Врач: «Официальная статистика – 16 смертей в сутки, но только в нашей больнице 10»

Насколько похожи на правду официальные цифры по заболеваемости и что происходит сейчас в белорусских больницах, рассказал врач реанимации Витебской больницы скорой помощи Ростислав Савицкий.

Шестая клиническая больница, Минск, сентябрь 2021 года. Фото Радыё Свабода

Пока в России и Украине отмечают все новые пики заболеваемости и смертей от последствий коронавируса, в Беларуси отменяют масочный режим. Сначала Минздрав ввел обязательный масочный режим, но после того, как Александр Лукашенко назвал это давлением на людей, обязательность ношения масок была отменена.

По официальным данным, в Беларуси около двух тысяч заражений в день. Также в Минздраве заявили о регистрации нового штамма коронавируса, который не встречали в других странах, – «дельта лайт».

— По официальным данным, в Беларуси за весь период пандемии умерло чуть более четырех тысяч человек. Но некоторые врачи говорят, что эта статистика занижена в 16 раз. Как вы оцениваете, отличаются ли официальные данные от действительности?

— Данные, безусловно, отличаются. И с тем, что это примерно в 16 будет разница, я в принципе соглашусь, потому что мы видим совсем иную тенденцию. У нас подается официальная статистика – где-то в районе 16-17 смертей за сутки. Однако могу говорить, что только по нашей больнице сейчас среднее число смертей за сутки около 10.

— По одной больнице 10 смертей за сутки от осложнений ковида, а по стране подается всего лишь 17?

— Да.

— Можете объяснить подробнее, нынешняя волна коронавируса отличается в Беларуси от предыдущих?

— Мы видим значительную разницу. Мы видим более молодых пациентов, то есть тенденция пошла на омоложение. Есть очень много пациентов моложе 40 лет, которые довольно тяжелые, кислородозависимые. И также мы видим увеличение летальности, что крайне нас беспокоит в этом плане. В том числе и молодые люди тоже умирают от COVID-19 и его осложнений.

— Можно ли говорить, что эта волна стала мощнее и это связано с тем, что так называемый параметр заразности, передаваемости этого вируса стал выше?

— Скорее всего, да, об этом можно говорить. И эту тенденцию мы четко прослеживаем.

— Вы говорите, что волна стала мощнее. Какая ситуация сейчас в больницах? Хватает ли койко-мест, хватает ли препаратов, хватает ли защитных средств врачам?

— Защитных средств для врачей сейчас хватает. В этом для нас нет необходимости, мы обеспечены этим полностью. Однако по лекарственным средствам всегда были вопросы, и они остаются сейчас, в том числе по антикоагулянтам, которые разжижают кровь и не дают образовываться тромбам, которые очень часто образовываются при COVID-19. С этими препаратами у нас всегда были проблемы, и сейчас эти проблемы опять-таки есть.

По поводу мест, которых в больницах не было, их нет и сейчас. И очень не хватает именно кислородных точек, не хватает концентраторов. Приходится по дежурству изыскивать какие-то очень странные резервы для того, чтобы каким-то образом дать хоть какой-нибудь кислород для пациента.

— Антикоагулянты, о которых вы говорите, их нет в аптеках или их просто нужно покупать за деньги?

— Они есть в аптеках, но они есть в очень ограниченном количестве. Мы можем давать эти препараты только в реанимационных отделениях, то есть хорошие препараты. А остальные приходится давать более слабые, не такие проверенные. Поэтому у нас получается нестыковка в плане лечения в отделениях и в плане лечения в реанимации.

— Возможно, вы заметили какую-то связь, что якобы из-за ковида онкологических заболеваний стало меньше?

— Могу сказать, что в первые две волны, которые были у нас в стране, мы наблюдали довольно много онкологических пациентов, которые заболевали коронавирусом. И, к сожалению, эти пациенты в основном не выживали. И, скорее всего, именно за те две волны очень большое количество онкологических пациентов просто умерло. Именно поэтому мы видим сейчас, что их меньше. Наверное, с этим можно связать как раз таки то, что их просто нет.

Почему их стали меньше выявлять – скорее всего, это больше проблемы со скринингом, потому что сейчас люди особо не обследуются, нет понятия каких-то плановых медкомиссий, и из-за этого тоже очень большие проблемы.

— Что вам известно о штамме «дельта-лайт», который накануне зарегистрировали в Беларуси?

— Это довольно странная информация, которая прошла у нас. Пытаются представить штамм «дельта», но с интерпретацией тех цифр, которые есть в Беларуси. Такого штамма, естественно, скорее всего, нет. Это просто какая-то очередная выдумка белорусских властей, чтобы оправдать, свою статистику.

— Значит, есть штамм «дельта», а «дельта-лайт» – это что-то придуманное?

— Скорее всего, да, так и есть.

Оцени статью:
1
2
3
4
5
Средний балл - 5 (оценок:56)