Ольга Комягина, фото Катерины Гордеевой, TUT.BY

Как в Щучине кот стал настоящим помощником пилота

«У всех коты как коты, а у нас — Нурс!» — говорят на бывшем военном аэродроме в Щучине. Здесь живет кот, который помимо прямых кошачьих обязанностей ловить мышей и умилять людей еще и летает на самолете! За свою жизнь (а парню всего 8 месяцев!) он совершил уже несколько полетов. И на этом, судя по всему, останавливаться не собирается.

Хозяин Нурса — пилот Андрей Чернышов, руководитель объединения любителей авиации «Точный» — встречает нас около одного из ангаров бывшего аэродрома и сразу ведет знакомиться со своим необычным питомцем. Нурс в регионе уже стал настоящей знаменитостью! Правда, о своей известности кот не подозревает и так же, как и раньше, занимается ловлей мышей и старательно мурлыкает на коленях людей. В общем, делает все, что и положено хозяйскому коту. А вот летать стал случайно.

Нурс — один из главных на щучинском аэродроме

— Все просто. В ангаре завелись мыши. Я опасался, что они за зимний период погрызут провода, и мы решили завести кота. У моих знакомых в Лиде кошка принесла потомство, и я поехал прошлой осенью выбирать котенка. Нурс подошел ко мне первый. Так он и оказался в Щучине, — вспоминает Чернышов.

Кот, по словам авиатора, своенравный и самостоятельный. Поэтому и назвали его Нурсом.

 — НУРС — неуправляемый реактивный снаряд. Ему эта кличка очень подходит, — смеется Андрей. А тот самый «неуправляемый реактивный» спокойно лежит на его коленях и очень похож на стандартного Мурзика. — Это он сейчас спокойный, а на самом деле чувствует себя здесь одним из основных персонажей.

По словам Андрея, кот постоянно рядом с авиаторами. У Нурса есть свой домик, но спать он предпочитает в ангаре — среди деталей и тряпок, пропахших авиационными топливом и смазкой. А еще любит отдыхать в кабине самолета.

Однажды в очередной полет Андрей взял кота. Ну как взял… Нурсик, неуправляемый и реактивный, мигом запрыгнул в кабину — и сидит, выходить отказывается, вспоминает авиатор. Говорит, кота выгонять не стал.

— Сначала Нурс немного помяукал, а потом успокоился и стал с интересом смотреть по сторонам, — говорит пилот.

Так и стали летать. Правда, есть одно условие: его берут в полет только тогда, когда Андрей вылетает один. Когда есть пассажиры, четырехлапому авиатору вход в самолет закрыт. Вопрос безопасности.

— Мало ли, занервничает.

Пока мы готовились к полету, Нурс бродил по своим наземным котячьим делам: важно обследовал территорию, проинспектировал самолет перед полетом — залез в кабину, затем выбрался оттуда и постоял на крыле. Убедившись, что все в порядке, и проводив самолет до взлетной полосы, удалился на охоту. Взлетающие самолеты кота нисколько не смущают. На шум двигателей животное никак не реагирует.

«Вместо пилотов тренирую кота»

Пока облетаем Щучин по периметру (летать над городом нельзя: нужно специальное разрешение), Андрей рассказывает, что авиация общего назначения в Беларуси переживает не самые лучшие времена.

— Все из-за принятия в 2018 году новых авиационных правил, согласно которым общественные объединения нашего профиля приравнивают к коммерческим структурам. Чтобы обучать пилотов, мы должны оформлять сертификат эксплуатанта воздушных судов, который выдается Департаментом по авиации Министерства транспорта и коммуникаций. Такие сертификаты есть, например, у больших авиакомпаний. Но отличие их от нас в том, что та авиация зарабатывает деньги, там готовят коммерческих пилотов, которые потом будут за плату перевозить грузы и людей!

Мы же готовили пилотов-любителей. Оплата шла на развитие малой авиации, поддержание техники в надлежащем виде и так далее. Сейчас обучение пилотов в общественных организациях не проводится. Мы просто административно не потянем этот сертификат. Должны быть задействованы большие административные ресурсы. Получается, что наши инструкторы, которые имеют огромный опыт и практику, остались ни с чем и теряют свою квалификацию. Некоторые уехали за границу, многие перешли на наземные работы. Я, например, сейчас не пилотов готовлю, а тренирую кота, — Андрей грустно улыбается.

