Война, 15 сентября. МИД Украины: «Позорными являются высказывания Лукашенко». В Варшаве сбили дрон над правительственными зданиями — задержаны два беларуса
Виталий Бондарук: «Сидел в ШИЗО в той камере, где и Витольд. Ее все знают. То, что переживали там – это ад» Большое интервью об ужасах ИК-17, где погиб Ашурок.
Карбалевіч: «Сёння галоўным фактарам раскола з’яўляецца ўлада. Менавіта яна аб’явіла вайну сваім праціўнікам і вядзе яе — зацята, упарта»
Алексиевич: «Статкевич очень сильный и красивый человек» Лауреат Нобелевской премии – об освобождении и высылке из Беларуси 52 политзаключенных. И одном возвращении.
«Там ты не защищен никак. Они могут сделать с тобой, что захотят» Дмитрий «Серый кот» Козлов – о том, что помогало держаться, и первые дни на свободе.
Чалый: «Лукашенко – не жертва бандита Путина. Он просто хотел нагадить Польше» Почему беларуские военные предупредили западных соседей о дронах?
Невзоров: «Очеловечивание России» – это очеловечивание и оправдание ее войны и преступлений Об отношении к гастролям российских артистов в Европе.
«Сегодня с нами люди, освобожденные из плена»: сердцеразрывающая акция солидарности в Вильнюсе Участвовали и недавно депортированные.
Конвейер репрессий. Политзаключенный Никита Золотарев порезал себе вены. Почему отпустили так мало женщин? Илье Дубскому за решеткой пришлось самому удалить татуировку Хроника политического преследования.
«Если в Америке можно погибнуть за высказывание своего мнения, значит она катится в знакомый нам кошмар» Роднянский – об убийстве Чарли Кирка.
«Міс Беларусь» усё больш нагадвае конкурс прыгажосці ў гарэме Прыгажуням кажуць, што яны не абы-чым займаюцца, а служаць Айчыне.
«Абясцэньванне намаганняў амерыканцаў па вызваленні палітвязняў — праява крайняй неадказнасці» «Не трэба за палітвязняў вырашаць, ці ім лепш быць у турме, ці быць вывезенымі».
Дневник войны, глава 269. «Каждое утро я либо труп, либо выживший человек» Про еженощный эксперимент под названием «Теория вероятности».
Война, 14 сентября. «Танк и не думает уходить со сцены». Украинские беспилотники атаковали Киришский НПЗ. В Ленобласти сошли с рельсов два тепловоза
«І вось гэтае «мужчына павінен быць моцным» робіць вялікую шкоду» Сузаснавальнік гурта «Разбітае сэрца пацана (РСП)» Павел Гарадніцкі – пра эмоцыі, якія трэба пражываць.
Беларусь фактически потеряет статус ключевого транзитного канала «Сообщество железнодорожников» — о последствиях закрытия границы Польши.
Ауслендер: «Если в Европе всерьез думали, что до них это не доберется, то вот — ошиблись» О прилетах российских беспилотников в Румынию и Польшу.
Турарбекова: «Железный занавес почти опустился» Границу откроют не скоро.
«Беларуские артисты, видимо, до хедлайнеров не дотягивают». День города в милицейском стиле Минску – 958 лет.
Шрайбман: «Раз уж сезон торга открыт, то это лишь вопрос времени — когда голоса в пользу таких разменов начнут звучать и в Европе» Разрядка под дронами.
Экс-политзаключенный: «КГБ требовал от ксендза Околотовича устроить провокацию против нового апостольского нунция» В обмен на освобождение.
Дело «Платформы 375». Попадут ли на нары Азаренок и Воскресенский Арест журналиста подсветил дыру в репрессивных практиках режима.
Кавалкін: «Будзе моцны шок па цэнах, пастаўках, лагістыцы» Што здарыцца, калі Польшча не адкрые мяжу пасля вучэнняў? І якімі будуць наступствы кароткай блакады?
Цинизм недели. Почему «забота» Лукашенко о людях, которые не могут сдать старые доллары, вызывает вопросы И дело не только в заявленных сроках решения проблемы.
BILD: Как Путин и Лукашенко репетируют ядерную войну и нападение на НАТО на учениях «Запад-2025» Почему небольшое количество участвующих солдат не должно вводить в заблуждение относительно опасности маневров.
Класковский: «Спасти подполковника Статкевича» Найдет ли Трамп управу на своего нового минского «дружбана», превратившего тюрьмы в фабрику пыток?
Конвейер репрессий. Задержан журналист Кирилл Позняк, который вел дебаты между провластными пропагандистами и сторонниками перемен. У силовиков новые методы Хроника политического преследования 13 сентября.
«Кое-кто депортирует заложников потому, что он их боится» О мотивах режима, устроившего массовое выдворение освобожденных политзаключенных.
Цифра дня. На помощь вышедшим из тюрем политзаключенным собрали рекордную сумму На это ушло всего два дня.
Восстание деревьев: почему исчезает бетон в центре Парижа Столица Франции, которая долгие годы была символом монументальности, решилась на смелый эксперимент.