Подполковник, бывший пограничник. Что известно о политзаключенном Дмитрии Карако

43-летний Дмитрий Карако большую часть своей жизни посвятил военной службе: начал карьеру на брестской заставе, а завершил начальником сектора организации оперативного поиска в Госпогранкомитете. Теперь Дмитрий – в СИЗО КГБ по «делу «Белгазпромбанка», пишет Belsat.eu.

6 июля правозащитники признали его политзаключенным.

Утром 18 июня Дмитрий Карако с Эдуардом Бабарико выехали из Минска: они планировали объехать шесть городов, чтобы сдать в территориальные избирательные комиссии листы с подписями за Виктора Бабарико. Дмитрий был за рулем. За городом машину остановили силовики. Дмитрия задержали вместе с Эдуардом, обоих поместили в СИЗО КГБ. Позже стало известно, что Карако инкриминируют ч. 2 ст. 243 УК («Уклонение от уплаты налогов в особо крупном размере»).

Как высокопоставленный военный попал в команду Бабарико? Его жена Марианна в интервью belsat.eu рассказала о пути своего мужа.

«Мой муж – офицер, 20 лет отдавал долг Родине, охраняя государственные границы Беларуси. За период службы он не имел ни одного взыскания. Лично задержал более 200 нарушителей границы, дважды был награжден президентом. Закончил он свою службу очень достойно – в Государственном пограничном комитете. В августе 2014 года он вышел на пенсию в звании подполковника».

После устроился в «Белгазпромбанк», помощником председателя. Туда как раз требовался человек с таким опытом и качествами. Прислал резюме, прошел собеседование… Он был очень рад этой работе, сразу понравился коллектив. Он со своим замечательным опытом руководства подошел Виктору Дмитриевичу на роль помощника», – рассказывает Марианна.

После окончания военной академии в 1998 году Карако стал заместителем начальника на пограничной заставе «Брест», в составе Брестской Краснознаменной пограничной группы. Потом прошел заставы «Каменюки», «Песчатка», «Котельная-Боярская», став там начальником. В 2005-2008 годах жил в Москве, учился в Пограничной академии ФСБ. С 2008 года – офицер и старший офицер отдела организации пограничной службы в Государственном пограничном комитете. Перед выходом на пенсию возглавлял сектор организации повседневного оперативного поиска в том же отделе.

Указами Александра Лукашенко был награжден медалями «За безупречную службу» ІІ и ІІІ степени.

«Мы с мужем встретились, когда он был старшим лейтенантом. Мы вместе прошли этот путь. Это очень достойный человек. Я – жена офицера, это тоже профессия, поверьте. И не такая легкая! Но с любимым можно все пройти и дойти до генерала.

После всего, что пережито, хочется, чтобы это как-то оценивалось нашим государством. Разве работать в банке – преступление? Быть членом инициативной группы, собирать подписи – тоже преступление?», – говорит Марианна Карако.

Они с мужем присоединились к избирательной кампании Бабарико, как только тот объявил свое намерение баллотироваться в президенты.

Дмитрий и Марианна Карако. Фото из семейного архива

— Были ли у вас какое-то опасение по этому поводу? Ведь есть же печальный опыт предыдущих избирательных кампаний с репрессиями.

— Честно говоря, на тот момент не было опасения. Скорее, какая-то неизвестность. Но была также уверенность в нашем решении. Не было никаких сомнений, что мы хотим и можем поддержать Виктора Бабарико. Ведь мы понимали, что все будет правильно и по закону. Мы чувствовали себя защищенными и даже не представляли, как ужасно все может закончиться.

— На предыдущих выборах, во время службы, ваш муж голосовал за Лукашенко? В какой момент он изменил свои взгляды?

— Мы никогда этот вопрос не обсуждали. Я так понимаю, голосование всегда происходило по месту службы. Конечно, муж ходил голосовать за действующую власть в обязательном порядке. Тогда мы не видели достойных альтернатив, даже не рассматривали их. Это был единственный человек, за которого можно было голосовать, даже речи не велось.

Если надо было голосовать – голосовали за Лукашенко.

— Как вы узнали о задержании Дмитрия?

— Меня разбудили члены инициативной группы и спросили, слышала ли я, что происходит. Первое, что я делаю – набираю мужу, это была 10 утра. Еще эсэмэску написала «Где ты?» Никто мне уже не ответил… В багажнике машины, на которой они с Эдуардом ехали, было огромное количество заполненных подписных листов. Эдуард должен был сдать их в территориальные избирательные комиссии как руководитель инициативной группы.

Мой муж обычным членом ИГ, координатором он не был. Помогал в штабе, чем мог: к нему могли обратиться, когда маски закончились, нужно мебель приобрести, распечатать подписные листы. Он же после ухода из банка фактически был без работы, то не отказывался всем этим заниматься.

— Вспомните, какие были ваши первые мысли, когда стало известно, что он в СИЗО?

— Я была уверена, что его отпустят через трое суток. Расспросят, чем занимался, как оказался в одной машине с Эдуардом, возможно, какие-то вопросы по следствию… Муж всегда говорил, что ответит на любые вопросы, так как ему нечего скрывать. Но придумывать что-то из головы он не будет.

За все время с момента задержания на допрос его вызвали всего дважды. Я не понимаю, по какой причине его просто так держат там.

— У вас дома проводили обыск, что-то забрали?

— Обыск был в тот же день, когда пришли в «Белгазпромбанк». 11 июня в 14 часов нам в дверь постучались из ДФР. При двоих понятых искали какие-то документы, но ничего не нашли и ничего не забрали.

— Как бывшие сослуживцы Дмитрия комментируют то, что с ним происходит сейчас?

— Бывшие сослуживцы очень возмущены. Они знают непорочную военную карьеру мужа. В первую очередь, возмущены неправомерным задержанием. Можно было бы отпустить под подписку о невыезде. Если бы вызвали для следственных действий – неужели бы он не приехал? Разве нельзя человеку находиться дома? Хочется, чтобы к людям относились по-человечески. Реакция у сослуживцев такова, что они захотели написать куда-нибудь, рассказать о его карьере. Отдаешь всю жизнь долг Родине, должны гордиться…

— В каких условиях держат Дмитрия? Как его состояние здоровья?

— В камере очень жарко. С ним сидят еще пару человек по другим делам, с передачами проблем не было. Погулять их выводят на полчаса. Здоровье, слава богу, в порядке, но он очень скучает.

И мы все скучаем! Хочется, чтобы и мой муж, и Эдуард с Виктором Бабарико скорее оказались на свободе. Это прекрасные, прекрасные люди…

Оцени статью:
1
2
3
4
5
Средний балл - 4.7 (оценок:128)