День опричника

Виталий Портников на Радио Свобода — о Путине и прошлом.

Александр Новоскольцев. «Последние минуты жизни митрополита Филиппа»

Стремление президента России Владимира Путина оправдать опричника Малюту Скуратова в истории с убийством митрополита Московского и всея Руси Филиппа в 1569 году может вызвать удивление только у тех, кто не следит за политическими процессами в современной России.

Казалось бы, зачем российскому президенту углубляться так далеко в историю, да ещё и пытаться её переписывать, да ещё и в связи с одиозным персонажем, не вызывавшим симпатии ни у современников, ни у потомков?

Но это для нас Малюта — далекое прошлое. А Путин в этом прошлом, судя по всему, живёт и нередко отождествляет его с настоящим.

Для него именно Малюта, а не Филипп — настоящий патриарх. Патриарх той самой системы власти, которую Путин пытается соорудить в современной России: опричнины как предтечи чекистского государства, опричников как предшественников современных чекистов.

И к тем, и к другим государи были несправедливы, изгоняли, карали, вымарывали из истории, обвиняли в преступлениях, которые сами же заставляли совершать.

Но то было в прошлом тысячелетии. Нынешнее изменило всё. Один из них был откомандирован для работы президентом Российской Федерации. Звезды на погонах сошлись.

Путин теперь, в одном лице, Иван и Малюта, Александр и Бенкендорф, Ленин и Дзержинский, Сталин и Берия. В российской и советской истории такого действительно ещё не было — чтобы опричник и при этом сам на троне.

И, конечно же, Путин не может не защищать лучшую свою половину. Так и рождаются версии в классических советских традициях.

Малюта проезжал мимо — митрополит взял и умер. Наум Эйтингон поехал отдыхать в Мексику — Лев Троцкий взял и ударил себя ледорубом. Путин провел «прямую линию» — Алексей Навальный отравил себя «Новичком», переданным Ангелой Меркель.

И вообще, в деятельности товарища Сталина, наряду с положительной, имелась и отрицательная сторона, но на самом деле он просто проезжал мимо. Мимо ГУЛАГа. А заключенные взяли и умерли. Эка невидаль!

Всё это можно было бы воспринимать как скверный анекдот, если бы не планомерная реабилитация палачества, которой занимается российская власть, потому что эта реабилитация насилия в прошлом оправдывает современное насилие.

Когда-то такой же реабилитацией занимался Сталин, поручивший Сергею Эйзенштейну пропеть кинематографическую осанну Ивану Грозному.

Но для Путина Малюта важнее Ивана, потому что именно в праве царского силовика относиться к соотечественнику как к отребью он, по всей вероятности, видит залог жизнеспособности собственного режима.

И это то, чего не могут понять не только далекие от политики россияне. Это то, чего не понимают даже путинские выдвиженцы. Ведь когда губернатор Тверской области Игорь Руденя говорил с Путиным о намерении передвинуть речной вокзал, построенный на месте гибели митрополита, он хотел сыграть на богобоязненности самодержца и его любви к отечественной истории. Но Путин — он совсем не по церковным свечам.

Оцени статью:
1
2
3
4
5
Средний балл - 4.8 (оценок:62)