Общество

Екатерина Сельдереева

Дневник войны, глава 34: «Ощущала, как мое сердце бьется буквально у меня во рту, ноги холодеют, а тело просто немеет»

Украинская журналистка Екатерина Сельдереева специально для читателей «Салідарнасці» описывает, чем живет Украина, переживающая вторжение российских войск.

Кривой Рог. Фото автора

День Независимости Украины в 2022-м – самый важный и самый сложный день. За официальными сводками 24 августа вражеская российская авиация около 200 раз поднимала в небо свои самолеты с целью нанесения ракетных ударов по территории Украины.

С раннего утра в Кривом Роге не смолкали сигналы воздушной тревоги. В целом за сутки они прозвучали 12 раз. Каждый раз, когда за окном завывает сирена, я готовлю себя к наихудшему. И каждый раз, когда звучит отбой тревоги, я благодарю Бога и ВСУ.

Я и Независимость Украины почти ровесницы, ей – 31, мне – 30. Я всегда любила и по-особенному к относилась к этому празднику. Этот день – всегда вышиванка, острое осознание того, что я украинка, бабушкины и дедушкины рассказы про жизнь, отображающие историю Украины, оживающие студенческие лекции про Расстрелянное Возрождение и Движение шестидесятников, арест за возложение цветов памятнику украинскому классику Тарасу Шевченко в Киеве, архивные записи по национальному телевидению про Черновола и торжественное заседание Верховной Рады Украины.

С осознанного возраста я всегда ощущала какое-то внутреннее счастье в этот день: здесь моя мова, здесь мои корни, здесь природы потрясающие творения, которые априори являются местами силы. 

Помню, работая в местной газете, получила редакционное задание – сделать репортаж о праздновании Дня Независимости в Кривом Роге. Я светилась от счастья, но при этом дико переживала. Ведь на мне была колоссальная ответственность.

Мне нужно было показать, что значит независимость для каждого жителя города и как это интегрируется в национальное настроение.  Я была в делегации мэра, но мне очень хотелось написать не о заученных официальных фразах, а о жизни и ценностях потомков казаков, которые в центральном парке проводят урок истории для детей, поют фольклорные песни региона, организовывают музей под открытым небом, демонстрируют национальную одежду и которые счастливы просто быть собой на своем месте, свободными и независимыми именно в этой стране.

Я родилась уже в независимой Украине. И для меня это было перманентное состояние. В личном опыте мне не было с чем сравнивать, и я ценила безусловно этот праздник, но воспринимала его как некую данность и очевидность. Раз в год я праздную свой день рождения. Раз в год страна празднует свой день рождения. Это была аксиома, закономерность, предсказуемость.

На 31 год независимости все изменилось. Сейчас я ощущаю независимость абсолютно физически. И сейчас она пахнет землей, страхом, кровью и смертью.

Независимость не приходит как наследство или подарок, ее нужно выбороть и заслужить, заплатив огромную цену в десятки тысяч человеческих жизней. Рабів до раю не пускають.

Я ощущаю ее, когда отвечаю себе на вопрос: «Сломаться или стать сильнее?». Отвечаю, когда под вой сирены, лай собак и стук автоматов о бронежилет военных сажусь в переполненный эвакуационный поезд, что запросто может попасть под ракетный обстрел.

Отвечаю, когда вижу 50 тысяч переселенцев, которые в один миг остались без ничего, когда их жизнь была разрушена российскими пулями и бомбами. И когда вижу парад сожженной российской технике на Крещатике, которая варварски нарушила границы суверенного государства.

За шесть месяцев войны я ко многому уже привыкла. Произошла некая адаптация к военной жизни, страху, риску, боли. Но 24 августа 2022 года я остро осознала, что нельзя привыкнуть к прощанию с жизнью.

Весь день российская авиация «кошмарила»  украинские города. С каждым объявлением о сигнале воздушной тревоги нарастало напряжение и страх. Внутри бурлило просто колоссальное чувство несправедливости. Как так? В самый главный день для моей страны, для меня, меня хотят уничтожить просто потому, что я украинка?! В психологии это как абьюзерство в семье наивысшего уровня.

Тревоги длились до поздней ночи. Я успела поспать всего час до того момента, как меня разбудил звук взрыва за окном. Смотрю на телефон – 2:05 ночи. Циничный удар по мирно спящему городу. Через минуту завыла сирена. Я вскочила с кровати в холодном поту.

Примерно в такое время уже несколько недель российские варвары обстреливают из РСЗО близлежащие села. Я слышу это по ночам. Я привыкла уже к этому. Я могу по характеру звука определить близко это или далеко. И могу после этого спать.

В этот раз все было иначе. Это было запредельно близко и страшно громко. Соседний район в 10 минутах езды.

После первого взрыва мигом очутилась на полу в ванной. Закуталась полотенцами и считала остальные взрывы, что начались один за другим. Было около 10 приходов. Я ощущала дрожание пола и стекол.

Сказать, что это страшно, – ничего не сказать. Я ощущала, как мое сердце бьется буквально у меня во рту, ноги холодеют, а тело просто немеет.

Так, ночью я узнала, что такое Торнадо-С с кассетными БК. Если что, это запрещенные Женевской конвенцией боеприпасы. Каждая Торнадо-С разлетается 646-ю кассетными минами на большое расстояние, накрывая металлическим смертоносным дождем. Стреляли по жилому массиву, административным зданиям, парку.

Если бы это был день, трудно представить, сколько могло бы быть жертв.

Почти всю ночь я провела на полу в ванной. Еще несколько раз включался сигнал воздушной тревоги.

Интересно, что после того, как прозвучали все взрывы, еще какое-то время они звучали у меня в голове. Я их считала, оценивала силу, расстояние, возможности. Чтобы отвлечься, сидя ночью на полу в ванной, я просматривала фотографии на телефоне. Контакт с жизнью. Контакт с надеждой. Волю в мыслях оружием не убить.

После того, как ночью прощалась с жизнью, наблюдать за рождением нового дня – особое трепетное чувство. Новый день – праздник жизни.

И утром на вопрос о том, сдаться или стать сильнее, я однозначно ответила: «Стать сильнее!» 

Оцените статью

1 2 3 4 5

Средний балл 4.5(16)