Юрий Андреев, Товарищ ”Товарищ”
Милинкевич уподобляется Лукашенко

17 января 2008 года газета «Салiдарнасць» опубликовала интервью с лидером движения «За свабоду!» Александром Милинкевичем. В нем бывший единый кандидат Объединенных демократических сил (ОДС) на президентских выборах поставил под сомнение необходимость широкой коалиции и фактически подтвердил, что намерен действовать в одиночку, как та кошка, которая «гуляла сама по себе».

Что ж, у каждого человека, тем более политика, должно быть право выбора. За то, собственно, и боремся. Но откровения Александра Милинкевича оставляют в душе осадок. Хотя лидеры партий, из тактических соображений, не желая выносить разногласия на общественный суд и давать повод для злословий, скорее всего, об этом публично не скажут. Нам, публицистам, сказать позволительно…

Зададимся риторическим вопросом: «Для чего люди объединяются?» Любому понятно: для того, чтобы быть сильнее. Помните у Маяковского? «Плохо человеку, когда он один, горе одному, один — не воин. Каждый сильный ему господин. И даже слабые, если двое».

В незапамятные времена талакой строили друг другу дома, убирали урожай. Большевики превратили коллективизм в своеобразную религию, которая позволила сплотить более ста наций и народностей и в невиданно короткие сроки создать мощное государство.

Перед оппозицией на данном этапе стоит гораздо более скромная задача: если не устранить авторитарный, антинародный режим, то хотя бы повернуть его лицом к народу. Последние события — отмена льгот, ликвидация демократических партий и правозащитных организаций, прессинг индивидуальных предпринимателей, репрессии против инакомыслящих — убеждают, что решить ее крайне сложно. Добиться успеха в одиночку, еще труднее, хотя Александр Милинкевич и надеется на это, ссылаясь на свою популярность: «Па апошніх даследаваннях Манаева, мой рэйтынг — 9,8 адсоткаў. Гэта досыць вялікая лічба. Зразумела, падчас кампаніі яна павышаецца. У Расіі такога рэйтынгу няма ў ніводнага апазіцыйнага палітыка».

Забыв о том, что «гуртом и батьку легче бить», бывший единый кандидат решил подвергнуть ревизии стратегию, выработанную на состоявшемся в прошлом году Конгрессе демократических сил. «Тое, што адбылося пасля прэзідэнцкіх выбараў, я лічу некалькімі крокамі назад. Бо і тут, у краіне, і за межамі здавалася, што беларусы паставілі рэкорд — аб’ядналіся амаль усе. Нават камуністы з нацыянал-дэмакратамі — дзе такое бачылі? Для людзей жа гэта вельми важна, яны ж платформаў палітычных не разбіраюць, яны мысляць паняццями «свабода-несвабода».

Трудно сказать, исходя из чего, Александр Милинкевич сделал вывод о том, что после выборов оппозиция стала пятиться задом. Факты говорят, скорее, об обратном. Европейский и, в особенности, Социальный марши показали, что согласованные действия ОДС медленно, но верно ведут к росту самосознания населения.

После того, как Александр Лукашенко пустил под нож социальную программу, этот процесс значительно ускорился. В отличие от Александра Милинкевича, власть это заметила и, понимая, что протестные настроения опасны не сами по себе — проклятия, посылаемые на «кухонных митингах», их не беспокоят, — взялись за уничтожение политического авангарда. Запрещены Белорусская партия труда, Белорусская партия женщин «Надзея», правозащитный центр «Весна», приостановлена деятельность, а теперь запущен механизм ликвидации Партии коммунистов Белорусской.

Нынешний момент во многом является определяющим. Если, спасая себя, оппозиционные партии разбегутся по ведомственным закуткам, ожидая, что карательная машина остановится после расправы с ПКБ, на надежде восстановить демократию можно поставить крест. Вопреки пословице, она умрет даже раньше самой оппозиции.

Все трезвомыслящие политики — и в Беларуси, и за рубежом — осознают это. В поддержку ПКБ идут телеграммы и письма. Как бы ни хорохорился Александр Лукашенко, он не может игнорировать их, ведь в унисон протестам белорусской и международной общественности звучат и голоса ведущих государств мира.

ООН приняла резолюцию, осуждающую нарушение прав человека в Беларуси. Евросоюз требует незамедлительно приступить к выполнению двенадцати условий, предполагающих, наряду с другими требованиями, свободную деятельность политических партий и объединений. Все более жесткую позицию занимают Соединенные Штаты Америки. Угроза «вышвырнуть» американского посла, которая сорвалась у Александра Лукашенко с языка в канун Нового года, это не демонстрация силы, а рефлексия страха.

Именно в этот момент, когда консолидация демократических сил приобретает особое значение, Александр Милинкевич заявляет: «А зараз, шчыра трэба сказаць, мы не робім уражання аб’яднаных дэмакратычных сіл». И, по сути, признается, что во время президентской компании для того, чтобы быть выдвинутым единым кандидатом, лукавил.

