Как Шэрон Стоун разделась за 12 долларов
Легенда о Шэрон Стоун — это самое прекрасное, что создал Голливуд за последние двадцать лет. Это легенда о современной Золушке, которая выбилась в принцессы. О том, как Шэрон это удалось, за что она съездила по физиономии знаменитому режиссеру Полу Верхувену, и какую роль в жизни Стоун сыграл дракон Комодо, читайте ниже.
Мисс Пенсильвания
Ну конечно, Шэрон была гадким утенком. Читала книжки в шкафу, мечтала о карьере балерины, проходила образовательные программы для продвинутых детей и все такое прочее. Что не мешало ей как-то ляпнуть, что она собирается стать новой Мэрилин Монро.
В 17 лет Шэрон пробралась на конкурс “Мисс Пенсильвания” и, конечно же, выиграла его. Потом рекламировала гамбургеры из “Макдоналдса” и позировала для обложек периферийных журналов. В таком вот состоянии она и попала в лапы Вуди Аллена, подарившего Стоун три секунды в “Воспоминаниях о звездной пыли”. Красивая незнакомка в поезде — это было отличное начало.
После “Воспоминаний” похотливого Аллена Шэрон провалила пробы на великую роль в “Бешеном быке” Мартина Скорсезе. Позже эти неудачи на пробах превратились в злой рок: Шэрон могла сыграть во многих хитах конца 80-х—начала 90-х: “Роковом влечении” (вместо Гленн Клоуз), “Бэтмене” (Ким Бэйсингер) и “Дике Трэйси” (Мадонна). Роль в кибер-триллере Пола Верхувена “Вспомнить все” досталась Стоун без проблем, может быть, потому, что никто на нее и не зарился.
Выжав из успеха “Вспомнить все” съемку для “Плейбоя”, Стоун погрузилась в депрессию. Переломанная, но не сломленная Шэрон вернулась туда, где надлежит существовать всем блондинкам-неудачницам.
В мире фильмов категории “Б” Стоун щеголяла с копной волос, закрученных по спирали, изредка обнажалась и особо не высовывалась. Ей было чем заняться и вне съемочной площадки.
Неудачные браки с актером Джорджем Инглундом и особенно продюсером Майклом Гринбергом значили для Шэрон Стоун гораздо больше, чем провальные роли в кино. С Гринбергом они познакомились в Лас-Вегасе, поженились через несколько дней и развелись три года спустя. Параллельно приходилось разбираться с целой стаей голливудских мужчин, которые роились поблизости. На этой волне ей поступило очень заманчивое предложение. Однажды Стоун позвонил Верхувен и честно предложил сыграть настоящую суку. Одну суку Шэрон у него уже играла, так что выбирать особо не приходилось.
“Основной инстинкт”
В пришествии Стоун на голливудский престол были виноваты двое женоненавистников. Режиссер Пол Верхувен и сценарист Джо Эстерхаз открыто презирали женщин, которых они и собирались вывести в “Основном инстинкте” в качестве жестоких кукол-убийц. Убийц, для которых секс — спортивное состязание, а смерть — удел проигравших и неудачников.
Для роли жестокой любовницы-воительницы Кэтрин Трэмелл была нужна стопроцентная стерва, которой должен был испугаться мужчина в трезвом уме и твердой памяти. Пробовали Джину Дэвис, думали о Деми Мур и Джулии Робертс, однако страшно алкоголику Эстерхазу и извращенцу Верхувену от вида этих особ не становилось.
И тут веселый голландец Пол вспомнил ту жуткую белокурую тварь, которая играла у него злодейку во “Вспомнить все”. Актриса она, конечно, дерьмовая, размышлял Верхувен, однако для роли социопатки Трэмелл лучше никого не найти.
Естественно, долго ждать скандала между режиссером и исполнительницей главной роли не пришлось.
