Александр Гостев, svoboda.org

Большая ливийская сделка Кремля. Кто кого поддерживает в новой войне

В Ливии с каждым днем разгорается все более ожесточенная новая гражданская война между признанным ООН Правительством национального единства (ПНЕ) в Триполи во главе с премьер-министром Физом Сараджем и отрядами так называемой Ливийской национальной армии (ЛНА) Халифы Хафтара, самого влиятельного полевого командира страны, провозгласившего себя фельдмаршалом.

За спинами всех сторон конфликта стоят разные мощные государства – Франция, Саудовская Аравия, ОАЭ, Россия, Египет, Турция, Италия, Катар.

Бойцы «Ливийской национальной армии», направляющиеся на штурм Триполи. 9 апреля

Новый период активных боевых действий в Ливии, богатой нефтью, но разоренной и фактически распавшейся на многочисленные полусамостоятельные квазигосударственные образования стране, явно будет долгим и весьма кровопролитным.

Международное сообщество, очевидно, совершило большую ошибку, предоставив ливийцам самим решать свою дальнейшую судьбу после свержения в 2011 году при поддержке НАТО диктатора Муаммара Каддафи. В настоящий хаос страна погрузилась через три года, в 2014-м, после провалившихся парламентских выборов, в результате которых на территории Ливии образовалось как минимум двоевластие и началась война между разнородными силами повстанцев, когда-то выступавших единым фронтом.

Основные стороны конфликта, противостоящие сейчас в Ливии друг другу при поддержке различных временных союзников, это:

– Палата представителей Ливии (Меджлис) – ранее признанный многими государствами парламент, избранный в 2014 году, известный также как "Правительство в Тобруке". Он контролирует обширные области востока (Киренаика), юга (Феццан) и центра страны, однако сегодня фактически стал марионеткой в руках Халифы Хафтара и его разношерстной ЛНА.

– Правительство национального единства (ПНЕ) в столице Триполи, на западе (Триполитания) во главе с Президентским советом, руководимым премьер-министром Фаизом Сараджем. Этот орган власти был создан в 2016 году при поддержке Совета Безопасности ООН. ПНЕ до сих пор удерживает столицу и даже оказалось способно на удачное контрнаступление против Хафтара, в последние несколько дней. Это удалось силам Сараджа благодаря временной поддержке нескольких влиятельных местных племенных вооруженных групп, по самым разным причинам (историческим, этноконфессиональным и т.д.), считающих армию Хафтара, и его лично, непримиримым врагом.

При этом в Ливии действует огромное количество средних и мелких группировок, отрядов и банд, часто выступающих самостоятельно, а иногда – перебегающих из одного лагеря в другой. Самые крупные из них, это, к примеру, «Бригады Мисураты» или «Зинтанские бригады». Есть в стране и террористы из «Исламского государства», проникшие в страну в 2014 году и всегда выступающие самостоятельно.

Самопровозглашенный фельдмаршал Халифа Хафтар, амбиции которого стремительно росли в последний год, давно уже угрожал начать наступление своей армии на Триполи, чтобы окончательно утвердить свою единоличную власть во всей Ливии. Обе стороны используют авиацию, танки и тяжелую артиллерию и каждый день сообщают о потерях в своих рядах. Однако общее число погибших в новом конфликте вовсе не так велико, как могло бы показаться на основе поступающих сообщений о «тяжелейших боях».

«При оценке того, что контролируют Хафтар, а что ПНЕ, следует исходить не столько из того, кто какую территорию занимает, но и из того, где и сколько сосредоточено населения. Только Триполи – это треть населения Ливии. А Триполитания по числу населения в 2006 году в два раза превышала Киренаику (3,6 млн в Триполитании против 1,6 млн в Киренаике). То есть количество ливийцев в районах ПНЕ до сих пор больше, чем в районах, подконтрольных Хафтару». Об этом пишет знаток региона, политолог-востоковед Кирилл Семенов, которого Радио Свобода вновь попросило помочь разобраться в сложившейся на сегодня в Ливии очень запутанной ситуации:

– Вопрос, ответ на который важен для всех: кто поддерживает и непосредственно воюет на стороне ЛНА? И в первую очередь, есть ли там все-таки российские военные и наемники из России? О которых, кстати, опять сообщают западные СМИ, например, газета The Telegraph со ссылкой чуть ли не на Уайт-холл?

– За Хафтара воюют различные местные группировки всей восточной Ливии, то есть Киренаики. Есть у его вооруженных сил и регулярный компонент – это, прежде всего, так называемое подразделение "Сайко", что на русский язык можно перевести как «Громобой». Это спецподразделение возникло еще в армии Муаммара Каддафи и во время революции перешло на сторону повстанцев. А затем, трансформировавшись, оказалось уже в составе Ливийской национальной армии. Его численность – 3,5 тысячи бойцов плюс еще несколько танковых, артиллерийских и механизированных бригад, это еще приблизительно 3,5 тысячи солдат.

Все остальные – это местные формирования, просто иррегулярные вооруженные группировки, которым присвоены различные номера бригад и подразделений. При этом львиную долю в этих формированиях составляют весьма радикальные исламисты-салафиты. Именно они идеологически Хафтара очень сильно поддерживают против сидящих в Триполи «Братьев-мусульман». Этот фактор очень важен, то, что Халифа Хафтар опирается именно на просаудовских религиозных деятелей, которые своими фетвами дали ему возможность мобилизовать салафитов в восточной Ливии, которые и сформировали многие отряды Хафтара.

