Кирилл Иванов

Один из символов евразийской интеграции стал пугалом

Зацепило! Что стоит за словами Лукашенко о «рыданиях и стонах по ЕАЭС».

Выступая на совещании с руководством правительства и высших государственных органов, Александр Лукашенко заговорил о вступлении Беларуси во Всемирную торговую организацию. При этом он предостерег:

— Не надо туда вступать ради того, чтобы вступить. И я не подпишу ни один документ по вступлению Беларуси в ВТО, пока мне на стол не будут положены конкретные преимущества от этого.

В противном случае опять будем через некоторое время рыдать и стонать, как по ЕАЭС.

Непосвященному в интеграционные тонкости читателю слова главы государства могут показаться излишне эмоциональными. Но все станет на свои места, если вспомнить о том, как Беларусь пыталась попасть в ВТО, но вместо этого угодила в ЕАЭС. И чем все это закончилось.

Для начала кратко вспомним историю создания Евразийского экономического союза и то, как со временем менялось отношению к нему Лукашенко. 

В 2012-м официальный Минск еще был полон оптимизма: на встрече президентов стран Таможенного союза в Москве Александр Лукашенко оптимистично заявлял, что «очень большой интерес к экономическому союзу проявляют не только постсоветские государства, но и дальние страны, в частности, Вьетнам».

Спустя два года в Минске стали бить тревогу по поводу «труднопроходимых вопросов» и попыток «оставить нерешенными те проблемы, которые надо было бы разрешить еще на предыдущих этапах».

Эти опасения вскоре оправдались: в 2016-м глава Беларуси раскритиковал ЕАЭС по ряду принципиальных моментов — от отсутствия безбарьерной среды до падения объемов внутренней торговли.

В последнее время глава государства говорит о союзе с все возрастающим пессимизмом, называя его объединением с «тяжелой судьбой».

Оправданы ли предостережения Лукашенко по поводу непродуманного вступления в ВТО? Времени на поиск преимуществ от членства в организации было более чем предостаточно: Беларусь ведет переговоры о вступлении с 1993-го.

Эксперты не первый год объясняют, почему процесс переговоров с ВТО затягивается. 

— Мы ведем переговоры по вступлению с 1993 года. И будь на то воля Лукашенко, необходимые изменения для принятия Беларуси в члены ВТО можно было бы сделать в течение 2-3 лет.Проблема в том, что положения ВТО напрямую противоречат белорусской модели. Александр Лукашенко хотел бы пройти путь к членству с наименьшими потерями и компромиссами для собственной модели, — говорил в ноябре 2017-го экономист Ярослав Романчук.

С ним солидарен политолог Валерий Карбалевич:

— По всей нормальной логике надо бы вступать в ВТО, поскольку ЕАЭС фактически функционирует по правилам ВТО. И Беларусь, являясь членом ЕАЭС, получает все минусы от этого. Например, сниженные импортные тарифы. С другой стороны, Беларусь не может пользоваться привилегиями ВТО, так как не является членом этой организации. Скажем, не может оспаривать в международных судах торговые споры с другими странами.

С другой стороны, Лукашенко много лет потратил на ликвидацию всякого внутреннего контроля. А тут надо вступать в организацию, которая предполагает внешний контроль над экономической политикой в виде импортных тарифов.

Оцени статью:
1
2
3
4
5
Средний балл - 4.6 (оценок:34)