“Мы снимали знаменитую сцену, где во время допроса в полицейском участке Кэтрин Трэмелл перекладывает ногу на ногу и по сюжету все видят, что на ней нет нижнего белья, — вспоминает Стоун. — На мне трусы были надеты. После нескольких дублей Верхувен подошел и говорит: “Надо их снять, шелк бликует под осветительными приборами, мы видим, что ты в трусах”. Уговаривал долго. Наконец я сдалась, сняла трусы, подошла и сунула их в нагрудный карман его рубахи, предупредив: “Конечно, ты подлец, как все мужики, и я тебе не доверяю, но сделаю, как просишь. Но если ты покажешь, что у меня под юбкой, я тебя просто придушу”.
Майкл Дуглас присутствовал при разговоре, страшно оживился и стал меня успокаивать: “Подойди к монитору, посмотри, там у тебя тень, ничего не видно”. Два идиота, конечно же, сговорились. Словом, я снялась. И увидела, что из этого получилось только на первом просмотре, где в зале присутствовало 40 человек.
Если честно, я чуть не сошла с ума. Я была в таком бешенстве, что подошла к Верхувену и со всего размаха дала ему по морде…”
До “Основного инстинкта” Шэрон казалась миленькой старлеткой, после — она превратилась в неотразимую женщину. Стоун продолжала играть роковых женщин (“Специалист”, “Казино”), однако ее героини уже не были злодейками.
Пришлось журналистам искать для Стоун новые критерии оценки. И репортеры их, разумеется, нашли. Простые американцы обожают статистику, а поэтому роковую блондинку Стоун быстренько перевели “в цифры”: посчитали ее огромный IQ (154), проследили рост гонораров (300 тысяч за “Инстинкт”, 2,5 миллиона за “Казино” и 7 за “Дьяволиц”) и оценили страсть султана Брунея, который приобрел за 400 миллионов отель в Беверли-Хиллз, поскольку там разворачивалась одна из ключевых сцен “Основного инстинкта”. После “Специалиста” Шэрон уже практически не снималась обнаженной, поскольку у продюсеров просто не хватило бы денег, чтобы за это заплатить.
Выйти замуж за…
С мужчинами была полная неопределенность: во время съемок “Быстрого и мертвого” ходило множество слухов относительно ее отношений как с Леонардо Ди Каприо, так и с Расселом Кроу. Подобные пересуды возникали практически после каждого проекта.
Реальные связи Стоун были менее интересны: разве что довольно продолжительные отношения с продюсером Биллом Макдоналдом можно было назвать настоящим романом.
Но однажды Шэрон заявила, что собирается выйти замуж не позже, чем ей стукнет сорок. Тогда Стоун выложила 100 тысяч долларов за услуги брачного агентства, которое объявило публичный конкурс на роль жениха актрисы. Причем, как было сказано в объявлении, предпочтение отдавалось, ни много ни мало, членам королевских семей. И нашлись же претенденты! Например, принц Альберт из Монако и один арабский шейх.
Друзья уже прикидывали, как к имени Шэрон подойдет титул, а к лицу — паранджа, но тут несостоявшаяся “принцесса” делает совершенно неожиданный выбор и выходит замуж за Фила Бронштейна, холеного редактора “Сан-Франциско Экзаминер”, напоминающего большого бородатого кота. Они поженились в День святого Валентина, 14 февраля 1998 года. А 10 марта Шэрон исполнилось сорок лет...
Благодаря сибариту Бронштейну Стоун здорово округлилась (“Слава богу, он признался мне, что тощие женщины его раздражают”) и приблизилась к идеалу верной жены и любящей матери. Дело оставалось только за младенцем. Вместе с плюшевым Бронштейном они усыновили техасского мальчика и назвали его Роаном Джозефом. Перед камерами Шэрон прослезилась и сообщила, что малыш Роан — это “замечательный маленький Будда, ест, как чемпион, и спокойно спит”.
