Мікіта Лосік: «Пагражалі: «Ты хочаш да брата ў суседнюю камэру?». Я пажартаваў: «Было б добра, даўно ня бачыліся» Арышт, СІЗА і тры гады «хіміі» за 4 фота расейскай вайсковай тэхнікі.

«Сделать шаг к успешному будущему прямо сейчас» Почти на финише прием документов на бакалаврскую программу «Бизнес-экономика». Объявлена встреча для тех, у кого остались вопросы.

Конвейер репрессий. Ксендза Генриха Околотовича вернули в колонию. Плюс 20 политзаключенных. В Беларуси заблокировали сайты проекта «Правозащитники против пыток» и российского «Мемориала» Хроника политического преследования 23 июля.

Акихиро Гаевский-Ханада: «В заключении есть сотрудники, которые негатива к тебе не испытывают, и даже помогают по мере возможности»

Сапелка: «Маем справу са зменай стратэгіі» Пра новую фазу тэрору рэжыму. І як гэта працуе.

Как в Нидерландах зарождается новый тренд биодизайна Одежда из морских водорослей.

Кнырович: «Как бы нам ни хотелось, чтобы появилось «Речицко-Смоленское море», нам все равно с этим соседом жить» И кто реально является «гаманцами Лукашенко».

Как российская пехота проникла в Покровск Что это означает для обороны города?

«Думаете кто-то стал меньше пить? Нет, это пенсионеры стали меньше есть» Про деревню, в которой «магазин закрыли, но никто не протрезвел».

«Я тоже получаю 2500. Но это в сумме за три месяца» Беларусы оставили более сотни комментариев под нашим видео о зарплатах.

Памёр археоляг Эдвард Зайкоўскі Аўтар навуковых прац, даследаваў помнікі неаліту і бронзавага веку.

Что не так с «поездом Победы», предлагающим «полное погружение в военные годы» Несколько вопросов к устроителям пропагандистского действа.

«Наша рагачоўская згушчонка самая найлепшая ў свеце! Гэта як каханне: ты папросту любіш сваё і ўсё» Паэтка Наста Кудасава – пра найбольшы ганарар і 300 пончыкаў штодня, якія ратуюць.

Война, 23 июля. Очередной обмен пленными. Переговоры в Стамбуле — «меньше эмоций», но уступок по перемирию нет

Карбалевіч: «Досьвед Азэрбайджану дае пэўныя ўрокі і для Беларусі» Чаго бракуе Лукашэнку.

Конвейер репрессий. Брата Игоря Лосика эвакуировали из Беларуси. Библиотекаря из Горок осудили за протесты. А жителя Пинского района будут судить за интервью Хроника политического преследования 22 июля.

Пастухов: «С деньгами-то можно дела делать» Полностью закрытое и насквозь контролируемое общество соответствует представлениям путинской элиты о прекрасном.

Маховский: «Все экономические идеи Лукашенко заключаются в том, чтобы замутить «схемку» Почему надежды на чудо не всегда сбываются.

Валетов: «У народа вождей не бывает, вожди есть у дикарей» Обращение в никуда.

«К каждому пасечнику человека с ружьем не приставишь» В Беларуси начали охоту на медведей. Но это не решает проблем, о которых говорят охотники и чиновники — а вот новые создает.

«Любая власть начинается с осознания личной ответственности за свои поступки» Реакция на ситуацию с главой BYSOL Андреем Стрижаком.

Литва не планирует возобновлять транзит беларуских удобрений Даже если санкции США и ЕС будут сняты.

На какие магазины жалуются беларусы По итогам «народного контроля» МАРТ пообещал «наградить всех причастных к торговле».

Фотафакт. Абрынуўся фасад сядзібы Грабоўскіх на Лідчыне Шмат гадоў ён проста вісеў у паветры, невядома якім цудам утрымліваючыся ад абвальвання.

«Почему бы не оборудовать камерами кабинеты во всех исполкомах? За счет чиновников» Видеонаблюдение в беларуских детских садах — это вовсе не про защиту прав детей.

Класкоўскі: Чаму Лукашэнка за сустрэчу з Келагам і тыя дзве чаркі выпусціў 14 палітвязняў, але не выпускае астатніх? Ці спыніцца ў Беларусі «рэпрэсняк».

«Из всей прошлой многовекторности у беларуских дипломатов осталось только 89 субъектов РФ» Хоть самарскому губернатору надо было объяснить, что никакого Запада гаранту не надо.

Беларуска лишилась вида на жительство в Литве: «Решили, что я угроза нацбезопасности» Причиной отказа стали её частые поездки в Беларусь и прежняя работа в «Белавиа».

Дочка фигуранта по делу «Гаюна»: Отец хотел спасти хотя бы какое-то количество людей Отправляя фото военной техники, мужчина понимал, насколько это опасно, но оставаться в стороне не мог.

Как Лукашенко нарушил собственную директиву, чокаясь рюмками с американским чиновником Что еще осталось за кадром. Тот самый момент: вы не понимаете – это другое.