Восстание деревьев: почему исчезает бетон в центре Парижа Столица Франции, которая долгие годы была символом монументальности, решилась на смелый эксперимент.
Мацкевич: «В тюрьме процветают паттерны поведения, сохранившиеся в нас от дочеловеческой эпохи» Философ – об украденном в неволе вдохновении.
Война, 13 сентября. В Румынии перехватили российский дрон. Польша снова подняла военную авиацию из-за угрозы. Зеленский: «Это расширение войны»
Осечкин: «Путин с Лукашенко поступают как ХАМАС» Об одинаковых методах по захвату заложников. И глобальную цель диктаторов.
Пресс-конференция бывших заложников Лукашенко — в лицах и эмоциях Фото, разрывающие душу.
Копытько: Как спецслужбы Украины обеспечивают элементы того самого стратегического поражения России То, от чего у Путина начинает дергаться глаз.
Александр Ярошук и Геннадий Федынич: «Главное дело нашей жизни – сделать Беларусь свободной» Профсоюзные лидеры – о пережитом за последние годы и в эти дни.
Конвейер репрессий. В Беларуси еще девять заложников режима. Сбор на помощь освобожденным политзаключенным приближается к €100 000 Хроника политического преследования 12 сентября.
Соратник Статкевича — Николая нет дома. Воскресенский — если он вернулся в Беларусь, то поедет отбывать наказание С Николаем Статкевичем, который отказался ехать в Литву, нет связи.
Кірылюк: «Адбылася прымусовая дэпартацыя, і гэта можа быць дадатковым матэрыялам у Міжнародны крымінальны суд» Але вяртацца ў Беларусь — гэта пагроза жыццю і здароўю.
Игаль Левин: «Самым адекватным и реалистичным сценарием для поляков было бы увеличение поставок оружия Украине» Военный обозреватель — о том, как Польша может отреагировать на бездействие союзников по НАТО.
Фотофакт: как выглядят справки вместо паспортов, которые накануне депортации выдали части политзаключенных «У некоторых у домашних животных больше документов, чем у этих людей».
«На моих глазах люди сходили с ума». Пресс-конференция депортированных политзаключенных Соратник Статкевича рассказал о его состоянии и решении остаться в Беларуси.
«Я хотел бы остаться в Беларуси. Но об этом никто не спрашивал» Первые слова политзаключенных (Павла Виноградова, Евгения Афнагеля и других) на свободе.
Литва разрешила автомобилям с номерами BY пересекать свою границу? Но временно.
Политзаключенных депортировали из Беларуси без паспортов. У них нет полноценных документов Нарушение норм международного права.
«Уяўляю раз’юшанасць Лукашэнкі ад неверагодна мужнага ўчынку Міколы Статкевіча» Меркаванне Аляксандра Пашкевіча.
Шрайбман: «Власть будет опасаться, что если дать Статкевичу жить обычной жизнью, то это вызовет цепную реакцию» «Оставить политзаключенных в стране было бы для Лукашенко формой прощения».
Павал Мажэйка: «Мне ўвесь час мроіўся кавалак піцы» «Ніхто не патлумачыў, ці я магу вяртацца ў Беларусь».
«То, что кажется «невиданным кризисом», – это, как бы ужасно ни звучало, часть ритма американской жизни» О резонансном убийстве Чарли Кирка.
Пастухов: «Создается впечатление, что Путин Трампа слегка «кинул» на Аляске» Кремль хочет сменить Зеленского.
Дмитрий Кучук: «Так прессовали, что просто невыносимо» Политзаключенному в колонии дали «низкий статус».
Цифра дня. Сколько собрали для освобожденных беларусов Менее, чем за сутки. Впечатляющее.
Цыганкоў: «Стратэгічна, перамовы з ЗША – гэта плюс для Беларусі» Пра апошнія падзеі, за якімі сочаць усе.
Война, 12 сентября. Сколько беларусов воюет на стороне оккупантов. Санкции Малюка – то, «от чего у Путина дергается глаз»
«Калі людзі едуць сем’ямі, іх колькасць будзе значна большай, чым 1300-1400 чалавек» Да чаго трэба падрыхтавацца, калі з-за кратаў выйдуць усе палітвязні.
Фотофакт. Польша закрыла границу Беларуские погранпереходы работают, но теперь там пусто. В Беларуси начались учения.
Как выглядят вышедшие на свободу политзаключенные Собрали фото.
Карбалевіч: «Вызваленьне становіцца новым выклікам для Лукашэнкі». Магчыма новая хваля рэпрэсій, каб не падумалі, што рэжым аслаб.
Фридман: «Сомневаюсь, что Евросоюз будет менять свою позицию, даже в отношении «Белавиа» Диктатор намерен играть вдолгую.