«Нельзя бороться с насилием на волонтерских началах»

Домашнее насилие перестало быть в Беларуси величиной абстрактной. Белорусская ассоциация молодых христианских женщин попыталась оценить тот ущерб, который оно наносит жертвам и государству. Как учитывали потери, что осталось за рамками исследования и, главное, как белорусы могут противостоять этому не только позорному, но и затратному явлению, рассказывает исполнительный директор ассоциации Ирина Альховка.

-- Целью нашего исследования было экономически измерить домашнее насилие, которое совершается в отношении женщин их партнерами. Причинной, побудившей нас провести такое исследование, стала недооценка важности проблемы домашнего насилия в нашей стране. До сих пор оно воспринимается многими как семейно-бытовая проблема, частное дело. Мы решили, что самым лучшим аргументом будет определить конкретные цифры: сколько же стоит сегодня домашнее насилие в Беларуси.

-- Проводились ли подобные исследования в мире?

-- Первое было проведено в 1988 году в Австралии. Представьте себе, 20 лет назад. А мы только сейчас к этому пришли.

-- Домашнее насилия в нашей стране -- явление это очень скрытое. Как вам удалось обнаружить его признаки?

-- Из разных источников мы собрали статистические данные о том, по каким показателям можно говорить, что масштабы домашнего насилия в Беларуси довольно-таки велики.

Во-первых, 71 % опрошенных в исследовании ЮНИФЕМ, которое проводилось в 2002 году, признают существование такой проблемы. Следующая цифра, которую озвучили представители правительства Беларуси в ООН, отчитываясь в 2004 году о выполнении Конвенции о ликвидации дискриминации всех форм в отношении женщин, -- 30% белорусских женщин подвергаются насилию в семье. Еще одно исследование, оно проводилось в 1997 году, свидетельствовало о том, что в основном жертвами домашнего насилия являются женщины -- до 30% и только 3% жертв – мужчины.

И цифра, которую мы непосредственно использовали в нашем исследовании -- в 2006 году жертвами преступлений в семейно-бытовых отношениях стали 2734 женщины – это данные управления профилактики Министерства внутренних дел.

Сегодня самые распознаваемые виды этого насилия – физическое и сексуальное. В то же время я ни разу не слышала о судебных прецедентах в Беларуси по фактам сексуального насилия в браке. Очень сложно это определить.

Последствия физического насилия очень часто скрыть просто нельзя: темные очки, чтобы были незаметны синяки, переломы, женщина не вышла на работу и скрывает причину, по которой она взяла больничный.

-- Учитывая особенности нашего законодательства, самый доказанный факт домашнего насилия – летальный исход. Были ли подобные случаи в практике вашей работы?

-- Были. Мы даже в одном из судебных заседаний участвовали довольно длительное время, но к сожалению, насильник так и не получил заслуженного наказания, хотя в общем-то довел свою жену до самоубийства.

-- По каким критериям подсчитывается возможный ущерб от домашнего насилия?

-- В мировых исследованиях его делят на три категории. Это прямые затраты жертв и служб, которые тем или иным образом участвуют в ликвидации последствий домашнего насилия. Например, деятельность приютов, издержки правоохранительных органов, судебной системы. Вторая категория – это непрямая стоимость упущенной выгоды в трудовой деятельности и производительности. Что теряют женщины, предприятие и государство в целом, если женщина не выходит на работу по причине домашнего насилия. И третья, самая тяжелая для подсчетов категория, – это опосредованная стоимость или цена человеческой боли и страданий. Тем не менее, в Австралии и США уже разработаны специальные формулы, по которым рассчитываются стоимость человеческой боли, страдания и даже человеческой жизни.

-- Как считали ущерб в Беларуси?

-- Мы считали только прямые затраты жертв и государства и то довольно выборочно, поскольку это обусловлено ограничениями в нашей методологии. К прямым затратам жертв мы отнесли: доврачебную помощь (если жертва не обращается к врачу и ей нужно скрыть синяк, замазать зеленкой порез, перебинтовать поврежденную часть тела), транспортные расходы (иногда, спасаясь от преследования, женщинам приходится уезжать в другой город) и бракоразводный процесс, которым может завершиться ситуация домашнего насилия, если на это решится женщина.

-- И часто женщины решаются?

-- Нам не удалось установить является ли бракоразводный процесс частью типичной ситуации домашнего насилия в Беларуси, сколько женщин решаются на развод, сколько не решаются. Но тем не менее включили этот пункт, чтобы показать возможные масштабы. Таким образом, прямые затраты жертвы составляют 155 тысяч рублей.

-- Мне кажется, далеко не все расходы учтены. А если врач выписывает лекарство для долговременного лечения? Если приходится обращаться в частную клинику? А услуги адвоката при бракоразводном процессе? Стоимость съемной квартиры, если жертве приходится уходить из дому?

-- Да, многие расходы остались «за кадром» исследования. В том числе и на покупку самых необходимых вещей, если женщина выскакивает на улицу, в чем стояла. Мы также, например, не посчитывали размер штрафа, который в случае, если женщина вызывает милицию, накладывается на ее мужа за причинение телесных повреждений. Это ложится на бремя семейного бюджета.

Полную версию статьи читайте здесь

Оцени статью:
1
2
3
4
5
Средний балл - 0 (оценок:0)