Филин

Вероника Белова

Можейко: «Лукашенко рассчитывает риторическую поддержку Москвы обменять на материальную»

Чем обернется для Беларуси эскалация конфликта между Россией и НАТО? И какую выгоду из этого может извлечь белорусский режим?

Президент США Джо Байден в телефонном разговоре с президентом России Владимиром Путиным пообещал «решительно ответить» в случае дальнейшего вторжения России в Украину. Свою решимость он подтвердил и в разговоре с президентом Украины Владимиром Зеленским, пообещав масштабные санкции, которые могут быть введены в отношении России в случае эскалации ситуации вдоль российско-украинской границы.

Как эта ситуация может отразиться на Беларуси и насколько вероятно ее втягивание в конфликт, Филин обсудил с аналитиком BISS Вадимом Можейко.

— Официально Беларусь напрямую не фигурировала в разговоре, по крайней мере в той части, которая открыто комментировалась представителями Байдена и Путина. В общем-то тема Беларуси сейчас не в фокусе. Россия пытается добиться от НАТО более стратегических вещей, и там речь идет о границах сильно за пределами Беларуси, по сути обсуждается весь мир.

В фокусе снова Украина и понятно, что в том направлении Россия и наращивает свои силы. Видим, что Россия хоть и выбирает такой сценарий подогревающей переговоры эскалации, но эта эскалация пока что с российской территории. Об эскалации с белорусской территории речь не идет.

И, кстати, показательно, что обнародованный проект белорусской Конституции включает в себя пункт о том, что невозможна военная агрессия с белорусской территории. Понятно, что это не гарантия. Но это тоже можно считать реакцией режима Лукашенко на ситуацию. По крайней мере, декларативно.

— То, что тема Беларуси не звучит на переговорах, это хорошо или плохо?

— Стратегически, я бы сказал, что даже хорошо. Потому что, на мой взгляд, это скорее угрожающий сценарий, если судьба Беларуси будет обсуждаться Путиным и Байденом в рамках каких-то больших сделок по всему миру.

В таком случае, всегда есть риск, что Беларусь может любая из сторон пожертвовать в рамках каких-то других договоренностей. Типа: ладно, вы берите Беларусь, а мы тогда, условно, не трогаем Украину.

И это такой случайный вариант, который может сыграть как на пользу Беларуси, так и во вред. Это риск утраты внешнеполитической субъектности.

Поэтому пока в этих переговорах на Беларуси внимание не заостряется – это неплохо.

— Есть ли вероятность того, что Беларусь могут втянуть в чужую войну?

— Вероятность, конечно, есть. В том числе потому, что Лукашенко сейчас выбирает путь символических уступок Путину, когда в обмен на вполне реальную необходимость материальной поддержки, он старается риторически поддерживать Россию на международной арене.

В том числе что касается размещения войск. При том что Беларусь не хотела размещать у себя даже, условно, полк псковских десантников. Но, по сравнению с этим, размещение каких-то там серьезных ракет, которые самой Беларуси непосредственно не угрожают, для Лукашенко может выглядеть меньшим злом.

В этом смысле, конечно, такой риск есть.

И понятно, что если произойдет некое разворачивание реальных военных действий с задействованием территории Беларуси, в такой ситуации ни Москва, ни НАТО — никто не будет рассматривать Беларусь как серьезного независимого игрока. Именно поэтому — что для режима Лукашенко, что для белорусского общества — такой сценарий никак не является предпочтительным.

— То есть Запад уже воспринимает Беларусь как сферу влияния России?

— Ничего подобного. Это может случиться лишь в рамках какой-то большой сделки. Но пока я не вижу, чтобы к такой сделке дело всерьез двигалось. Сейчас стороны прощупывают друг друга, угрожая то агрессией в сторону Украины, то серьезными санкциями против России. Никаких реальных действий я не вижу.

Лишь в случае прямых военных действий Беларусь будут рассматривать как территорию России. Но это очень гипотетический сценарий. Сценарий войны между Россией и НАТО я всерьез бы не рассматривал.

— Как эту ситуацию тлеющего конфликта между Россией и НАТО будет использовать Лукшенко? Или, наоборот, он сам будет использован ввиду своего зависимого положения?

— Безусловно, Лукшенко старается любую ситуацию использовать. И здесь он видит возможность продавать свою символическую поддержку России — будь то поддержка риторическая или размещение, условно говоря, ядерных ракет на территории Беларуси — чем Бог не шутит.

Но понятно, что если не рассматривать всерьез вероятность войны между Россией и НАТО, все эти действия Лукашенко остаются достаточно символическими, не требующими от него никаких реальных действий. Я думаю, Лукашенко так и рассчитывает, что риторическая поддержка сегодня будет обменена на материальную поддержку тоже сегодня. Но точно никак не рассчитывает гнить, как он выражается, с россиянами в одних окопах.

Оцени статью

1 2 3 4 5

Средний балл 3.7(25)