Марина Коктыш, Алесь Сивый (фото), «Народная воля»
Степан Сухоренко: “Ну дали кому-то в глаз, что здесь такого?”

Газета «Народная воля» опубликовала полную версию интервью со Степаном Сухоренко. Экс-председатель КГБ рассказал, как спасал страну от дохлых крыс, зачем бродит среди могил и о том, что сейчас находится в прострации.

Он был не в СИЗО на Володарского вместе со своим бывшим первым замом Василием Дементеем, как сообщали накануне некоторые интернет-ресурсы, а в родительском доме — за двести километров от Минска. Со всей своей семьей — матерью, женой, дочкой, зятем и внуком, которому недавно исполнилось полтора года. Судя по всему, Степан Николаевич был слегка шокирован, когда увидел в своей родной деревне журналиста “Народной воли”. Но прятаться и убегать не стал.

— А зачем Вы приехали? — сразу спросил он.

— Чтобы узнать, как Вы себя чувствуете после отставки.

— Как всегда — уверенно.

— Переживаете?

— Ну, как сказать... В целом все нормально. Пока с внуком Вовкой отдыхаем, нам здесь хорошо.

— И сколько дней Вы уже здесь сидите?

— Я не сижу, я отдыхаю. Хотел сразу бороду отпустить, а потом подумал и решил — не надо.

— А в Интернете пишут, что Вас арестовали...

— Самые разные домыслы в отношении меня ходили и еще, наверное, будут ходить. Но это совершенно ни о чем не говорит. Я сейчас в отпуске, веду такой свободный образ жизни, любуюсь теми местами, где вырос. Сейчас вот на рыбалку собираюсь. Если хотите — пойдемте вместе...

Про свою отставку я говорить ничего не хочу, и никакого интервью давать не буду. Я отдыхаю — имею право.

— Значит, обижены на власть?

— Внутреннее состояние у меня ровное, а то, что случилось, — это не обсуждается.

— Была информация, что Вы якобы долгое время не могли попасть на прием к Лукашенко. Интересно, перед отставкой с Вами хоть поговорили?

— Я ни о чем и ни с кем на эту тему говорить не буду. Решение принято, тема закрыта.

— Ваш уход связали с темной историей об избиении председателя Комитета госконтроля Зенона Ломатя. Говорили, что инцидент с ним — типичные гэбистские штучки...

— Я сразу сказал, что это какая-то нелепая провокация.. По сей день не могу понять конечной цели этого мероприятия. Зачем?.. Кто это все придумал?..

— Многие убеждены, что это дело рук Ваших подчиненных.

— Это пустое все. Я эту ситуацию анализировал.. С одной стороны — ну дали кому-то в глаз, что здесь такого? А с другой... Я когда разложил все, проанализировал... Мое мнение, что это провокация. Чистейшей воды провокация!

Я никогда не занимался кулуарными играми или чем-то еще. У меня была стратегическая задача — безопасность в стране. А такие вещи... Заниматься подобными делами — ниже моего достоинства.

— Зенон Ломать до сих пор молчит и не дает никаких комментариев. Может, Вы расскажете, что там на самом деле случилось?

— Спросите лучше у Ломатя, я ведь там не был. Я уже потом узнавал в ходе разборок самые разные версии и не мог понять, зачем это все сделано. Даже если кто-то за кем-то следил, фотографировал, зачем было стучаться, лезть, снимать... Я все это называю одним словом — брыдятина...

— В Интернете писали, что эта провокация якобы была направлена против министра внутренних дел Владимира Наумова.

— Это провокация против меня. Если бы это была провокация против Наумова, то, наверное, Наумов сейчас был бы в моем положении, а так пока я в такой ситуации.

— А Вы меня когда-то уверяли, что никакой войны между КГБ и МВД нет и в помине...

— А я и не воевал с ними. И сегодня не воюю. Я всегда строжайшим образом защищал закон. И если кто-то нарушал закон — неважно кто — это уже была проблема этого конкретного человека. А против личности, против ведомства — никогда в жизни. У нас всегда были прекрасные отношения, я их поддерживал, культивировал.

— В указе написано, что Вы освобождены от должности “в связи с переводом на другую работу”. Куда Вас перевели?

— Я не знаю. Куда президент предложит, туда и пойду. Как Вы знаете, я всегда был и остаюсь сторонником президента, потому что другой альтернативы ему сегодня не вижу. Кто бы там чего ни делал против меня, я буду служить этому человеку, если он позовет. А если нет — жизнь все расставит так, как надо. Без работы в любом случае не останусь. Голова есть, руки есть... Но я надеюсь, что правда все-таки восторжествует и президент во всем разберется. Если кто-то что-то ищет, то они не там ищут...