Об этой идиллии проведал мстительный Пол Верхувен и зачем-то решил вспомнить события на съемочной площадке “Основного инстинкта”. Дело было в том, что вялотекущая истерия вокруг продолжения “Инстинкта” неожиданно сменилась внятной информацией. Режиссером вроде бы был утвержден Джон Мактирнан, а на роль любовника Стоун претендовали Брюс Гринвуд, Роберт Дауни-младший и Курт Рассел (актеры посерьезнее не хотели рисковать репутацией и оказаться под каблуком Кэтрин Трамелл). Верхувен же сразу заявил, что фильм снимать не будет исключительно из-за того, что Шэрон постоянно лжет и с ней невозможно работать.
— В те дни я любил ее, но старался держать дистанцию, — вспоминает Верхувен. — Шэрон обладает опасным качеством: она может стать иной в считанные секунды. Мгновение — и любящее существо превращается в демона. Я боялся того, что с нами происходило. Если бы я поддался, она могла бы прожевать меня, проглотить и выплюнуть.
Парочка Бронштейн — Стоун удалилась в Париж — подальше от языкастого Верхувена и светских сплетен. Папарацци отправились следом и нашли, что эти двое любят друг друга до безумия. Были и долгие поцелуи на балконах, и цветы, и нежные объятия.
В таблоидах эта фотосессия шла в комплекте с отрывками из книги Джо Эстерхаза “Американская рапсодия”, где расписывалось во всех красках, как Шэрон вроде как сидела на спине автора без трусов и активно эту спину массировала. Тут снова объявился правдолюб Верхувен, который сразу же назвал алкаша Джо лжецом: “Я отлично знаю Шэрон, и я знаю, что все написанное — брехня”.
Тем временем “Основной инстинкт-2” повис в воздухе. Неудивительно: Стоун выдвинула такие условия, что даже у привычных к капризам звезд голливудских продюсеров потемнело в глазах.
Пятистраничный список требований Шэрон, в частности, включал повара, трех нянь для ребенка, вооруженных телохранителей и двух ассистентов для самой звезды. Жить актриса соглашалась не меньше чем в президентских апартаментах отеля, а во время переездов ей требовался целый дом на колесах, в котором обязательно должны были быть кондиционер, кровать, отдельная ванная, душ, телевизор, холодильник, телефон, кухонная плита, диван, стереосистема и факс. Вдобавок Стоун оставляла за собой право на любой наряд или украшение, в которых она снималась. Наконец, белокурой бестии, помимо многомиллионного гонорара, необходимо было получать еженедельно 3,5 тысячи долларов на карманные расходы.
Кроме того, Шэрон хотела ставить свои резолюции на сценарии и принимать окончательное решение по кандидатурам режиссеров и других актеров. Всем им запрещалось курить на съемочной площадке. В результате продюсеры предпочли положить продолжение “Основного инстинкта” в долгий ящик.
Ожидая новостей, Стоун сидела со своим сыном, изредка озвучивала мультфильмы и шаталась по благотворительным вечерам, разбрасывая деньги направо и налево. Пока она выписывала чек очередной парализованной каскадерше, супругу крупно подставил ее верный защитник Бронштейн. 50-летнего редактора засекли в баре какого-то отеля с молодой красоткой Сарой Стабиле. Свидетели сообщили, что во время флирта Бронштейн произнес вот какую речь: “Я женат, у меня сын, но я готов попробовать что-нибудь новенькое. Что-нибудь, что изменит мою жизнь”.
Масла в огонь подлили друзья семьи, один из которых заявил, что бедный Фил хочет быть чем-то большим, чем нянькой при Роане. Потрясенная Шэрон оставила эту информацию без комментариев. Тем более, что вскоре произошел один нелепый случай.
Его левая нога
21 июня 2001 года случилось страшное и смешное одновременно. Во время частной экскурсии по лос-анджелесскому зоопарку Бронштейна цапнул за ногу дракончик Комодо (это такая трехметровая ящерица).
Что тут началось! Голливудский шизофреник Билли Боб Торнтон заявил, что организовывает общество по глобальному истреблению дракончиков Комодо (“В этих тварях сосредоточено мировое зло. Я обязательно поеду на этот грёбаный остров и лично перестреляю всех этих сукиных детей”).
