Кац: «Вероятнее, что Путин, как и Назарбаев, застанет крах своего режима еще при жизни»

Российский блогер и аналитик Максим Кац, подводя итоги года без елбасы в Казахстане, обратил внимание на то, как кардинально разошлись в разные стороны когда-то родственные авторитарные режимы.

Максим Кац

— Казахстан сейчас, особенно на фоне России и Беларуси, выглядит очень бодро. Всего за год и от лидера наций избавились, и с Западом не поссорились, и ушедшие из России бизнесы приютили, и впустили десятки тысяч россиян, бежавших от войны и мобилизации, — подвел итоги аналитик на своем канале. — Да и, в целом, Казахстан может стать одним из главных бенефициаров усугубляющейся изоляции России. Ведь именно он может перехватить ее место на международных рынках.

Потому что там такое же образованное население, развитая экономическая инфраструктура, земля, богатая природными ресурсами. Свои офисы из России в Казахстан релоцировали десятки международных компаний.

Что касается войны, то Казахстан занял нейтральную позицию. Россия и ЕС — его главные экономические партнеры, поэтому ссориться с ними обоими опасно и совершенно невыгодно.

Интересно наблюдать, как Россия и Казахстан расходятся в разные стороны, потому что всего год назад это были чрезвычайно похожие режимы, это были эталонные информационные автократии: без четкой идеологии, с точечными репрессиями, косвенным контролем СМИ и имитацией политической борьбы на выборах.

Обе системы были основаны на ресурсной ренте от энергоносителей, которую Назарбаев, как и Путин, тратил на пропаганду, подкуп элит и, конечно, на строительство дворцов.

Оба автократа, продолжает Кац, к третьему десятилетию правления столкнулись с проблемой всех персоналистских режимов — их привязкой к отдельному человеку. Пытаясь решить эту проблему, чтобы удержаться у власти до смерти, российская и казахстанская модели стали приобретать разные черты. 

— Казахстанский автократ попробовал решить проблему посредством осторожного и контролируемого транзита. В кресло формального главы государства был посажен чиновник средней узнаваемости, без собственной команды, проведший почти всю карьеру в дипломатических миссиях.

У него не было какой-либо элитной или общественной поддержки. Он полностью зависел от своего патрона. А тот вроде как отошел на второй план, но сохранял за собой реальную власть.

Фактически история Токаева в 2019 году — это повторение судьбы Дмитрия Медведева в 2008 почти дословно. В случае с Медведевым российский режим сам испугался своей смелости. Уже ближе к середине медведевского срока стало очевидно, что власть расползается, что каким бы сервильным, пугливым и послушным ни был человек, но сам по себе формальный статус дает политические амбиции, влияние, формирует вокруг него команду.

Никакой там демократии не получилось, второго срока Медведева Путин не пережил бы, вернуться в 2018 он бы не смог. Путинская система живет только, пока вся полнота власти у Путина.

Казахстанская система испугаться не успела. За первые полтора года президентства новый лидер действительно ничем не запомнился, помимо выдачи почестей своему предшественнику.

Но протесты, вспыхнувшие в начале 2022 года, показали главное, стабильность имени Назарбаева больше никому не нравится. У Токаева появился исторический шанс — и он им воспользовался. Скорость, с которой от всемогущего Назарбаева не осталось и следа, поражает.

Токаев стремительно стер не только самого Назарбаева, как политического актора, но за год расправился практически со всем его наследием, включая только что переименованный город.

Клан Назарбаева отстранен от власти и финансовых потоков, а самому вчерашнему лидеру нации разрешили разок за год к этой нации обратиться. Строго по согласованной бумажке.

Статус Назарбаева теперь — пенсионер республиканского значения, — подчеркнул аналитик.

Он не исключает, что события с неудавшимся «мягким» транзитом в Казахстане стали одними из звеньев в цепочке событий, позволивших Путину развязать войну в Украине.

— Мы не знаем, какую роль сыграли казахстанские события в том, что Путин принял-таки окончательное решение о нападении на Украину. Но нет никаких сомнений, что на эксперимент соседей по мягкому и контролируемому транзиту в Кремле смотрели очень внимательно: получится ли и рыбку съесть, и в лодке покататься —и режим сохранить, и от привязки к человеку освободиться?

Во времена поправок в Конституцию РФ о казахстанском сценарии не говорил только ленивый, но вновь стало очевидно, что так не работает, что режим не может себя усложнять. Он может быть только простым и примитивным, завязанным на одном человеке.

Это видит и Путин. Он понимает, как только он назначит преемника, каким бы покладистым тот ни был, сразу же перестанет быть ключевым звеном системы. И тут повторить судьбу Назарбаева, переселившись в один из своих дворцов и читать внукам сказки, далеко не самая мрачная перспектива.

Именно поэтому мы уже давно не слышим никаких разговоров о транзите, преемниках, любых планах, затрагивающих будущее системы вне срока жизни Владимира Путина. Планов таких попросту нет.

Единственный план — удерживать власть до самой смерти. А чтобы никто не посмел ее вырвать, Путину нужна сверхлегитимизация. Судя по всему, обеспечить ее должна была победа над Украиной.

Однако вместо победы Путин терпит поражение за поражением и выглядит все более жалким и никчемным. Чем дольше длится война, тем отчетливее эту никчемность видят россияне, тем яснее ее видят элиты.

Стало быть, тем вероятнее, что Путин, как и Назарбаев, застанет крах своего режима еще при жизни, — заключил Кац.

Оцените статью

1 2 3 4 5

Средний балл 3.5(56)