Война, 3 июля. О чем говорили Трамп и Путин. Взрыв в центре Луганска — погиб бывший «мэр». Удары по Одессе и зданию ТЦК в Полтаве – есть жертвы

В Минске появляются магазины нового формата – такое мы видим в сериалах и кино «Перезагрузка» в старом центре столицы.

Как Лукашенко переписал под себя историю, слепив себе титул «наследника Победы» И какая в этом роль 3 июля.

Как словами «мужики должны служить» Лукашенко напряг чиновников Классический случай — когда кто-то сперва говорит, а потом уж думает о последствиях.

Глод: «Продолжение процесса освобождения означает, что будут и новые «пряники» Зачем все-таки Трампу Тихановский.

«Глобально, геополитически — Вашингтон с Москвой» Эксперты – об уходе США из войны в Украине.

Добрались до мышей. Власти будут брать налог с огородников Новшество затронет тех, кто выйдет за установленный лимит дохода.

Как глава МИД Ботсваны тонко и метко уколол лукашенковского вице-премьера Урок демократии откуда не ждали.

Цифра дня. Насколько число уволенных превышает количество трудоустроенных Рынок труда бъет очередной антирекорд.

Ковалевский: «Есть уверенность, что процесс освобождения будет продолжаться. Он выстроен» Что движет режимом и как его не спугнуть?

Тихановский: «Они мне сказали: «Сначала Колесникова пойдет, потом Бабарико, а затем только ты» Большое интервью с экс-политзаключенным.

Фейгин: «Лукашенко понимает: им пожертвовать легко, съедят и не оставят огрызка» Чем он так раздражает Путина.

Конвейер репрессий. Ксендза Генриха Околотовича, осужденного на 11 лет за «измену государству», перевели в СИЗО Хроника политического преследования 2 июля.

Акіхіра Гаеўскі-Ханада: «Бацькі не паверылі, што мяне вызвалілі» Палітвязень расказаў, чаму не пайшоў на прэс-канферэнцыю з Ціханоўскім і як, паводле суда, стаў «экстрэмістам» ў першай клясе.

Навумчык: «Калі б не было рашэньня пра вывад ядзернай зброі з Беларусі, Лукашэнкі на пасадзе прэзыдэнта ў 1994 не было б» Па факце ЗША аддалі Беларусь у сфэру ўплыву Расеі.

Вышли на свободу еще 16 политзаключенных Восемь женщин и восемь мужчин были помилованы Лукашенко накануне 3 июля.

Шрайбман: «Тут уже для шпагата слишком разъезжаются стойки» Почему Лукашенко нельзя обгонять «старшего брата».

Израиль согласился на условия 60-дневного прекращения огня в секторе Газа Трамп высказал надежду, что ХАМАС примет эту сделку — «потому что лучше она уже не станет».

Класковский: «Процесс вызывает у Лукашенко дискомфорт. Правитель, как видим, комплексует» Не вынесла душа поэта.

Как Минск «украшен» к 3 июля Красно-зеленое повсюду, и так с начала года – с разной степени интенсивностью.

«Чему можно научить африканских фермеров, если вы сами вынуждены покупать у соседей яблоки?» О нескромных планах беларуской дипломатии.

Война, 2 июля. ЧП в Житомире – взрыв у трассы привел к жертвам. Что стало с заводом «Купол» в Ижевске

«Выехали лучшие? Выехали на самом деле люди очень разные» Психологиня Наталья Скибская – о том, как действовать, когда кажется, что хана.

Пастухов: «Выглядит как увесистая пощечина «русскому миру» И что, Путин будет бомбить Баку? Вряд ли: «бомбилок» не хватит.

Лукашенко: «У нас что, цель, чтобы они там сдохли?» Правитель высказался по поводу освобождения Тихановского.

Класкоўскі: «Немагчыма зрабіць з Лукашэнкі ліберала, дэмакрата, немагчыма цалкам адцягнуць яго ад Расіі. Але пэўныя зрухі могуць быць» Ціск або дыпламатыя? Якую мову разумее рэжым.

Акихиро Гаевский-Ханада: «Нас никто не спрашивал: просто взяли и выбросили» Об ощущениях после освобождения, тюремном быте и об опыте, который получил.

Туск: «Лукашенко и его службы увидят, на что Варшава готова» Польский премьер пригрозил «очень неприятными» шагами в ответ на продолжающийся миграционный кризис.

«Избавились от мусора». Правительство одним решением признало утратившими силу сразу 2,5 тысяч постановлений Самому старому было почти сто лет.

Кнырович: «Нет таких санкций, которые могли бы ударить непосредственно по холодильнику Лукашенко или по люстрам в его дворце» Беларуской экономике плохеет. Как это отражается на правящем режиме?