А еще Билли Боб сообщил, что видел вещий сон: драконы Комодо вошли в его дом. Торнтон сразу же разбудил свою тогдашнюю жену Анджелину Джоли, и татуированные шизики по-быстрому переехали в отель.
Жертвенная Шэрон мгновенно забыла все обиды и принялась ухаживать за Филом. Однако ее брак это не спасло. Укушенный Бронштейн подал на развод. Итоги пятилетнего брака он подвел довольно сумбурно, напирал на счастье сына Роана и открещивался “непреодолимыми разногласиями”.
Шэрон Стоун улыбалась и сохраняла самый бодрый вид. В интервью журналу “Хорошая домохозяйка” она заявила: “Запоминается только тот брак, который ты не хотела бы завершать”.
Сверкнув ослепительной улыбкой, 45-летняя Стоун отправилась в новую жизнь. Через несколько дней после трусливого поступка Бронштейна Стоун отправилась выпить с Розанной Аркетт. Для веселья матерые тетки пригласили Эдриана Броуди. За Эдрианом увязались папарацци, и веселые фотографии с бокалами пришлось как-то комментировать.
Из стана Бронштейна неслась самая противоречивая информация. Бывшая жена плюшевого редактора — Бетти Линн Бронштейн — взялась отстаивать интересы Фила: “Я нисколько не удивлена, что он устал от Шэрон. Он очень земной мужчина, которому тяжело общаться с голливудскими быками”.
За “быков” Стоун немного обиделась, зато спустилась на землю и решила вести себя в соответствии с трагическим разводом. Она назвала предстоящий процесс “уродливым мероприятием” и сообщила, что чем быстрее их разведут, тем будет лучше.
После описанных событий Шэрон сразу же расцвела и вспомнила, кто в Голливуде первая дива. На съемках “Женщины-кошки” с Хэлли Берри (где Стоун досталась роль злодейки и гардероб гламурных нарядов) она запросто говорила по мобильнику прямо во время съемки эпизода и покрикивала на съемочную группу по любому поводу.
Проведав о том, что Шэрон снова на коне, из своего алкоголического угла высунулся ее старый знакомый — Джо Эстерхаз. Он выпустил очередную книгу воспоминаний “Голливудское животное”, где высказал светлую мысль по поводу рабочих отношений Стоун и Верхувена. Последний якобы говорил, что Шэрон не умеет играть только потому, что она не хотела с ним спать. На это у дивы нашелся ответ, что на всякие сомнительные высказывания ей решительно наплевать.
После развода с Бронштейном Стоун неоднократно меняла любовников. Причем жажда секса заставила голливудскую диву поступиться принципами. “Еще 12 лет назад, после “Основного инстинкта”, я отвергала многих своих поклонников со словами: “Я намного старше вас и могла бы быть вашей матерью”, — призналась актриса. Теперь ситуация изменилась: список любовников Шэрон пополняется мужчинами от 22 до 39 лет. Впрочем, актриса не чурается выходить в свет с родным дедушкой, который для своего почтенного возраста весьма неплохо сохранился.
Продолжение следует
А тем временем голливудские воротилы, одно время поставившие крест на проекте “Основной инстинкт-2”, все-таки согласились финансировать продолжение знаменитого триллера. Прийти к этому решению им помогла Стоун, которая собралась выдвинуть против продюсеров судебные обвинения в срыве съемок и причинении ей ущерба в 14,5 миллиона долларов. Актриса тут же начала кокетничать. В одном интервью Шэрон заявила: “Иногда я думаю: “Кто-нибудь захочет прийти в кино и заплатить 12 долларов (средняя цена билета в кино в США), чтобы увидеть меня голой?” (Взгляд вниз, на подол платья.) Хотя, уверяю вас, там все в порядке. Слава богу, меня хорошо починили”. И выразила готовность опять раздеться перед камерами.
“Основной инстинкт-2” провалился с оглушительным треском: продолжение не понравилось ни зрителям, ни критикам. Но на репутации Шэрон это не сказалось. Возложив ответственность за неудачу на молодого режиссера Майкла Кейтона-Джонса, Стоун заявила, что собирается снять третью часть “Инстинкта”…
10 марта актрисе исполняется 50 лет, но можно быть уверенным — она себя еще покажет!