Пока сложно сказать, чем бы мне хотелось заняться. Пока надо походить по своим родным местам. Я уже много лет не топтал эту траву, с удочкой на берегу не сидел…

Надо прийти в себя. Будет у меня право выбора — выберу. Не будет — сам что-то поищу. Никакой обиды у меня нет. Я прекрасно понимаю, что находился на той орбите, когда эмоции должны отсутствовать. А к отставке должен быть готов любой руководитель с первого дня назначения на должность.

— А Вашего зама Василия Дементея за что сняли?

— Я не знаю. Честно скажу: я пока в прострации... Пытаюсь разобраться... Думаю, со временем все станет на свои места. Еще раз говорю: решение, которое принял президент, не обсуждается. Значит, у него были мотивы, основания, чтобы так поступить.

— Хотите сказать, что кто-то положил Александру Григорьевичу папку с компроматом?

— Не исключено...

— Не пожалели, что когда-то согласились “с огромным желанием” возглавить КГБ?

— Я считал, что у меня должно получиться, что я справлюсь.

— Слышала, что не так давно с Вами пытались встретиться представители ФСБ России...

— Сейчас многие будут искать со мной встречи, но я пока не готов идти на контакты. Я и все телефоны отключил. Пока не хочу ни с кем общаться.

...Я в последнее время частенько на кладбище заезжаю. Чтобы прийти в себя, надо туда сходить, побродить среди могил, крестов. После этого начинаешь понимать истинную цену бытия на этой земле, что все остальное — звания, должности — все это суета сует...

— Не могу не задать еще один вопрос. Сегодня многие говорят о том, что Сухоренко навсегда останется в истории белорусского КГБ “крысоловом”...

— Это Вы о той операции, о которой мы поведали накануне президентских выборов? Как бы там ни пытались выставить, что мы достаточно примитивно работали, я честно скажу: это была не подстава... Был человек, который рассказал про крысу. И он рассказал гораздо больше, чем мы показали на той пресс-конференции.

Не надо ерничать по поводу дохлой крысы, подброшенной в водопровод. Конечно, проще, как Литвиненко, бросить радиоактивного полония. Но тут сразу уши торчат. А крыс набросал — и все. Так что не надо ерничать, это все было на самом деле.

— Значит, Вам за эту операцию не стыдно?

— Абсолютно. И то, что тогда могло дойти до взрывов — все это так. И пресс-конференция, которую мы тогда провели, во многом предотвратила и предупредила ситуацию.

— Многие ожидали, что Вас позовут на представление в должности Юрия Жадобина...

— Эта тема не обсуждается.

— А как Вы отнеслись к назначению Жадобина?

— Я когда узнал, что его назначили, сразу сказал: это первое приятное событие за последнее время. Я знаю Юрия Викторовича как исключительно порядочного и надежного мужика. Может, он не профессионал в нашей сфере, но зато порядочный...

— Вы рапорт об уходе по собственной воле написали или под чьим-то давлением?

— На меня никто не давил. Мне объявили — я ушел.

— Представляя Жадобина, Лукашенко раскритиковал деятельность КГБ под Вашим руководством...

— Президенту виднее. Если позор — значит, позор. Оценку нашей деятельности даю не я...

— Но Вы признаете, что в последнее время КГБ работало в основном на обеспечение личной безопасности президента?

— Дело в том, что КГБ привлекается к отдельным мероприятиям по обеспечению безопасности — это было одной из наших задач. А в целом мы работали прежде всего на страну, на ее безопасность. Другой вопрос, как это получалось. Мне кажется, что это получалось неплохо. Во всяком случае за все время службы я ни разу не подвел президента. И я искренне считаю, что служил честно и добросовестно.

— А как тогда понять прозвучавшие фразы о том, что Комитет якобы крышует частные структуры и что “в КГБ не место тем, кто крышует”, что генералы ГБ не обо всем докладывали Лукашенко...

— Я всегда докладывал о том, что у меня было предельно откровенно.

— Вы видели лица своих бывших подчиненных, когда Лукашенко представлял Жадобина?

— Я в это время не смотрел телевизор. Я сейчас вообще не смотрю телевизор и не читаю газет. Я только одно знаю: я вырос с младшего опера, и знаю, что все эти люди — глубоко преданные стране и своему делу. А то, что президент ругался — значит, ему дали повод. Поэтому тут нечего обсуждать, все понятно и ясно.

В Комитете работают очень надежные и порядочные люди, которым абсолютно не безразлично, что в этой стране происходит...

— ...и которые все понимают, что на самом деле происходит в стране, да?

— Ну только не надо заворачивать!..

Вы вообще лучше ничего не пишите. По-разному все это могут истолковать, а мне бы не хотелось... Я пока отдыхаю, а там будет видно, что, чего и как...

Оцени статью:
1
2
3
4
5
Средний балл - 0 (оценок:0)