«В белорусов я ни при каких условиях стрелять не буду»

Материал о легенде белорусского национального движения Тимохе Острикове лежал в редакции готовый к печати. И вдруг приходит весть о смерти героя. Историю о нем, представителе Рады Белорусской Народной Республики, который в 1952 году десантировался в БССР с военного самолета Соединенных Штатов, каждый использует по-своему.

Те, для кого день образования БНР -- праздник, говорят об Острикове как о национальном герое. А КГБ по-прежнему гордится своей удачной операцией 55-летней давности по захвату группы американских шпионов. И способствует съемке фильмов об Острикове. Буквально через пару дней после очередной такой премьеры бывшего шпиона похоронили под бело-красно-белым флагом…

ЦРУ нашло Острикова в английских шахтах

Конфликты с советской властью начались у Острикова в детстве. Отец Тимофея Акимовича отказался идти в колхоз, за что и получил три года тюрьмы.

С началом Великой Отечественной сына врага народа призвали в Красную армию. Но долго повоевать за «бесовское государство», как говорил отец, Тимофей Акимович не смог -- попал в плен.

Дальше -- немецкий лагерь и работа остербайтером в Германии. После окончания войны возвращаться на советскую родину не хотелось, и Остриков решил остаться на Западе. Вместе с земляками отправился на заработки в английские угольные шахты.

Там на Тимофея Акимовича и обратил внимание член Рады БНР Борис Рагуля, который был связан с американской разведкой. Вскоре была сформирована группа из четырех человек под руководством Острикова, которую после спецподготовки на базе ЦРУ под Мюнхеном заслали в БССР.

В своих первых интервью в 90-х годах разведчик говорил, что по родной Беларуси у него болело сердце. Он чувствовал, что, находясь на Западе, ничем не может помочь Отечеству. Поэтому и принял предложение вернуться на родину под кодовым именем Карл.

«Нас, возможно, подставили сами же американцы»

О своих конкретных заданиях Остриков до последних дней ничего не рассказывал. Только общая информация: создавать подпольную сеть, вести антисоветскую пропаганду…

Американцы снабдили Острикова последними шпионскими штучками: радиостанции, портативные фотоаппараты, семь пистолетов, три автомата, две стреляющие авторучки, топографические карты, компасы, средства тайнописи, медикаменты, яды… Сегодня это чуть ли не самые ценные экспонаты музея белорусского КГБ.

Убивать предписывалось в крайних случаях, но, как сейчас вспоминает Тимофей Акимович, заявил он тогда однозначно: «В родных белорусов я ни при каких условиях стрелять не буду».

Группу Острикова из четырех человек выбросили с парашютами из военного самолета США. Но после высадки на территории БССР подпольщики не смогли поработать и неделю.

«Нас сдали и, возможно, подставили сами же американцы, - предполагает разведчик. - Скорее всего, нами хотели прикрыть более значимого шпиона. Предписание было странное: как приземлитесь, сразу дайте радиопередачу. Я подумал: нас же засекут в момент! Так и случилось. Трое членов группы были арестованы, один убит.

Меня схватили так. В Новогрудке надо было встретиться с одним человеком. Договорились около почты. Я пришел ко времени, а его нет. Подождал -- ничего.

Дело, чувствую, нечистое. Решил отправиться в Минск. Надеялся, там меня не поймают. Но уже в 11 вечера того же дня меня схватили.

Приводят на второй этаж в КГБ. Вижу -- окно открыто. Я разогнался и туда, но двое меня за ноги схватили и стали тянуть. А потом -- камеры, допросы…

Отсидев три года в тюрьме под следствием, по приговору суда получил Остриков как положено: 20 лет лагерей за «измену родине с оружием в руках». Ни в перестройку, ни в демократические девяностые власть не реабилитировала Тимофея Акимовича. А срок он отбывал в Мордовии.

В 80-х на агента Карла КГБ словило настоящего шпиона

После освобождения Остриков приехал в Гомель -- он почти отсюда родом. Спустя три месяца женился, а несколько оставшихся до пенсии лет проработал строителем.

Но прошлое не сразу отпустило разведчика. В 1981 году к нему пришло письмо из Москвы. «Мы по-прежнему помним дорогого друга Карла», - прочитал Тимофей Акимович. Неизвестный предлагал приехать в столицу СССР и встретиться; место и время оговаривались.

Остриков, видимо, решил не рисковать и сообщил о депеше куда следует. В КГБ сказали: езжай на встречу.

В небольшом сквере к бывшему агенту Карлу подошел мужчина в спортивном костюме и с пуделем на поводке. Скоро в руках Тимофея Акимовича очутилась коробка конфет «Холодок». А в лапах спецслужб - атташе посольства США Луис Томас. Коробка оказалась наполненной не сладостями, а инструкциями ЦРУ.

Но с американской разведкой Тимох Остриков окончательно распрощался лишь спустя много лет. Есть сведения, подтвержденные из нескольких источников, что в 1995-м он выезжал в Германию на свою последнюю встречу с агентами ЦРУ. После подписания каких-то бумаг они передали бывшему шпиону около 25 тысяч долларов.

Государство платило старику-шпиону 270 тысяч рублей пенсии

Дата десантирования стала для «Комсомолки» поводом впервые проведать старика-шпиона. Жена Тимофея Акимовича несколько лет назад умерла. За последние годы 84-летний мужчина перенес два инсульта, ослеп на один глаз, не мог ходить, с трудом разговаривал. За ним присматривала Нина Ивановна, можно сказать, посторонняя женщина. Она взяла его в свой дом. Тимофей Акимович долго оставался без прописки, жил на пенсию в 270 тысяч рублей.

-- Прописать его к себе я не могла, - рассказывает Нина Ивановна, - в этом случае мне пришлось бы платить налог за квартиранта, а я сама пенсионерка. Оформить опекунство над ним тоже не могла - опять же из-за пенсионного возраста.

В последнее время Тимофей Акимович пересматривал по несколько раз телевизионные новости, пытался разобраться во внешней и внутренней политике нынешнего белорусского государства. Президента недолюбливал…

-- Во сне Акимович, бывало, кричал, ему казалось, что его бьют. А еще какие-то сигналы подавал, стучал железякой, -- припоминает Нина Ивановна.

Кстати, в редкие моменты разговора общался Тимофей Акимович на белорусском языке. А своей сиделке говорил иногда: «Болтаешь ты слишком много»! Разведчик, видимо, не бывает бывшим.

Подпольщиков в 50-годы сбрасывали в Беларусь с самолетов не один раз

Самым известным белорусским разведчиком, которому приходилось шпионить на своей же родине, стал Янка Филистович. И судьба его тоже, пожалуй, самая трагичная.

В сентябре 1951 года в качестве представителя БНР Филистович десантировался с американского военного самолета в Молодечненской области. Год работал в БССР на создание белорусского национального подполья.

Задержан шпион был не белорусскими, а московскими спецслужбами. Убегая к западной границе СССР, разведчик зашел в одну из деревень, постучал в двери к школьному другу. Тот посадил его за стол, накормил, напоил чаем, в который было подсыпано снотворное.

Взяли подпольщика, когда тот был без сознания. В 1953 году Янку Филистовича приговорили к расстрелу.

Оцени статью:
1
2
3
4
5
Средний балл - 0 (оценок:0)