«Тады вельмі важна было аб’яднацца як мага шырэй. Але калі ты аб’ядноўваешся вельмі шырока, то тыя словы, з якімі ты можаш звяртацца да людзей, вельмі абмежаваныя. Ты павiнен гаварыць тое, што задавальняе ўсіх. Напрыклад, мяне пытаюць: «Калі ты прыдзеш да ўлады, куды павядзеш краіну — у Еўропу ці Расію?». Для мяне адказ зразумелы: я за еўрапейскае развіццё і добрасуседскія адносіны з Расіяй. А ў мяне кіраўнік штаба — Сяргей Калякін, які выдатна працаваў і якога я вельмi паважаю, але ён прытрымліваецца супрацьлеглай думкі. І калі я выступаў, я павінен быў казаць усё тое, што задавальняла ўсю гэтую кааліцыю. Даволі часта былі выпадкі, што я адыходзіў ад пытання, я махляваў, адказваў на іншае, таму што мусіў прэзентаваць вось гэтую платформу, фактычна безаблічную».

Обратите внимание: Александр Милинкевич никогда не называет предвыборную коалицию «нашай», она для него — «гэта», то есть, чужая, хотя и Сергей Калякин, и лидеры других оппозиционных партий искренне верили в общность интересов и делали все от них зависящее для победы.

Как это ни горько признавать, но, даже если не учитывать административный ресурс Александра Лукашенко и предполагаемую фальсификацию результатов выборов, его личное преимущество перед Александром Милинкевичем оказалось существенным.

О том, почему так случилось, уже говорено-переговорено. Но, пожалуй, никто из политологов не задумался о том, как бы повел себя Александр Милинкевич, стань президентом? Если следовать логике интервью, он собственноручно развалил бы демократическую коалицию, которая привела его к власти! Лидеры левых партий могли бы рассчитывать в лучшем случае на второстепенные роли в правительстве. Но, скорее всего, не получили бы и их.

Так, может, прав Александр Милинкевич? Кому нужна коалиция, напоминающая квартет из басни Крылова!

Нет, не прав. Потому что фальшивую ноту среди лидеров ОДС берет лишь он один: «Павінна быць шырокая кааліцыя, але якая б аб’ядналася вакол зразумелых маральных каштоўнасцяў. А калі гэтыя маральныя каштоўнасці проста свабода — гэтага недастаткова».

Откровенно говоря, слышать подобный тезис из уст опытного политика весьма странно. Белорусы веками мечтали о свободе, потому что лишь она дает возможность «людзьмі звацца». Только на ее фундаменте можно построить гражданское общество, где президент и рядовой гражданин будут равны перед законом и в равной мере ответственны за свои поступки; где людей, не согласных с государственной политикой, не будут называть «отморозками», а инициативных предпринимателей — «вшивыми блохами»; где не бросят на произвол судьбы слабых и обездоленных.

Именно эта цель, близкая и понятная всем белорусам, объединила в ОДС столь разные по политическим программам партии. Вполне понятно и то, что на данном этапе своей главной целью они считают устранение диктатуры, создание хотя бы элементарных условий для свободного волеизъявления. Без этого разговоры о моральных ценностях — удел прекраснодушных мечтателей, довольствующихся строительством «воздушных замков».

Судя по всему, к ним принадлежит и Александр Милинкевич. Иначе как расценить его сетования? «Так атрымалася, што гэтая прэзідэнцкая кампанія была менавіта кампаніяй супраць дыктатуры… Калі казаць пра рух (движение «За свабоду!» — Ю.А.), то гэта не проста рух супраць дыктатуры. Я стараюся прозвiшча «Лукашэнка» увогуле не выкарыстоўваць. Мне цікава гаварыць пра тое, што мы можам зрабіць, чаго мы вартыя».

Можно предположить, что после восстановления в Беларуси конституционных норм Объединенные демократические силы как политическая структура прекратят свое существование. В ней просто отпадет необходимость, ибо все партии и общественные организации, все политики получат равные возможности для диалога с избирателями. И тогда именно их программы, харизмы их лидеров станут играть определяющую роль в том, кого народ выдвинет на высший государственный пост.

Интервью Александра Милинкевича еще раз подтвердило, что он не хочет быть вместе со всеми, хотя и вынужден иногда это делать. Созданное им движение «За свабоду!» аморфно и на сегодняшний день не представляет для правящего режима серьезной угрозы. Белорусский народный фронт отказался вступать с ним в коалицию, поскольку считает, что в ближайшие годы его авторитет будет падать, предпочтя союз с ОДС.

Подобный расклад сил бывшему единому кандидату явно не нравится. Политические партии он называет «политическими клубами», не способными прийти к власти. Не исключено, что в душе даже рад тому, что они, одна за другой, исчезают с политической карты. Так легче сохранить столь желанный для него статус «единого».

Александр Лукашенко тоже считает себя «единым» и незаменимым. Вольно или невольно Александр Милинкевич уподобляется ему. «Выстаўляць сваю кандыдатуру (на президентских выборах 2011 года. — Ю.А.) буду абавязкова».

Оцени статью:
1
2
3
4
5
Средний балл - 0 (оценок:0)