Орешкин: «Сила и Путина, и Лукашенко, и азиатских лидеров в том, что раскола элит нет»

Почему Россия 2022-го — не Советский Союз и даже не Узбекистан.

— Многие сейчас проводят параллели с Узбекистаном: мол, там люди могут выйти на улицы, а в России нет. Сравнивать эти вещи можно, но нужно понять два важных момента, — сказал политолог Дмитрий Орешкин в эфире И Грянул Грэм.

Во-первых, основная проблема, с которой люди вышли на улицу в Нукусе — это национальная самоидентификация. Не социальные требования в смысле зарплаты, рабочего дня и так далее, а геополитический вопрос.

Каракалпакская республика — север Узбекистана, на берегах Аральского моря, и эта территория занимает процентов 40 Узбекистана. И как всегда, в таких регионах есть некоторые трения между этническими группами: узбеки как бы «главный народ», каракалпаки — как бы «подчиненный народ».

И вот когда на закате Советского Союза мы спасали Аральское море, потому что оно действительно погибало, мы воспринимали это как экологическую проблему, а местные — как политическую. И под разговоры о спасении Аральского моря у местных властей в Нукусе вызревала идея некоторого суверенитета: они бы предпочли вместе со всей Каракалпакией перекинуться в состав РФ, что понятно, им было бы так удобнее, легче, свободней, чем находиться в составе Узбекистана. Так, во всяком случае, картинка выглядела в 80-х годах.

Второе: за и рядом с этими протестами стоит незримая поддержка местных элит. Интеллектуальных, чиновничества, силовиков. И поэтому их так просто не разгонишь. А если бы этой поддержки не было, то делается просто: приглашаются полицейские и расстреливается толпа, как это было в Андижане, — тогда было около 600 жертв, в том числе дети.

И в Ташкенте понимают, что это проблема серьезная, не просто выход на улицу возмущенных людей, как было в Беларуси или в Москве в 2011 году. Нет, речь идет о серьезном расколе элит, и если начать действовать слишком жестко с местной номенклатурой — то война не война, но они могут объявить что-то вроде «Л/ДНР», а это в Ташкенте совершенно ни к чему, поэтому они ведут себя, как голуби, и пытаются договориться.

Уличный протест работает при одном, чрезвычайно важном условии: должен быть раскол элит, чтобы какая-то элитная группа могла на этот протест опереться, — подчеркнул Дмитрий Орешкин.

— Когда распадался СССР и 300 тысяч москвичей выходили на улицы, это было осмысленно: новый курс, на который рассчитывал сначала Горбачев, а потом Ельцин, пользовался массовой поддержкой населения, это было видно. Силовики, соответственно, сидели втянув рукава.

Когда был Майдан в Украине в 2004 году, тоже был раскол украинских элит: с одной стороны, старая группа Кучмы, с другой — новая, Ющенко и Тимошенко. В 2014 году, второй Майдан, тоже был раскол: с одной стороны — Порошенко, с другой — Янукович…

Поэтому все разговоры насчет того, что, мол, украинцы свободолюбивые, а русские рабы, или какие-нибудь еще нации смогли, поднялись, а вот эти не поднялись — это льстящее национальному самосознанию, но неправильное объяснение. В 1991 году русские поднялись гораздо круче многих других народов, и это сработало, потому что был раскол элит. Если возьмете 1917 год — так там даже в царской фамилии был раскол, где люди считали, что Николай Александрович — не самый хороший верховный главнокомандующий, потому массовые выходы на улицу сработали.

Сила и Путина, и Лукашенко, и азиатских лидеров типа Рахмона в Таджикистане — в том, что альтернативные лидеры уничтожаются. Раскола элит нет, нет никакого лидера. Точнее, есть один, которого нельзя называть по имени и который сидит в тюрьме.

Но, между нами говоря, Навальный — не элитный человек. За ним нет силовиков, за ним нет группы бюрократии. Тем мужественнее его поступок и тем он бесперспективнее. Потому что силовики сидят и думают, чья возьмет: если я поставил на Зюганова против Ельцина, а Зюганов проиграет — мне башку оторвут, или погон лишат, поэтому я лучше помолчу и подожду, пока они между собой разберутся.

Тогда люди выходят на улицу, и по ним никто не стреляет, за исключением, может быть, отморозков. А когда силовики, например, в Беларуси, прекрасно понимают, что никого нет, кроме Лукашенко, и они ему лояльны и верны — они достают резиновые дубинки или пистолеты, и лупят всех подряд. И тогда никакие уличные шествия — никакие и нигде — ни к каким революциям не приведут. И сейчас пока в Украине это работает, а в России, в Беларуси — не работает, и это связано не только со свойствами народа. Главным образом вопрос в единстве, организации, сплоченности элит, — сказал политолог.

— Потому пример Узбекистана для нас важен. Ташкент решил с Нукусом договариваться, и это очень мудрый шаг. В свое время Ельцин не смог договориться с Грозным, и кончилось Чеченской войной и многими другими событиями, включая приход к власти Владимира Путина. А тот формально в глазах избирателей победил Чечню, а на самом деле платит ей совершенно безумные деньги — как говорит Кадыров, 300 миллиардов рублей в год, за коррупционную лояльность северокавказских элит.

Оцените статью

1 2 3 4 5

Средний балл 3.8(20)