 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

Авиакот НУРС, он же Нурсик!!)) Наш незаменимый помощник и на земле, и в воздухе!!)) И с земли по рации поруководит полетами, и как бывалый штурман проследит, чтобы с курса не сбились!!)) #авиащучин #аэродромточный #авиакот #унасполеты #полетыкруглыйгод #полетнасамолете #полетвгродно #полетнасамолетевгродно #015by #s13 #avia_shchuchin #shchuchin #grodno #grodnoin #grodnonow #grodnotut #majakrainabelarus #pilotselfie

Публикация от Авиа Щучин (@avia_shchuchin)

Облетев Щучин, мы возвращаемся на базу. Нурс, внезапно появившись откуда-то из-за кустов, бежит встречать самолет.

— Он, когда не отправляется в полет, всегда встречает и провожает самолеты. Жаль, что сейчас вылетов стало меньше.

Потребность в новых авиационных правилах назревала давно. По данным Naviny.by, которые им предоставили в Департаменте по авиации Министерства транспорта и коммуникаций, в 2007 году в Беларуси было зарегистрировано порядка 70 малых воздушных судов общего назначения, а в 2017 году их число выросло до 160.

Однако после принятия новых правил, по словам авиаторов, оказалось, что некоммерческие организации не в силах нести такую же нагрузку, как и коммерческие структуры.

— Да, полеты — это в первую очередь ответственность. Но пилоты малой авиации — высококвалифицированные и опытные люди. Ведь и раньше, подготовив пилота, его кандидатуру представляли в Департамент авиации, где он должен был получить свидетельство. Это же не просто так все.

Раньше, по словам авиаторов, это выглядело так: общественная организация проводила обучение пилотов-любителей на легкомоторных самолетах. После прохождения медкомиссии кандидат становился членом общественного объединения, знакомился с правилами, проходил теоретическую и практическую подготовку. После окончания изучения теории выдавался сертификат об окончании курсов, а с прохождением практики — пилотское удостоверение.

— Инструктор и так всегда брал ответственность за своего ученика — в том числе и во всех документах! А сейчас, чтобы подготовить пилота-любителя, мы должны получить сертификат эксплуатанта и оформлять огромное количество бумаг. Но в больших компаниях этим занимаются специалисты, которые получают зарплату, а мы существуем исключительно на членские взносы и пожертвования людей, а также благотворительную помощь, — говорит Андрей.

Андрей рассказывает, что на данный момент развитие всей авиации общего назначения в Беларуси затормозилось.

 — Все пилоты-любители в нашей стране получали свои удостоверения через общественные объединения. Однако сегодня нас не воспринимают как авиационную организацию, потому что мы некоммерческая структура. Они говорят: делайте сертификат, готовьте коммерческих пилотов, соблюдайте все эти требования. Реально это нам сделать невозможно, к сожалению. Мы не потянем.

25 пилотов и один кот

В общественном объединении «Точный» сейчас состоят всего 25 человек.

— И один кот, — добавляет с улыбкой Андрей и рассказывает, что они начали свое существование в 2013 году.

— Когда мы пришли сюда, на бывший военный аэродром, то здесь и взлетная полоса, и рулежные дорожки были в ужасном состоянии. Мы все расчистили, привели в порядок и вот уже несколько лет летаем. Участвуем в городских мероприятиях. До 2018 года готовили пилотов-любителей. Сейчас тренируемся сами. Чтобы не растерять навыки, я провожу на безвозмездной основе занятия, однако, к сожалению, не могу официально выпустить в небо своих учеников. Еще вот Нурсу свои знания передаю. Но ему в отличие от пилотов-любителей никакие разрешительные документы не нужны.

Нурс одобрительно мяукает и уходит в ангар. Впереди у кота летный сезон и новые горизонты. У людей — похоже, нет.

Оцени статью:
1
2
3
4
5
Средний балл - 5 (оценок:20)