Иван Данилов
«Мы не возражали бы, если бы они сцепились в хорошей драке…» (фото + видео)

70 лет назад был заключен пакт Риббентропа-Молотова, который стал прологом ко второй мировой войне. Этот договор — одновременно роковая ошибка и преступление советского вождя.

Летом 1939 года в Москве проходили переговоры между СССР, Великобританией и Францией о создании системы коллективной безопасности. Но Сталин предпочел союз с Гитлером. Поэтому во время очередного заседания адъютант Ворошилова передал ему «знаменитую» записку Поскребышева (помощник Сталина): «Клим, Коба (кличка Сталина) сказал, чтобы ты сворачивал шарманку».

21 августа 1939 г. переговоры с Великобританией и Францией прекратились. А через два дня уже был подписан роковой пакт Риббентропа-Молотова.

Это была одна из самых крупных стратегических ошибок советского вождя. Можно согласиться с мнением Черчилля, что «Сталин и его комиссары в тот момент обнаружили редкую недальновидность».

Как оценивал заключение указанного пакта сам Сталин? В беседе с Димитровым 7 сентября 1939 г. он заявил: «Мы не возражали бы, если бы они (империалисты) сцепились в хорошей драке и ослабили друг друга… Гитлер, не предполагая и не желая того, ослабит и подорвет капиталистическую систему. Мы можем маневрировать, сталкивать одну строну с другой, так чтобы они лупили друг друга как можно лучше».

Вот вам и знаменитый «Ледокол революции» (см. книгу Виктора Суворова), который по замыслу Сталина должен был «превратить империалистическую войну в войну революционную». Но история распорядилась иначе, и два тоталитарных государства вскоре стали нещадно сами «лупить» друг друга.

Телеграмма Гитлера Сталину

20 августа 1939 г. немецкий фюрер направил через свое посольство следующую телеграмму: «Господину Сталину, Москва. 1. Я искренне приветствую подписание нового германо-советского торгового соглашения как первую ступень перестройки германо-советских отношений. 2. Заключение пакта о ненападении с Советским Союзом означает для меня определение долгосрочной политики Германии. Поэтому Германия возобновляет политическую линию, которая была выгодна обоим государствам в течение прошлых столетий. В этой ситуации Имперское правительство решило действовать в полном соответствии с такими далеко идущими изменениями. 3. Я принимаю проект пакта о ненападении, который передал мне Ваш Министр иностранных дел господин Молотов, и считаю крайне необходимым как можно более скорое выяснение связанных с этим вопросов. 4. Я убежден, что дополнительный протокол, желаемый советским правительством, может быть выработан в возможно короткое время, если ответственный деятель Германии сможет лично прибыть в Москву для переговоров. В противном случае Имперское правительство не представляет, как дополнительный протокол может быть выработан и согласован в короткое время. 5. Напряженность между Германией и Польшей стала невыносимой. Поведение Польши по отношению к великим державам таково, что кризис может разразиться в любой день. Перед лицом такой вероятности Германия в любом случае намерена защищать интересы государства всеми имеющимися в ее распоряжении средствами. 6. По моему мнению, желательно, ввиду намерений обеих стран, не теряя времени вступить в новую фазу отношений друг с другом. Поэтому я еще раз предлагаю принять моего Министра иностранных дел во вторник, 22 августа, самое позднее в среду, 23 августа. Имперский Министр иностранных дел имеет полные полномочия на составление и подписание как пакта о ненападении, так и протокола. Принимая во внимание международную ситуацию, Имперский Министр иностранных дел не сможет остаться в Москве более чем на один-два дня. Я буду рад получить скорый Ваш ответ. Адольф Гитлер»

Из приведенной телеграммы видно, что Гитлер поддержал советскую инициативу и заранее согласился на подписание «дополнительного протокола», в соответствии с которым оба диктатора осуществили потом совместный захват чужих территорий. И, самое главное, этот протокол давал Гитлеру карт-бланш на преступную акцию против Польши.

Телеграмма Сталина Гитлеру

Ответ последовал уже 21августа 1939 г. «Канцлеру Германского государства господину А. Гитлеру. Я благодарю Вас за письмо. Я надеюсь, что германо-советский пакт о ненападении станет решающим поворотным пунктом в улучшении политических отношений между нашими странами. Народам наших стран нужны мирные отношения друг с другом. Согласие германского правительства на заключение пакта о ненападении создает фундамент для ликвидации политической напряженности и для установления мира и сотрудничества между нашими странами. Советское правительство уполномочило меня информировать Вас, что оно согласно на прибытие в Москву господина Риббентропа 23 августа. И. Сталин».

До получения этой телеграммы командование немецких войск, подготовленных для вторжения в Польшу, находилось в сложной ситуации. Еще весной 1939 года Гитлер потребовал от Польши предоставить ему коридор шириной в 25 км, соединяющий основную часть Германии с Восточной Пруссией. Получив отказ, он все же не решился на военную авантюру, пока не заручился поддержкой Сталина. Последний не торопился со своими решениями, что породило у Гитлера ряд сомнений.

