Москвы.

Но я в этом сильно сомневаюсь. По крайней мере, пока Путин есть, этот геополитический плацдарм исторического масштаба и отдать его Вильнюсу и Варшаве — Москва при Путине не будет делать этого. Поэтому в этом смысле можно говорить об ограниченном суверенитете белорусского народа на выбор своего пути.

— Наши считают, что любой результат, которого добиваются протестующие, он, так или иначе, связан со сценариями «цветной революции». Просто разбудите ночью любого во власти нашей политической и силовой, они тебе скажут: «Если победил не действующий, президент, это значит — «цветная революция».

— И с одной стороны, из-за того, что лидерство [протеста] оказалось таким слабым, это позволило Кремлю перехватить инициативу и поставить геополитические соображения в основу всех принимаемых сегодня решений.

С другой стороны, такое массовое, достоверное, аутентичное негодование действиями Лукашенко — это, безусловно, политическая реальность. И с этой реальностью надо будет считаться всем: и Кремлю и Минску, и Западу, кстати.

Оцени статью:
1
2
3
4
5
Средний балл - 4.9 (оценок:53)