«Размер вскрытого гнойника пугает». Почему бьет — значит бьет, а не любит

Диджитал-директор Esquire Настя Полетаева следила за скандалом с Региной Тодоренко и объясняет, почему буллинг тут совершенно ни при чем и почему российское общество так любит впадать в коллективную амнезию, когда дело касается домашнего насилия.

На днях российская телеведущая Регина Тодоренко заявила, что женщины сами провоцируют насилие, потому что им нравится выступать в роли «жертвы и спасительницы».

Разгорелся скандал: журнал Glamour отозвал у Регины премию «Женщина года», а PepsiCo приостановили рекламный контракт. Высказались все, кто только мог, а вслед за публичным осуждением среди знаменитостей началась массовая кампания «против травли Регины».

…В какой-то момент скандал с Региной Тодоренко преодолел ту точку невозврата, когда любое действие делает все только хуже. Она извинилась один раз — мало. Извинилась два — фальшиво. Журнал Glamour поддерживает круговую поруку глянца, обеляющего своих героев в обмен на трафик, — а нет, журнал Glamour по‑фашистски отбирает премию, которую сам же и вручил. Соглашаешься с высказыванием Тодоренко — ты насильник и психопат. Пишешь критические посты и комментарии — ты устраиваешь травлю, плохо понял Библию и забыл про непротивление злу насилием.

Окей, давайте просто признаем, что любой конфликт такой медийной силы в итоге превращается в чан с экскрементами и ничего его уже не спасет. Люди какое-то время будут слать Тодоренко проклятия — и потому, что она влезла в тему, по которой действительно нельзя ходить грязными ногами; и потому, что мало существует настолько же приятных глазу народа зрелищ, как сожжение красивых, богатых и знаменитых ведьм на городской площади.

А женщины, которые услышали ее слова в ситуации, когда у них нет моральных или материальных возможностей, чтобы уйти от насильника, получили от Тодоренко ментальную пощечину такой страшной силы, что у них еще долго будет звенеть в ушах. И даже все деньги мира, направленные в фонды помощи жертвам насилия, этот звон не приглушат.

Когда Glamour отозвал в субботу свою премию «Женщина года», я испытала ликование. Подумала, что в России наконец-то начал работать институт репутации. Что медийные личности начнут думать, прежде чем говорить. Что о домашнем насилии начнут писать не только активистские ресурсы, но и вообще все, и это само по себе — огромная победа. Спустя двое суток я чувствую только опустошение и разочарование. И я боюсь.

Я боюсь, что после поддерживающих Регину высказываний Настасьи Самбурской о подзатыльнике как лекарстве от «бабской тупости» те женщины, которых вот прямо сейчас бьют головой о холодильник, окончательно забьются в угол и лишатся последних сил, чтобы себя защитить. Вдруг это не побои, а лекарство? Вдруг они это заслужили?

Я боюсь, что из-за толпы друзей Регины из числа федеральных звезд, которые называют критику буллингом и ждут мгновенной коллективной амнезии после принесенных извинений, понятие «буллинг» исказится так же, как исказилось понятие «феминизм». И любая попытка заставить публичного человека ответить за свои слова теперь будет зваться «буллингом».

Я боюсь, что сказанное Региной Тодоренко — не сдуру брошенные кривые формулировки. Очень вероятно, что она правда так думает. А значит, она и сама живет в этой системе ценностей, где нужно что-то делать, чтобы тебя не бил твой мужчина. Если бы я была ее подругой, я бы ее обняла.

Я боюсь читать комментарии в соцсетях, потому что по ним лучше любой статистики видно, сколько мужчин на самом деле оказываются бытовыми бойцами MMA и сколько женщин готовы их оправдывать, замазывая перед зеркалом свежие синяки.

Все эти «да с некоторыми бабами по‑другому нельзя», «если не уходит, значит нравится быть жертвой», «нормальную женщину никогда никто не ударит» — это не безликие IP из недр интернета, а реальные мужчины и женщины, у которых нет психологического блока на физическое насилие. Они ударят, позволят ударить себя, придумают оправдания для всего происходящего и закидают камнями тех, кто посмеет рассказать о своей беде. И воспитают так своих детей.

Но самое главное — я боюсь, что нас всех обманули. Что премии и рекламные контракты забрали у Регины, потому что она банально популярнее, например, депутата Слуцкого, имеющего привычку хватать журналисток за лобок. Или заслуженного артиста республики Татарстан Марата Башарова, который избил свою бывшую жену до состояния комы и закрытого перелома черепа. У них все в порядке. Они работают, как работали, имеют награды, и никто не предлагает их четвертовать. И простите, но они мужчины. Удивительным образом в нашей патриархальной стране первое публичное наказание за дремучесть взглядов в вопросах насилия досталось женщине. Просто такое совпадение.

Депутат Слуцкий как образ российского депутата

Размер вскрытого гнойника пугает настолько, что хочется отвернуться и не смотреть. И здесь надо сказать то, ради чего затевалась эта колонка: смотреть и замечать — сейчас самое важное. Например, не делать вид, что не видите синяков коллеги и не слышите криков соседки через стену. Потратить пару минут, чтобы объяснить друзьям или родителям, что бьет — значит бьет, а не любит. Сходить, в конце концов, к психологу и поговорить с ним о том, почему оправданий насилию не бывает, а психически здорового человека нельзя «довести» до желания ударить жену или ребенка в челюсть.

Этим и предлагаю нам всем заняться.

Оцени статью:
1
2
3
4
5
Средний балл - 3.9 (оценок:20)