Что касается его внешней поддержки, то это, в политическом плане, в первую очередь Франция и Саудовская Аравия. Собственно, нынешнее наступление и началось после его визита и беседы в Эр-Рияде с наследным принцем Мухаммедом ибн Салманом. А главный его военно-финансовый спонсор – это Объединенные Арабские Эмираты. И, конечно, за его спиной стоит Египет, для которого борьба с «Братьями-мусульманами» – это священное дело, фактически часть идеологии нынешнего египетского режима. Поэтому египетский президент, фельдмаршал Абдул-Фаттах Сиси будет поддерживать Халифу Хафтара при любых условиях.

Что касается поддержки Хафтара из Москвы, то она есть, но все-таки весьма ограниченна и не находится на том же уровне, как поддержка тех государств, которые я перечислил выше. Российских ЧВК в действительности пока никто в Ливии не видел. Говорить об их присутствии можно много, но мы пока прямых доказательств их там хоть сколько-нибудь значительного присутствия не нашли.

Нет фотографий. Каких-то точных мест их предполагаемой дислокации названо никем не было. Пусть выплывет хотя бы название района, где они расквартированы, где есть их какая-то база, или название какого-то нефтяного месторождения, которое они могут охранять, ну, хоть что-то подобное. Если российские ЧВК там и есть, и они сверхталантливо прячутся, то они все-таки как минимум в военных операциях Хафтара не участвуют. Просто потому, что их деятельность, скорее всего, где-то бы да зафиксировали. Противники Хафтара давно вопили бы об этом на всех углах.

Шила в мешке не утаишь! Известно, что, например, у Италии, поддерживающей ПНЕ, есть своя военная база в Мисурате, и этого никто не скрывает. Возможно, какая-то линия прямой постоянной связи Кремля с Хафтаром имеется, и, да, Министерство обороны России, из всех российских ведомств, больше всех лоббирует интересы этого самозваного фельдмаршала. Видимо, и какие-то российские офицеры связи находятся в Тобруке, его "столице". Возможно, да, какие-то услуги российские офицеры, советники оказывают ему в качестве консультаций.

Но, повторю, вряд ли какие-нибудь регулярные российские подразделения, либо бойцы частных военных компаний, либо просто российские военные советники находятся на поле боя, в зоне проведения его наступления на Триполи. Это очень маловероятно.

– Дипломатически Кремлю удается выглядеть пока нейтральной стороной в этом конфликте? Резолюцию ООН против Хафтара, предложенную Великобританией, ведь Москва отвергла, по ней даже не голосовали.

– Министр иностранных дел России Сергей Лавров, находясь недавно в Каире, выступил прямым лоббистом интересов Хафтара. Лавров обратился к неким «иностранным спонсорам» Правительства национального единства в Триполи с призывом, чтобы они "повлияли" на силы Сараджа и те не применяли бы тяжелые вооружения против Ливийской национальной армии! Это все выглядело как: «Ребята! А ну-ка не мешайте Хафтару, собственно, наступать на Триполи».

– Ливийская народная армия Хафтара, как мы уже говорили, это удивительно разношерстное сборище, в составе которого воюют совершенные идеологические и религиозные антиподы. И в его рядах, действительно, много радикальных исламистов, салафитов и не только. Почему тогда в России о нем и его армии говорят как об исключительно светских бойцах «за правое дело», за «демократические принципы»?

– Конечно, Кремлю так удобнее. Выступая на стороне Хафтара, Москва старается избегать любых острых углов. Зачем говорить о таких неудобных моментах, которые собственному народу придется как-то разъяснять? Отмечу еще один важный момент – в действительности для России поддержка Халифы Хафтара самого по себе не так уж важна.

Я думаю, здесь большую роль играет некая общая стратегическая сделка, связанная со всей ближневосточной политикой Кремля, с нынешними отношениями Путина с Абу-Даби и Эр-Риядом. И в обмен на поддержку Хафтара Москвой ОАЭ и Саудовская Аравия будут более лояльны к режиму Башара Асада в Дамаске. Поэтому Кремлю тут не столь принципиально, какие силы воюют за Хафтара, будь то салафиты или кто-то еще.

– Что известно о личностных качествах Хафтара, что он за человек? И насколько он религиозен?

– Безусловно, он не является религиозным человеком, по крайней мере я лично не видел ни одной фотографии или видео, где бы он читал намаз и тому подобное, соблюдал любые исламские нормы. Его личностные качества, как говорят его оппоненты, очень неприглядны. Это военный, который стремится к абсолютной власти и готов ради нее идти на любые жертвы, человек, который любым путем добьется собственной цели. И то, что он будет и в дальнейшем воевать ради власти, мало у кого вызывает сомнения.

Это полевой командир, который не готов подчиняться вообще какому-либо, любому, гражданскому правлению. Хафтар будет стараться все сделать для того, чтобы, раньше или позже, только он сам один уже мог бы назначать и правительство национального единства, и определять его роль, и урегулировать весь ливийский конфликт. Чтобы весь процесс крутился вокруг него.

Он, собственно, начал свой путь к власти еще в 1987 году, во время правления Муаммара Каддафи, когда, будучи командующим ливийским экспедиционным корпусом в Чаде во время тамошней войны, принял решение сдаться противнику и стать личным врагом Каддафи. Теперь Халифа Хафтар находится на вершине и как никогда ранее близок к своей цели.

Оцени статью:
1
2
3
4
5
Средний балл - 4 (оценок:10)