За что Брюссель готов заплатить Минску?
После снятия санкций контакты между Брюсселем и Минском активизировались еще больше.
ЕС ожидает от Беларуси дальнейших шагов в плане демократизации, белорусские же власти хотели бы получить западные кредиты и инвестиции. Эксперты отмечают, что пока в добрых отношениях с Минском заинтересованы и ЕС, и Россия, получить деньги можно, не идя на большие жертвы.
Принимая в феврале решение о снятии с Беларуси большинства санкций, Евросоюз высказал в адрес официального Минска ряд пожеланий. В частности, в итоговом решении Совета ЕС отмечается, что Евросоюз по-прежнему обеспокоен ситуацией с правами человека в Беларуси и вновь напоминает, что «отношения Беларуси и ЕС должны базироваться на общих ценностях, особенно это касается уважения прав человека, демократии и верховенства закона».
В связи с предстоящими в 2016 году парламентскими выборами ЕС призвал «без промедления выполнить рекомендации, содержащиеся в отчете Бюро по демократическим институтам и правам человека ОБСЕ по итогам наблюдения за президентскими выборами в Беларуси 2015 года».
Кроме того, Брюссель считает, что белорусские власти должны восстановить в гражданских и политических правах бывших политзаключенных, а также обеспечить свободу ассоциаций и собраний, в том числе путем разрешения регистрации политических партий и общественных объединений, ликвидировать все препятствия для свободной и независимой работы СМИ, включая регистрацию новых изданий и аккредитацию журналистов.
В документе также подчеркивается озабоченность тем, что в Беларуси продолжает применяться смертная казнь. Одно из пожеланий Евросоюза — скорейшее введение моратория на ее применение в качестве первого шага к полной отмене.
Торг вокруг моратория на смертную казнь
Однако Минск пока не настрое настроен реально выполнять все эти требования. Белорусские власти, похоже, избрали тактику длительного обсуждения проблемных вопросов без их реального решения.
Например, 10 марта в белорусской столице прошла международная конференция по проблеме смертной казни, которую организовали представительство ООН и посольство Великобритании. Для участия в мероприятии прилетел специальный представитель ЕС по правам человека Ставрос Ламбринидис, с которым за день до конференции встретился даже Александр Лукашенко.
Западные спикеры на конференции убеждали в необходимости как минимум ввести мораторий на смертную казнь. Белорусские официальные представители традиционно ссылались на итоги референдума 20-летней давности, когда большинство белорусов высказалось за сохранение смертной казни.
А депутат Палаты представителей и председатель рабочей группы парламента по изучению смертной казни как инструмента наказания Николай Самосейко и вовсе заявил, что введение в 2010 году санкций ЕС против Беларуси заморозило решение вопроса об отмене смертной казни.
«После декабрьских событий 2010 года изменилось отношение Совета Европы к Республике Беларусь, были введены санкции. Все это привело к тому, что вопрос введения моратория или отмены смертной казни был заморожен. Думаю, всем понятно, что с учетом нашего менталитета запретительные меры не являются эффективными», — сказал депутат.
Европе недвусмысленно намекнули, что столь важный для нее вопрос — всего лишь еще один предмет торга.
Алгоритм Шуневича: штрафы вместо разгона
При этом Минск старается не делать ничего такого, что вынудило бы Брюссель вернуть санкции.
Например, не разрешенные властями акции обходятся теперь без разгона участников. Милиция составляет протоколы, а суды затем выписывают участникам митингов и пикетов штрафы. По словам министра внутренних дел Игоря Шуневича, МВД несколько изменило свое отношение к несанкционированным массовым акциям.
«Изменилась риторика как внешняя, так и внутриполитическая. Мы нашли определенный, устраивающий всех алгоритм, достаточно цивилизованный, реагирования на нарушения закона в этой форме — проведения несанкционированных мероприятий, — заявил Шуневич 1 марта на пресс-конференции в Минске. — Мы нашли приемлемый с точки зрения государственной власти и цивилизованный с точки зрения международных требований алгоритм наших действий».
Этот алгоритм, конечно, не очень соответствует европейским представлениям о праве на свободу собраний и демонстраций. Но штрафы — все же не тюремные сроки, что Брюссель, похоже, устраивает в нынешней ситуации.
Остаются шансы на кредиты как от Москвы, так и от МВФ
Что касается ожиданий Минска от ЕС, то они очень просты и понятны — деньги, деньги и еще раз деньги.
«Ожидание номер один — это кредиты от Европейского инвестиционного банка и более широкая кредитная линия для государственных предприятий», — отметил в комментарии для БелаПАН политолог Андрей Елисеев. Минск также хотел бы разместить евробонды и увеличить размеры получаемой технической помощи, добавил он.
При этом политолог полагает, что ЕС не будет «разбрасываться кредитами и значительной помощью до парламентских выборов в Беларуси».
«Вполне возможно, что какой-то меморандум будет подписан с Европейским инвестиционным банком в ближайшие месяцы, но вряд ли ЕС пойдет на выделение большого кредита до того, как увидит какие-то подвижки, в том числе при проведении парламентских выборов», — считает Елисеев.
ЕС уже дал белорусским властям значительный аванс, отменив санкции при отсутствии прогресса в вопросах выборов и прав человека, но вряд ли «такой аванс продолжится и далее без каких-то существенных шагов со стороны Минска», отметил Елисеев.
