«Россия при Петре стала гораздо более «чингисхановским» государством»

Накануне выхода четвертого тома «Истории Российского государства» писатель Борис Акунин — о том, почему книга вызовет раздражение и в России, и на Украине, а также о томе пятом.

— Четвертый том, посвященный событиям XVII века, построен диспропорционально, — комментирует для Interview автор. — Очень много места уделено относительно короткому периоду Смуты, потому что это очень важный урок того, как разваливается государство и как оно потом восстанавливается. Другой ключевой узел тома — «украинский вопрос», сегодня болезненно актуальный. Я старался быть беспристрастным и абсолютно аполитичным. Это, вероятно, вызовет раздражение как у российских, так и у украинских пассионариев.

Пятый том будет целиком о преобразованиях Петра. Предыдущие тома у меня называются «Часть Европы», «Часть Азии», «Между Азией и Европой», «Между Европой и Азией», а петровский том следовало бы назвать «Евроремонт».

— Это ирония в том смысле, что изменения только выглядят радикальными? Многие историки критикуют Петра за то, что у Европы не переняли самое главное — парламентаризм и свободный рынок. Вы согласны с этой точкой зрения?

— Начитавшись источников, я стал иначе понимать смысл петровских преобразований. Петр только перекрасил фасад на европейский манер, а «азиатскую» начинку не только не тронул, но еще и усугубил. Россия при Петре стала гораздо более тоталитарным, «чингисхановским» государством, чем в XVII веке. Я сейчас не говорю, правильно это было для того времени или неправильно — просто констатирую факт.