Поэтому фюрер был особенно доволен московской сделкой. Хорошо выспавшись после ободряющего сталинского ответа, он 22 августа созвал совещание командующих всех видов вооруженных сил Германии, на котором заявил: «Еще с осени 1938 года я решил идти вместе со Сталиным… Сталин и я – единственные, которые смотрим только в будущее. Так я в ближайшие недели на германо-советской границе подам руку Сталину и вместе с ним приступлю к новому разделу мира. Генерал-полковник Браухич (главнокомандующий сухопутными силами Германии) обещал мне войну с Польшей закончить в течение нескольких недель. Мы не можем вести длительную войну. Несчастных червей – Даладье и Чемберлена (руководители Франции и Англии) я узнал в Мюнхене. Они слишком трусливы, чтобы атаковать нас. Они не могут осуществить блокаду. Наоборот, у нас есть автаркия (самодостаточность) и русское сырье. Польша будет опустошена и заселена немцами. Мой договор с Польшей (о ненападении от 1934г.) был только выигрышем во времени. В общем, господа, с Россией случится то, что я сделаю с Польшей. После смерти Сталина, он тяжело больной человек, мы разобьем советскую Россию. Тогда взойдет солнце немецкого мирового господства…».

Секретный дополнительный протокол

Договор о ненападении между Германией и Советским Союзом содержал семь статей, декларирующих, что обе стороны будут воздерживаться от всякого агрессивного действия и всякого нападения в отношении друг друга, как отдельно, так и совместно с другими державами. Этот договор являлся лишь ширмой, за которой прятался более важный для обеих сторон секретный дополнительный протокол.

Существование такого протокола советское руководство длительное время отрицало. Привожу его содержание: «По случаю подписания Пакта о Ненападении между Германией и СССР нижеподписавшиеся представители обеих Сторон обсудили в строго конфиденциальных беседах вопрос о разграничении их сфер влияния в Восточной Европе. Эти беседы привели к соглашению в следующем:

1. В случае территориальных и политических преобразований в областях, принадлежащих прибалтийским государствам (Финляндии, Эстонии, Латвии, Литве) северная граница Литвы будет являться чертой, разделяющей сферы влияния Германии и СССР. В этой связи заинтересованность Литвы в районе Вильно признана обеими Сторонами.

2. В случае территориальных и политических преобразований в областях, принадлежащих Польскому государству, сферы влияния Германии и СССР будут разграничены приблизительно по линии рек Нарев, Висла и Сан. Вопрос о том, желательно ли в интересах обеих сторон сохранение независимости Польского государства, и о границах такого государства будет окончательно решен лишь ходом будущих политических событий. В любом случае оба Правительства разрешат этот вопрос путем дружеского согласия.

3. Касательно Юго-Восточной Европы Советская сторона указала на свою заинтересованность в Бессарабии. Германская сторона ясно заявила о полной политической незаинтересованности в этих территориях.

4. Данный протокол рассматривается обеими Сторонами как строго секретный.

Москва, 23 августа 1939 г.

За Правительство Германии – И. Риббентроп. За Правительство СССР – В. Молотов.

Совместный парад немецких и советских войск в Бресте и Пинске

После завершения разгрома польской армии в конце сентября 1939 г. командование Красной Армии предложило генералам вермахта устроить совместный военный парад «победителей». Почему этот парад состоялся на территории, отошедшей к Советскому Союзу - неизвестно. Возможно потому, что «победная эйфория» была в большей степени выражена у командования Красной Армии, и оно инициировало эту позорную акцию.

На параде в Бресте я не был, но там было несколько моих школьных товарищей, которые с подростковой наивностью сообщили мне, что им немецкая военная форма понравилась больше. А 1 октября 1939 г. я уехал на учебу в Пинск и узнал все подробности, как проходил такой же военный парад в этом городе. О нем мне поведали мои новые школьные товарищи. Но их отношение к параду имело разную эмоциональную окраску. Открыто им возмущались дети из польских семей. Они рассказывали, что некоторые люди, находясь в толпе, кричали: «Hanba!» (позор).

Тема парада, как и сам пакт Риббентропа-Молотова длительное время оставались в СССР не то, что запретными, но не подлежащими обсуждению. Приведу рассказ моего товарища по работе профессора Кирковского В. В.:

«В середине 80-х годов я занимался в вечернем университете марксизма-ленинизма на историческом факультете. Однажды на семинарских занятиях по теме прошедшей войны попросил заведующего кафедрой истории дать оценку событиям сентября 1939 г. и, в частности, спросил, был ли парад советско-немецких войск в г. Бресте, о котором рассказывают люди старшего поколения? Историк вскипел от злости, назвал мой вопрос провокационным, заявил, что такого парада не было, и добавил, что отстраняет меня от занятий.

Я тут же сходил на беседу к декану факультета. Это был человек среднего возраста, который сказал, что такой парад, действительно, имел место и велел мне вернуться в аудиторию. Я вернулся и молча сел на свое место.

В течение двух лет указанный историк на занятиях меня не вызывал и ни о чем не спрашивал. Но диплом об окончании университета я все же получил».

Эпилог

Многие эпизоды, связанные с пактом Риббентропа – Молотова стыдливо замалчиваются в нашей стране или подаются средствами массовой информации в искаженном виде. Дальнейшие события показали, сколь опрометчиво поступил Советский Союз, заключив с фашистской Германией пакт Риббентропа-Молотова. Само по себе подписание договора о ненападении не было чем-то из ряда вон выходящим, если бы к нему не был приложен секретный дополнительный протокол. Именно он толкнул Советский Союз на беспринципное сотрудничество с нацистской Германией и положил начало второй мировой войне.

Оцени статью:
1
2
3
4
5
Средний балл - 0 (оценок:0)