Он предполагает, что сторонами согласована некая дорожная карта относительно того, что Минск обязуется сделать и что за это получит. «Скорее всего, увязка с выборами все-таки сохранится для предоставления кредита Беларуси», — считает собеседник.
Несколько иная ситуация с программами технической помощи, по которым деньги выделялись и выделяются без привязки к каким-то конкретным шагам белорусских властей. Однако суммы технической помощи значительно меньше тех сумм, которые Минск рассчитывает получить в виде кредитов и инвестиций.
При этом, отмечает Елисеев, готовность Минска идти на сближение с Европой очень сильно зависит от возможности получения кредитов от России.
«Чем сложнее будет получать ресурсы от России и чем хуже будет экономическая ситуация, тем выше окажется заинтересованность и готовность Минска делать какие-то шаги навстречу ЕС, — сказал политолог. — Затянется, например, решение вопросов по евразийскому кредиту, будут невыгодные условия с МВФ, тогда Минск пойдет навстречу ЕС и может зайти, например, речь о моратории на смертную казнь, пропуске в парламент нескольких оппозиционных кандидатов».
Но пока, подчеркивает аналитик, у белорусских властей есть реальная возможность договориться и с Евразийским фондом стабилизации и развития, и с МВФ. «Минск пока не находится на грани, когда вынужден будет пойти навстречу ожиданиям ЕС», — резюмировал Елисеев.
Над отношениями с ЕС нависает тень Кремля
Старший аналитик Белорусского института стратегических исследований Денис Мельянцов также отмечает, что для официального Минска большой плюс ситуации в том, что и Россия, и ЕС в хороших отношениях с Беларусью очень заинтересованы.
При этом Мельянцов полагает, что получить какие-то деньги от Брюсселя официальные власти смогут и до парламентских выборов, которые намечены на осень нынешнего года.
«ЕС хочет сейчас в условиях украинского кризиса как можно больше безопасности и стабильности на своей периферии, — сказал Мельянцов в комментарии для БелаПАН. — Евросоюзу сейчас нужно, чтобы по периметру не было ни войн, ни миграционных потоков, чтобы все было более-менее спокойно. И вот в это Брюссель готов вкладывать деньги».
Вопросы прав человека и демократии, конечно, остаются важными, отметил политолог, но и сами европейские чиновники, эксперты, дипломаты признают, что «это такая более отдаленная цель, а сейчас нужно сфокусироваться на стабилизации региона».
«То есть можно сделать вывод, что приоритет будет отдан экономическому сотрудничеству и сотрудничеству в общественной сфере с тем, чтобы поддерживать какие-то инфраструктурные проекты — интеграцию, решение проблем с нелегальной миграцией, защиту окружающей среды, безопасность продуктов питания. В это ЕС готов вкладываться», — подчеркнул Мельянцов.
Конечно, в отношении Беларуси остаются и политические требования, про которые говорили европейские дипломаты, отменяя санкции. Но их выполнение не увязывается напрямую с возможностью получения кредитов.
«И в документах Совета ЕС, и в других менее формальных документах написано, что в качестве последующих шагов ЕС хотел бы видеть дальнейшее продвижение по пути демократизации плюс отмену смертной казни. Но это жестко не увязывается, что сначала мораторий, а потом дадим денег», — отметил эксперт.
Поэтому он и не исключает, что какие-то деньги от ЕС Минск может получить и до парламентских выборов в качестве еще одного аванса.
«Так может быть, ведь все прекрасно понимают, что изменений избирательного законодательства до выборов не будет, так как уже и формально даже, по законодательству белорусская сторона не успевает. Есть ожидания, что, может быть, кто-то из оппозиции попадет в парламент, но не более того», — пояснил политолог.
Вдобавок, подчеркивает он, белорусские власти твердо уверены, что все необходимые уступки уже сделаны — политзаключенные были освобождены, а прошлогодние президентские выборы прошли в мирном формате.
«Со стороны официального Минска это считается очень большой уступкой. Поэтому не думаю, что здесь какими-то усиленными темпами будет проводиться избирательная реформа, хотя было заявлено, что белорусская сторона прислушается к рекомендациям БДИПЧ ОБСЕ и будет двигаться в этом направлении. Скорее всего, это будет такой очень длительный процесс», — прогнозирует Мельянцов.
При этом стоит иметь в виду: Минск не сделает ничего такого, что могло бы существенным образом повлиять на устойчивость белорусского режима или вызвать сильное недовольство Кремля.
«Есть зависимость от отношений с Россией, — сказал Мельянцов. — Если ЕС и МВФ останутся единственным источником финансирования, то, соответственно, придется свою гордость поумерить и пойти на серьезные уступки. Но нужно понимать, что есть красная линия в отношениях Беларуси с ЕС — сильно педалировать их тоже нельзя, потому что реакция Москвы может быть достаточно нервной. Поэтому отсутствие кредита с российской стороны, конечно, вызовет активизацию на западном направлении, но тоже до определенных пределов».
Пока же Минск находится в выигрышном положении, когда в нем заинтересованы и Россия, и ЕС.
«Но о выигрышности этого положения в практической плоскости можно будет говорить, когда все же какие-то средства будут получены», — резюмировал Мельянцов.
Читайте еще
Избранное