Оксана ТУШКИНА
Реконструкторы и деконструкторы

На этот раз средневековье в нашей древней столице просто било ключом. Причем в разных ипостасях: как в романтической (в исполнении реконструкторов в аутентичных одеждах), так и в брутальной (в исполнении «деконструкторов» в форме и штатском).

«Наваградзскі замак-2006» оставил странное впечатление. В нем уже не чувствовалось романтики дебюта-2000, однако не было и конкурсного поедания спонсорских пельменей-2004. Не было агрессивной рекламы прошлых лет и как результат — разумное (то есть не мешающее друг другу и соизмеримое с фестивальными площадями) количество зрителей. Впрочем, коронные мероприятия феста — ночной бугурт и реконструкция битвы (на этот раз — с тевтонцами в 1394 году) — традиционно собрали аншлаги.

На удивление немногочисленным был и неотъемлемый элемент всех массовых мероприятий белорусского разлива — невменяемые «реконструкторы» питейных традиций из числа публики. Заезжая прогрессивная молодежь активно браталась с местным населением, дарила им «свободную» символику и зажигала под живую средневековую музыку в импровизированных хороводах. Местные вели себя поскромнее: кто-то, ведомый женой, покачиваясь, шел домой, кто-то, наблюдая за ночным файер-шоу, втихую распивал водку из пластиковой бутылочки от газировки, закусывая батоном со следами отвалившихся шпрот, кто-то горячо твердил приезжим панкам: «Вы, хлопцы, молодцы! А эти, наши — поубивал бы!»

Другая хорошая новость: практическое отсутствие «гоблинов» и «средиземцев» (так реконструкторы называют «стилевиков» и ролевиков, чьи костюмы далеки от исторической правды). К этому вопросу минская уния «Меч и ворон» — основной клуб-организатор — подошла основательно: было решено пожертвовать количеством участников во имя качества их внешнего вида. К слову, Уния — один из наиболее профессиональных белорусских клубов. Ее статус авторитетного и нейтрального игрока на фестивальной сцене (ранее организатором акции выступал Игорь Михно, чья персона лет пять назад вызвала раскол рыцарства на два лагеря — «к Михно едем» и «к Михно не поедем») дает основания надеяться, что акции со средневековым колоритом отныне выйдут на качественно иной уровень.

Что было нового? Рыцарский лагерь вернулся на Замковую гору. Туда (и в лагерь, и на гору) можно было попасть за 5 тыс. белорусских рублей. Что тоже новость: прежде все фестивальные мероприятия были бесплатными. За деньги показывали III турнир короля Миндовга в двух частях (XII-XIII и XIV-XV вв.), спектакль батлейки о бесславной кончине царя Ирода (изъяснявшегося с узнаваемым акцентом) и — особый бонус — быт рыцарского лагеря. По поводу последнего пункта программы, одна из участниц с иронией заметила: «Ужасно, что зрителей пускают в лагерь. Очень неприятно, когда кто-то ходит, смотрит: там наши вещи, мы же там едим, спим, мы там живем. Чувствуешь себя как в зоопарке: «в шатры не входить, рыцарей не кормить».

Турнир окончился вполне предсказуемо: и в первой, и во второй части победителем и обладателем серебряного перстня, реконструированного по образу и подобию перстня Миндовга, заслуженно стал лучший белорусский боец Хлодвиг Лангобардский из унии «Меч и Ворон». Во второй день Хлодвиг, вновь озадаченный необходимостью выбрать королеву турнира, долго не думал и, немного пококетничав с публикой по поводу тяжкого бремени решать, какая дама лучше, сообщил: «Лучший выбор — это тот, который я сделал вчера» и совершил с Ровеной Ла Фломе Кайе повторный круг почета вокруг ристалища.

Фестивальная география в этот раз была скромнее: немногочисленное присутствие украинских и российских гостей с большой натяжкой позволило считать фест-2006 международным. Как пояснил маршал Унии Генрих Ранденгофф, «и в России, и на Украине в это время тоже проходят с интервалом в неделю-полторы крупные мероприятия. Мы фестиваль этот делали всего за полтора месяца. Именно тогда было принято решение, что он будет. Дату определил район. Вывешиваешь объявление, клубы жалуются: почему вывесили поздно, мы уже зарегистрировались, пообещали приехать на другие фестивали. Но, учитывая, что место под рыцарский лагерь было занято полностью, все равно бы больше никто не поместился.»

Таким образом, фест оказался национальным — скорее по составу, чем по духу. Хотя, как выяснилось, и национальное собравшиеся понимали по-разному.

