Общество
Алена Антонова

«Если ты подписал бумагу о сотрудничестве с КГБ и признался в этом ― на твоей репутации не остается пятна»

Какую реакцию вызвало признание молодофронтовца Сергея Пальчевского о вербовке КГБ? Салідарнасць собрала мнения политиков, активистов и неравнодушных белорусов.

Фото Рейтер

Молодофронтовец Сергей Пальчевский рассказал, что его завербовали под кличкой «Артур» с целью докладывать по «делу патриотов».

Пальчевский заявил, что его шантажировали, угрожали ему уголовным преследованием и дополнительным сроком за ДТП с его участием. Кроме того, молодофронтовцу угрожали публикацией интимных подробностей о его личной жизни.

Экс-кандидат в президенты, бывший политзаключенный Алесь Михалевич, который после президентских выборов 2010 года рассказал общественности о пытках в СИЗО КГБ, написал в Фейсбуке:

― Дзякуй, Сяргей, што знайшоў у сабе сілы прызнацца ў падпісанні «агентурнай паперы». Можаш разлічваць на маю падтрымку, у тым ліку публічную.

Активист Павел Виноградов в Фейсбуке пишет о правиле, которое действовало еще со времен Зубра: если ты подписал бумагу о сотрудничестве и признался в этом ― на твоей репутации не остаётся пятна.

Он отмечает, что ему не предлагали сотрудничать, но среди его друзей есть те, кто подписал бумаги о сотрудничестве с КГБ.

― Угрожали всем разным: кому сроком, кому ― армией, кому ― семьёй. Кто рассказал ― с теми общаюсь до сих пор.

Татьяна Галко на странице Молодого фронта в Фейсбуке оставила свой комментарий:

«В гораздо большей степени виноваты те, кто заставляет людей делать такие вещи! Для Бога есть один смертный грех - НЕраскаянный. Искреннее покаяние, безо всяких «но» и попыток себя оправдать - не может быть не принято».

Статкевич: «Пальчевский нормально вышел из этой ситуации»

Николай Статкевич в интервью Еврорадио заявил, что Пальчевский нормально вышел из этой непростой ситуации.

― Безусловно, лучше не давать подписку. Но если уж так сложилось, если поставили перед таким выбором, то, безусловно, самое лучшее, что можно сделать ― признаться. К нему вопросов нет, ― сказал оппозиционер.

Статкевич также сообщил, что вербовка деятелей оппозиции спецслужбами ― обычное дело. Такие методы белорусский КГБ использует в своей работе часто. В то же время сам Статкевич с попытками вербовки не сталкивался.

Бумаги о сотрудничестве с КГБ подписывали и другие молодофронтовцы

Жена Дмитрия Дашкевича Наста в интервью газете Наша Ніва рассказала, как в феврале 2011-го перед освобождением из СИЗО КГБ Комитет госбезопасности предложил ей подписать бумажку.

- Сказали, что Дмитрий Дашкевич в заключении, чтобы облегчить его судьбу, - вспоминает Наста. - Вот бумага, садись, пиши, дали чистый лист. Я даже не помню, что там было. Кажется, какая-то абсолютно дежурная фраза о встречах.

По словам Анастасии Дашкевич, за все эти годы на связь с ней никто не выходил.

- Я имела несколько бесед с кагэбэшниками во время следственных действий по моему уголовному делу. Говорили на политические темы. Ничего такого, что бы я не могла сказать в любом интервью, я не говорила. Я тогда занимала жесткую позицию по санкциям, они меня пытались убедить в обратном.

Когда Дмитрия Дашкевича осудили на два года заключения, то никаких связей не было вовсе. Никто меня не шантажировал, не говорил прекратить деятельность. Я считаю, что озвучивать нужно, когда ты находишься на крючке, чтобы его оборвать. Но ничего подобного у меня не было. Из меня не пытались сделать «агента влияния» или как это называется.

После подписания того документа в моей жизни абсолютно ничего не изменилось, он никак не повлиял на мои дальнейшие действия.

Как сообщает Наша Ніва, подобную бумагу подписал 17 февраля 2011 года в КГБ молодофронтовец Николай Демиденко.

- Меня вызвали на восьмичасовой допрос. Сказали, что могут освободить Анастасию Положанко (тогда у нее еще была такая фамилия), которая проходила по делу Площади-2010. Твоя подруга, решай. Я сказал, что вообще без проблем, давайте, подпишу, что нужно, диктуйте, - рассказал Демиденко.

Он заявил, что о том, что он подписал согласие на сотрудничество в КГБ, знали сотни молодофронтовцев, Северинец, Дашкевич и другие.

- Думаю, сами спецслужбисты подслушали, что я всем это слил, хотя и подписывался о неразглашении. 

Оцените статью

1 2 3 4 5

Средний балл 0(0)

Читайте еще

Предновогодний Минск: красно-зеленая игрушка-танк и синий Дед Мороз без лица

Конвейер репрессий. Политзаключенного Плескацевича перевели с «химии» в Бобруйскую колонию. Силовики задержали 60-летнюю жительницу Фаниполя. Правозащитники: фиксируются факты применения пыток при расследовании политических дел

Памёр Вітаўт Кіпель

Белоруска из Гданьска: «Даже мысленно не подхожу к границе – ни на секунду не хочу испытывать всепоглощающее чувство страха»

Кнырович: «Трудно рассчитывать на адекватное отношение к самой бесправной категории населения — осужденным, если и к тем, кто «на свободе», оно не отличается гуманностью»

Конвейер репрессий. Зампрокурора собирается обжаловать приговор экс-политзаключенному Илье Миронову. Дело «рельсового партизана» Виталия Мельника, которому при задержании прострелили колени, рассмотрят в закрытом суде