Кирилл Иванов
«Неисправный пулемет, нерабочий шлемофон, стрелок с травмой руки. По-моему, не того судят»

Реакция Байнета на суд по делу о гибели срочника в Уручье.

В Минске судят 25-летнего военнослужащего Сергея Крупу, обвиняемого в гибели срочника Дмитрия Удода. Напомним, трагедия произошла 4 апреля этого года в 120-й Отдельной Механизированной Бригаде (Уручье). 20-летний рядовой погиб во время боевой подготовки от огнестрельного ранения.

Как сообщает TUT.BY, рядовой Крупа от услуг защитника отказался, он полностью признает свою вину в гибели Удода.

В суде выяснилось, что во время учебных стрельб у Крупы не работал шлемофон, из-за чего у него не было связи с офицером.

Кроме того, пулемет, из которого производилась учебная стрельба, оказался неисправным. Как отметил в суде обвиняемый, оружие прибыло из другой части и стреляло с осечками из-за неисправности, а не потому, что Крупа с ним неправильно обращался.

Дмитрий Удод. Фото из соцсетей

После произошедшего на Крупу оформили характеристику, из которой следует, что он зарекомендовал себя посредственно, не дорожит боевыми товарищами: «Невнимательный, рассеянный, забывчивый».

Мама погибшего солдата просит не наказывать Крупу, объясняет: все вышло случайно, и приговор уже не вернет ей сына.

«А парни что? Они расходный материал»

Очередное скандальное дело обсуждают на форумах.

«Как и во многих трагических случаях — командиры будут утирать свои ручонки. Защищать честь своего мундира. А парни что? Они расходный материал. До каких пор будет такой беспредел? Когда ребенок командира примерит шкуру обвиняемого? Нужно беречь наших детей и их будущее», — пишет один из участников обсуждения на дискуссионной площадке talks.by.

Другие участники дискуссии задают вопросы о том, почему на скамье подсудимых оказался только рядовой Крупа:

«А разве не командир экипажа ответственен, чтобы все было нормально? Этот парень замкомандира только на случай гибели командира, в мирное время у него нет никаких распорядительных функций. Это командир обязан был прекратить стрельбы при обнаружении неисправности пулемета, но судя по тому, что член экипажа оказался на линии огня, а пулемет оказался в боевом состоянии, порядка в экипаже не было. Надо понимать, что там, где оружие и боеприпасы, должен быть четкий алгоритм действий, не на ощущениях, а на автомате. В армии боец не должен отвечать ни за что, отвечать должен только командир, который принимает решения и командует».

«Почему на скамье подсудимых нет командира машины, который должен был проконтролировать нахождение всего экипажа в машине до открытия стрельбы, и офицеров, которые знали о неисправности пулемета?»

«Неисправный пулемет, нерабочий шлемофон, стрелок с травмой руки. По-моему, не того судят»

«В армию призвали человека с ограниченными физическими возможностями, это раз. На практических занятиях по стрельбе использовалась неисправная техника, это два. А где был зампотех?» — задается вопросом один из читателей «Нашай Нівы».

«А афіцэры з часткі — яшчэ тыя — як мага хутчэй накідалі на хлопца «характарыстыку», каб ад сябе ўвагу адвесці», — взмущается еще один участник дискуссии. 

«Мой сын будет в армии, только если я в морге», — среди комментариев нередко встречаются и подобные обещания.

Суд по делу Коржича показал, какой бардак творится в армии. И дело даже не в дедовщине

Оцени статью:
1
2
3
4
5
Средний балл - 0 (оценок:0)