«Надпись «Дети» давно стерта — вместе с жизнями этих детей»

— Официальное российское современное искусство вовсю работает над будущей Биеннале в Гааге, — пишет российская художница и эссеист, живущая в Венеции, Екатерина Марголис.

Кувалдой в футляре от скрипки дело не ограничилось.

Теперь ещё есть пустые стеклянные сердца «Петербург» и «Мариуполь» (размер имеет значение) на Дворцовой площади в Петербурге, за которым гуляет поземка и символично светится мертвенным светом арка Главного Штаба.

Но ещё страшнее тотальная инсталляция в самом Мариуполе: декорации-ширмы фасада разбомбленного театра. Всё зачищено. Надпись «ДЕТИ» давно стерта —вместе с жизнями этих детей. Зато на фасаде красуется «наше всё», «зеркало русской революции» и редкая птица долетит и не упадёт замертво.

Всё пропахло смертью.

Многажды инструментализированная, апроприированная, но не отрефлексированная и потому и не сопротивляющаяся этой апроприации и сейчас культура в формалине собственного «величия» прошлого как ширма преступлений. Но от будущих наказаний она не скроет.

За фасадом же теперь даже не пустота пошлости, а смерть и руины.

«У русских есть лишь названия всего, но ничего нет в действительности. Россия — страна фасадов. Прочтите этикетки — у них есть цивилизация, общество, литература, театр, искусство, науки, а на самом деле у них нет даже врачей...

Если в России молчат люди, то за них говорят — и говорят зловеще — камни. Я не удивляюсь, что русские боятся и предают забвению свои старые здания. Это — свидетели их истории, которую они чаще всего хотели бы возможно скорее забыть».

Из мемуаров маркиза Астольфа де Кюстина «Россия в 1839 году»

Доживём до гаагской Биеннале.