Шрайбман: Все зависит от того, насколько долго будет сохраняться режим, лояльный Лукашенко и его семье
Политический аналитик — о том, сработают ли гарантии безопасности для правителя и его клана после ухода.
На прошлой неделе Александр Лукашенко направил в парламент проект закона, согласно которому УК предлагается дополнить статьей, предусматривающей ответственность за насилие или угрозу насилия в отношении президента Беларуси, прекратившего исполнение своих полномочий.
Наказание предусматривает «ограничение свободы на срок от трех до пяти лет или лишение свободы на срок от трех до восьми лет».
Кроме того, предлагается расширить действие статей «клевета на президента» и «оскорбление президента» и на бывшего президента и членов его семьи.
Для чего Лукашенко инициировал эти изменения, Филин обсудил с политическим аналитиком Артемом Шрайбманом.
![](/uploads/2024/01/shraibman15.jpg)
— Когда мы говорим, что Лукашенко их инициировал, мы не должны воспринимать эту ситуацию, что правитель сидел, писал законопроект и решил внести его в парламент. Все это происходит иначе.
При администрации Лукашенко есть национальный центр правовых исследований, и когда он пишет какие-то правовые акты, именно Лукашенко их потом в итоге и вносит. В том, что это внес именно Лукашенко, не всегда и не обязательно высокая политическая составляющая, просто власти так было на этот момент удобнее.
Этот акт вполне мог внести кто-то другой, если бы он его разрабатывал, например, Совет министров. Я вижу это как продолжение законодательного тренда, который начался с принятия новой конституции, которой урегулируется статус бывшего президента.
Сначала в конституцию был внесен вопрос о гарантиях. Потом были приняты комплексные поправки в закон о президенте Беларуси. Одним из положений была гарантия того, что статус экс-президента, его честь и достоинство охраняются законом. Соответственно, нужно было прописать санкции за нарушение чести и достоинства, которые и были бы этой самой охраной статуса экс-президента.
В этом смысле у этого шага сейчас, скорее всего, есть простая процедурная законотворческая логика, что, раз есть закон о статусе бывшего президента, нужно эти нормы развивать, в том числе через охрану в Уголовном кодексе.
— Сработают ли гарантии безопасности для Лукашенко и его клана после ухода?
— Все зависит от того, насколько долго будет сохраняться режим, лояльный Лукашенко и его семье. В Казахстане на смену Назарбаеву пришел сначала полностью лояльный человек, а затем человек, который начал потихоньку сворачивать культ личности Назарбаева, его семью преследовать и представителей его семьи и ближнего круга арестовывать.
Поэтому, разумеется, эти гарантии не законом регулируются в первую очередь. Они закрепляются тем, будет ли у клана Лукашенко после ухода от власти реальная власть и сила для того, чтобы свою честь защищать, метафорически выражаясь.
— Являются ли предложенные поправки сигналом, что Лукашенко собирается уходить?
— Будут два серьезных сигнала того, что Лукашенко соберется уходить.
Первый — абсолютно очевидные необратимые проблемы со здоровьем, которые несовместимы с долгим заниманием поста. Пока мы такого не видим, хотя явно здоровье портится, и кризисы и прочие выпадения из графика у Лукашенко случаются, но пока это не носит очевидный терминальный характер.
Второй — если мы будем видеть подготовку системы к какому-то конкретному преемнику, то есть возвеличивание нового будущего лидера.
Все остальные ходы, особенно такие дежурные законодательные правки, я не считаю стопроцентными сигналами того, что Лукашенко к чему-то готовится.
Точно такой же подготовкой можно было считать принятие конституции в 2022 году. Мы уже два с половиной года после этого прожили, и никакого особого движения в сторону транзита не происходит. Поэтому таких актов можно еще до транзита успеть принять десять штук, и после каждого из них у нас будет возникать повод задаться вопросом: а вот не это ли тот самый звоночек?
Оцените статью
1 2 3 4 5Читайте еще
Избранное