На открытии феста председатель Новогрудского райисполкома господин Кулак, периодически запинаясь, озвучил-таки по-белорусски приветствие новогрудчанам и гостям древней столицы. Его речь запомнилась настойчивыми попытками связать старинные рыцарские подвиги с освобождением от немецко-фашистских захватчиков и официозной риторикой. Этот замечательный микс периодически вызывал громкий смех наиболее активных гостей праздника — компаний молодежи, дружно скандировавших во время бугурта «Жыве Беларусь!», распевавших N.R.M. под звон мечей, аплодировавших клубам, которые представлялись по-белорусски, и задорно кричавших на звучавшее со сцены «спасибо» «Спасіба» за Смаленскам!». Во время представления клубов-участников на сцену внепланово вышла группка милиционеров (которых зрители между собой тут же ласково назвали главным деконструкторским клубом) — и юная публика по этому поводу выдала идею нового движения — реконструкции белорусского «майдана».

На городской площади звучала живая средневековая музыка, светло солнце (кстати, это первый новогрудский фестиваль без дождя!) и казалось, что даже стражи порядка приветливы и беззлобны. Но если музыка (в этом году фест, кроме отечественных «Келіх кола», «Artes Liberalis» и «Ceilidh Ceol», принимал украинский «Бурдон», российских «Drolls» и заводных поляков из «Open Folk») была одной из сильных сторон новогрудского фестиваля (менестрелей с песнями про Гарри Поттера здесь не бывает), то мирный настрой стражей порядка в виду внушительного количества новоприбывших со значками «За свабоду!», в майках с «Пагоняй» и других вариацями на бело-красно-белую тему, выглядел подозрительно. И не без оснований.

Пока поляки развлекали публику, черный спецназ в двух шагах от сцены скрутил руки парню в майке с «Пагоняй» и поволок в районный дом культуры. Как рассказал задержанный, там его участливо спросили «ну не нравится милиции ваша майка, зачем вы ее носите?», задали сакраментальный вопрос «активно ли ты выражал свою политическую позицию?», переписали данные и отпустили. Но настроение испортили всерьез. И не ему одному. Других обладателей «неправильных» маек, ленточек, значков и фенечек также задерживали и переписывали, а самые «неблагонадежные» зависали «в гостях» на три часа. Разумеется, без протокола.

«Гвоздь» программы — реконструкция битвы с тевтонцами 1394 года — наверное, была хорош. Но насладиться зрелищем корреспонденту «Салідарнасці» не пришлось. В тот самый момент, когда схватившие славянского княжича тевтонцы собирались при большом стечении публики осаждать Новогрудский замок, пришлось наблюдать внепрограммный интерактив — «деконструкторскую» забаву под названием «Битва за флаг». В зрительской толпе взлетели ввысь несколько бело-красно-белых полотнищ. И к ним тут же, расталкивая зрителей, полезли по склону милиционеры. В двух шагах от меня стражи порядка пытались грубо стащить девушку и парня-знаменосца со склона под крики толпы «Жыве Беларусь!», «Отпусти людей!» и «Не позорь погоны!». Наконец упитанный майор милиции победно вырвал полотнище у парня в темной куртке и скомкал его в кулаке. Парень и девушка скрылись в толпе, однако, как выяснилось впоследствии, «хапун» продолжился за пределами места штурма — захват участников акции (по предварительным данным, было задержано около десяти человек) проходил по наводке со смотровой площадки, где заранее устроились «специалисты» с биноклями. Из включенных милицейских раций громко неслось: «Так сколько человек задержано и доставлено в штаб?» И шло обсуждение — везти в наручниках или без.

Страна так и не узнала имена «победителей»: представиться прессе стражи порядка категорически отказались — в самом деле, не зовут же их всех «не мешайте работать!!!». Ведущий же финальной акции феста заметно нервничал и с мотивацией «вы же всех подставляете» просил — с некоторым опозданием -убрать флаги (с точки зрения реконструкции вполне уместные на фестивале средневековой культуры). Но, как прокомментировал сэр Генрих, «не уместные на этом мероприятии с точки зрения современности». Организаторы назвали появление флагов «провокацией» и посчитали, что использовать их фестивали для проведения подобных акций недопустимо: «Если очень хочется, пусть для этого устраивают шествия, митинги, но не там где мы занимаемся работой», — сказал Генрих Ранденгофф. Увы, в нашей странной стране славное прошлое по-прежнему не объединяет, а разобщает.

Оцени статью:
1
2
3
4
5
Средний балл - 0 (оценок:0)