По материалам “Кинопарк”, “7 дней” и других источников
“Все плохое, что говорят обо мне, — вранье” (фрагмент интервью Шэрон Стоун журналу Hello!
— Шэрон, считаете ли вы, что роман Деми Мур и Эштона Катчера изменил отношение общества к зрелым женщинам?
— Разумеется. Я думаю, их роман сыграл роль сильного возбуждающего. Он оказал огромное влияние на общественное мнение. Судите сами: я около года живу одна, и ни один из мужчин, проявивших ко мне интерес, не был старше 38 лет!
— Это здорово!
— Это любопытно...
— С теми, кто моложе, все иначе?
— Да. Намного приятнее... Но пока меня не это спасает от одиночества.
— Что вы помните о своей работе моделью?
— Профессия требовала быть худой, очень высокой и сидеть на кокаине. А я, как и сейчас, любила поесть, худышкой и высокой никогда не была, так что модель из меня получилась никудышная. Меня часто снимали крупным планом: лицо, волосы, зубы, руки, украшения — все такое. Это у меня выходило лучше.
— Шэрон, есть что-то, что вы бы хотели прокомментировать нашим читателям особо?
— Запомните, все плохое, что говорят обо мне, — вранье! Но мне в общем-то наплевать, что там болтают.
— Это ново или вы всегда так думали?
— Раньше, и в молодости особенно, я думала (рыдающим голосом): “Как они могут так обо мне говорить! Разве они не знают?!” А потом скажут что-нибудь хорошее, и я сразу: “Вот, вот! Видите, кто-то знает, какая я замечательная!”
А теперь я так себе говорю: “Ничего не буду о себе читать — ни хорошего, ни плохого, оно мне не нужно”. Но тут на прошлой неделе, в аэропорту, я вдруг с удовлетворением воскликнула: “Смотри-ка, Шэрон, о тебе еще в таблоидах пишут!” Вот так-то.
Полностью от этого никогда не освобождаешься. И всегда тянет думать: “О, в этом платье я стройная, правда? Ну скажите, что я стройная, скажите! Ведь я классная? Tакoe хорошее платье, почему же у меня в нем такая огромная задница?..”
Несколько фактов из жизни Шэрон Стоун
Стоун пять раз была на грани жизни и смерти. В детстве она чуть не утонула. В двенадцать лет упала с лошади, получив тяжелые увечья и рваную рану груди. Уже в зрелом возрасте Шэрон выжила после автокатастрофы, вылечилась от инфекционного менингита и перенесла инсульт.
***
На благотворительном вечере в пользу жертв СПИДа Стоун высказала все, что думает о журнале People. “Я старше, чем вся грязь этого города, — бросала в микрофон 46-летняя актриса. — Этих сук просто распирает от ревности! Они пишут о моей пластической операции, так вот знайте: я ее НЕ ДЕЛАЛА”. Чтобы доказать, что моложавость у нее в роду, Шэрон попросила подняться на сцену свою 72-летнюю мать.
Однако People оказался абсолютно ни при чем. Заметка о подтяжке лица голливудского секс-символа была опубликована в US Weekly. В общем, вышла промашка.
***
Стоун вполне официально при свидетелях выполнила обязанности священника. В своем голливудском доме она обвенчала старых друзей, ресторатора Майкла Борсо и стилистку Бренду Свенсон. Согласно “New York Post”, свидетелями на столь необычной свадьбе были Джек Николсон и Роберт Вагнер.
***
Актриса легко меняет свое мнение о людях. О своем любовнике рокере Дуайте Йокаме в разгар отношений Шэрон отзывалась так: “Он невероятно обаятелен, сексапилен, очень темпераментный. Он доставляет дьявольское удовольствие”. После разрыва точка зрения Стоун изменилась: “Он свинья. Грязный бутерброд с отбросами лучше, чем эта пустышка”.
Читайте еще
Избранное