Общество

Конвейер репрессий. Приговоры в Гомеле: «Время все расставит на свои места. Жыве Беларусь»

Хроника политического преследования 3 января.

***

Брестским правозащитникам «В*сны» сообщили о минимум трех случаях, когда повестками бывших наблюдателей на президентских выборах вызывают на допросы в Следственный комитет. 

Допросы уже идут сегодня, и запланированы на первые числа января.

***

В Гомеле огласили приговор бывшему сотруднику «Белоруснефти» Дмитрию Грищенко и программисту Станиславу Мочалову, которых обвиняли в действиях, грубо нарушающих общественный порядок, и угрозе насилия над сотрудниками милиции, сообщает РС.

Дмитрий Грищенко. Фото из семейного архива

Обоих признали виновными и назначили по три года колонии.

Как напоминает Выборы видишь, поводом для разбирательства стали события 20 сентября 2020 года. В тот день жители Гомеля вышли на марш, который закончился разгоном и задержаниями. Когда участники марша шли по проспекту Победы и дошли до улицы Советской, дорогу им перегородил ОМОН. Люди испугались задержаний и побежали на другую сторону улицы Советской. Следствие расценило это как блокирование дороги. Хотя люди пересекали проезжую часть на зеленый сигнал светофора.

Станислав Мочалов в своем последнем слове сказал, что блокирование дороги — результат действий сотрудников милиции.

— Толпа неоднократно пересекала дорогу на зеленый сигнал светофора. Предполагать, что люди внезапно решат перекрыть улицу Советскую, не было никаких оснований, — сказал в суде обвиняемый.

Следствие описало его действия так: «стоял в боевой стойке», чем создавал «угрозу насилия в отношении сотрудников милиции».

— Раз меня называют преступником, то я скажу: когда вокруг бьют и хватают людей, человек может испугаться и стать в защитную стойку. Но никакого контакта, столкновения не было. Соответственно, не было и никакого преступления, — подчеркнул Мочалов.

Дмитрий Грищенко в своем последнем слове заявил, что не согласен с выводами следствия.

— Почему во время процесса не прозвучал ответ на вопрос, почему я вообще в тот день вышел на митинг? Почему у нас не созданы условия, когда люди могут законно высказать свою позицию? Я голосовал за Светлану Тихановскую. Был на ее разрешенном предвыборном митинге. И все было хорошо.

Я не отрицаю участия еще в одном митинге. Тогда в нем участвовало не меньше 10 тысяч человек, действиям участников марша никто не мешал и был абсолютный порядок. Люди не били витрины, не мусорили, не совершали ничего противоправного, даже когда проходили мимо здания облисполкома. Зачем на следующий день выставили оцепление? Почему, когда в августе и сентябре были акции сторонников власти, их никто не разгонял? — сказал в своем последнем слове Грищенко.

Дмитрий вспомнил в своей речи дело «Союза освобождения Беларуси» 30-х годов прошлого века и то, что поэт Михась Чарот сначала написал стихотворение «Суровый приговор подписываю первым…», в котором осудил обвиняемых, а позже сам был расстрелян.

— Жаль, что теперь для кого-то Сталин, Ежов и другие фигуры той эпохи могут быть примером, — подчеркнул обвиняемый.

После оглашения приговора Дмитрий сказал:

— Время все расставит по своим местам. Жыве Беларусь!

Оцените статью

1 2 3 4 5

Средний балл 4.9(25)

Читайте еще

Конвейер репрессий. В Беларуси плюс 20 новых политзаключенных, среди них — семья Ливянтов и Андрей Дмитриев. «Преподавательская деятельность не может быть основанием для уголовных обвинений»: суд над Валерией Костюговой и Татьяной Кузиной

Конвейер репрессий. На волю вышел бард Андрей Мельников. Облава в Лепеле — силовики наведались домой как минимум к шести гражданам

Конвейер репрессий. Что известно о «фанипольском деле» за события 2020 года. За участие в протестах минчанину дали два года колонии (дополняется)

В России молоко начинают продавать в килограммах и вынудили сменить дизайн белорусской сгущенки

Конвейер репрессий. В Гомеле задержаны вокалист группы «Бан Жвірба» и его супруга. Массовые задержания в Фаниполе. В Барановичах за членом ОГП приехали 10 силовиков с оружием

Конвейер репрессий. В Орше задержана зоозащитница Елена Мирошниченко. В «террористический список» добавили еще восьмерых белорусов. Адвоката Виталия Брагинца приговорили к 8 годам колонии усиленного режима