Экс-ведущий «Калыханки»: «Ребенку не надо ничего объяснять, он понимает, кто это «наши», а кто «не наши»

Актер минского театра имени Горького Александр Жданович, которого многие знают как Маляваныча из детской «Калыханки», рассказал в интервью TUT.BY об эволюции своих взглядов и отношении к протестам.

Предлагаем избранное.

 «Если в поле зрения ребенка попадет информация, как люди в черном избивают людей, ему не надо будет ничего объяснять»

С одной стороны, логично оберегать детей от жестокой и жесткой информации, которой сейчас так много вокруг. С другой стороны, говорят, что ребенок ничего не понимает, все проходит мимо него. Как будто он существует в каком-то вакууме. Но это иллюзия!

Меня эмоционально задело одно видео в интернете. На нем я увидел, как отец из окна своей квартиры очень осторожно снимает двор. Внизу перемещаются около ста человек в черной одежде, в своих черных латах. За кадром мы слышим голос ребенка — совсем маленького, лет пяти-семи. Мой любимый возраст.

— Папа, а где наши? — спрашивает ребенок со смешанной интонацией разочарования и надежды.

— Там с флагами, за деревьями, — отвечает папа.

Ребенку не надо ничего объяснять, он понимает, кто это «наши», а кто «не наши».

Я много общаюсь с детьми и, разумеется, не разговариваю с ними на политические темы. Но по некоторым нюансам понимаю, кто «наши» в их понимании.

Если ребенок воспитывается в семье, где царит дух «за стабильность», его, наверное, будут воспитывать в этом духе. А ребенок обычно прислушивается к родителям. Но я убежден, что если в поле зрения ребенка попадет информация, как люди в черном ломают руки, избивают абсолютно безоружных людей (а эта информация так или иначе к нему попадет), этому ребенку не надо будет ничего объяснять. Он своей интуицией, внутренней правдой, заложенной, думаю, Богом, определит, где добро, а где зло. Он будет любить своих родителей, но все-таки вырастет со своей правдой.

«Постепенно я втягивался в игру, в которой приходилось молчать или говорить меньше, чем требовала совесть»

— Долгое время я думал, что политика — это очень узкая сфера, которая ведет к тому, что мне не нравится — к фальши, подтасовкам, лжи, грязи в конечном итоге. Поэтому эта сфера была мне чужда.

Уже в 1990-е многие люди моего склада понимали, что все не очень хорошо. Ведь мало кто разделял симпатию к стилю новой власти. Но тогда в жизни общества царило безвластие, разброд, определенная мафиозность и был запрос на наведение порядка. И исходя из этого запроса к власти пришли определенные люди.

В тот момент многие люди культуры решили, что ничего не смогут изменить. Поэтому была выбрана позиция несоучастия, аполитичности. Царило неверие, что от конкретного человека что-то зависит. Но сейчас я понимаю, что ошибался, что своим несоучастием все равно во многом участвую. Постепенно я втягивался в игру, в которой приходилось молчать или говорить меньше, чем требовала совесть.

Эти мысли движут мной сейчас. Я буквально наверстываю то, что было мной упущено в те годы, когда я игнорировал гражданскую активность.

Происходило мое постепенное взросление. Наверное, схему, которой я с вами поделюсь, рассказывали многие. Сначала возникла ситуация с коронавирусом, когда люди поняли, что их обманывают. Затем начались аресты всех конкурентов подряд. Это не могло не задеть. Я даже не знал, кто такие Тихановская и Бабарико. Следующий шаг — президентские выборы. Я час стоял на участке, чтобы проголосовать, и видел светлые, молодые лица людей, которые были мне симпатичны. Это не могло не объединять. А затем появились итоги выборов, и все всколыхнулось. После 9 августа включился интернет и всплыло такое количество насилия… Неделю не мог уснуть, пил снотворные. Буквально заставлял себя есть, меня выворачивало от такой вопиющей несправедливости.

 «Один друг сказал мне: как хорошо, что мы не сразу победили. Есть время, чтобы понять себя и увидеть, сколько красоты в окружающих людях»

— Многие предостерегали меня: не надо в это вмешиваться, ты не знаешь, к чему все это приведет. Будет хуже, в том числе и материально. Меня это так удивляет. Я пытался понять представителей противоположной стороны и не мог. Условно говоря, мою жену насилуют. А мне предлагают: «А ты тихонько перетерпи».

Сейчас время тяжелое, страшное, но я благодарен Богу, что дожил до него. Потому что лживая, болотная стабильность, которая скрывала и многие мои фальшивые представления о важных вещах в жизни, заставила меня определиться: трус я или нет, и до какой степени трус.

Мне кажется, нам надо перестать бояться. В человеке ведь разное намешано. Мы тщательно скрываем сами от себя, какие мы есть на самом деле. И иногда можем узнать правду только на смертном одре или в какой-то экстремальной ситуации.

Один друг сказал мне: как хорошо, что мы не сразу победили. Есть время, чтобы понять себя и увидеть, сколько красоты в окружающих людях, которые готовы поддержать задержанных людей. Одному моему знакомому разбили стекло за БЧБ-флаг — люди предложили отремонтировать его бесплатно. А волонтерство! Я приезжал, чтобы просто посмотреть на этих ребят. В них есть настоящая духовная красота. Не знаю, что будет потом, но не увидеть эту красоту невозможно.

И для меня настоящее откровение, как ведет себя наш народ. Я наблюдаю за его пассионарностью, за его осмысленной жертвенностью. Наверное, банально об этом говорить, но именно сейчас происходит окончательное формирование белорусской нации.

Оцени статью:
1
2
3
4
5
Средний балл - 5 (оценок:33)