Лучшее из архива
Наталья ШАХОВА

Белорусские каскадеры преподали урок ученику Шварценеггера

Сколько может выдержать человек в горящей одежде? У вас от одного этого вопроса нервная дрожь, а поэкспериментировать с секундомером в руке как-то не тянет? Тогда поверьте на слово: в мировой практике для каскадера предельное время горения — 25-30 секунд. А белорусские каскадеры Вячеслав Аркунов, Сергей Цыбульников и Александр Калачев изобрели жидкость с очень низкой температурой горения. И «горят» 1,5-2 минуты, не испытывая при этом особых неудобств!

На съемках киноленты Астрахана «Алхимики» взяли и «подожгли» без дублеров актера Илью Олейникова. Не поверите, в фильме так и остались кадры, где он, объятый пламенем, восклицает: «Хорошо так сделали, тепленько!»

— Запатентовали свое открытие? — спрашиваю Аркунова.

— Нет. Рецепт жидкости известен только нам троим. Это — лучший патент.

— То есть вы друзьям полностью доверяете?

— А как я могу не доверять человеку, который готовит машину для моего трюка или страхует меня, когда я вишу на высоте?

И я начинаю завидовать Вячеславу: какая у него работа!..

Сто пятьдесят процентов мозгов

В Беларуси нет национальной ассоциации каскадеров, сродни той, что создал Иншаков в России. Зато есть единственный в стране трюковой театр Вячеслава Аркунова, который существует в нынешнем составе уже четыре года.

— Как вы отбираете людей в свою команду? — спрашиваю у Аркунова, изумленно наблюдая за ребятами, которые с разбега кидаются вниз головой с высокого косогора — идет обычная ежедневная тренировка.

— Главное, чтобы было сто пятьдесят процентов мозгов. Остальному можно научить.

С каждым новобранцем Вячеслав беседует, «обрабатывая» по всем правилам психологии. Не «сдал» беседу — извини, таких не берут в каскадеры. Да и из тех, кого приняли, остаются в театре не все.

— Не выдерживают. Думают: пришел — и сразу тебе слава, деньги, съемки в кино. Потом видят, что на самом деле здесь адский труд, — подытоживает Аркунов.

Все оснащение для трюков делается своими руками: мебель, которую потом разбивают о головы и плечи, мечи, на которых дерутся. После «пожара» на подпалины на одежде собственноручно нашивают очередной слой из ткани старых шинелей, курток, пальто. А съемки — это, на взгляд обычного человека, просто маленький подвиг. Попробуйте-ка в промозглый дождливый день натянуть на себя два спортивных костюма, с которых вода стекает, как из ведра, наверх — фуфайку, которую по вороту и рукавам тоже обливают водой... Так каскадер готовится “загореться”.

— Давай-ка я обработаю тебе важные места, — заботливо льет ассистент воду на ворот человеку, который вот-вот вспыхнет.

— Важные места не там, мой друг, — отзывается тот.

Приколы для людей, привыкших к риску, — профессиональная особенность поведения.

А вообще-то, каскадеры — обычные люди: юрист, программист, военный, рабочий, водитель, звукорежиссер, психолог. Есть при театре и свой медик. Присутствует во время сложных выступлений, оказывает первую помощь при мелких травмах. Серьезных, тьфу-тьфу, пока не было.

— Как-то принято думать, что каскадеру положено иметь шрамы, — улыбается Вячеслав Аркунов. — Нас даже спрашивают иногда: а что это вы без отметин?.. Но шрамы как раз свидетельство низкого профессионализма. Мастер работает ловко и без травм. Знаете, как банкир попросил найти ему самого лучшего телохранителя? Приводят ему амбала зверского вида, всего в шрамах: вот, дескать, смотрите, каков! Банкир говорит: вы лучше найдите мне того, кто ему эти шрамы оставил.

Чем западный каскадер отличается от нашего? У него — оборудование, у нашего — сто пятьдесят процентов мозгов. А падает с высоты наш по-прежнему на пустые картонные коробки и выпрыгивает не через разбивающиеся без осколков, а через настоящие стекла. Там — узкая специализация, здесь — три профессии в одном человеке плюс мастерство на все руки.

Каскадеры Аркунова часто снимаются за рубежом. Из последних фильмов, где участвовали, называют американский «Хранитель времени» — средневековое фэнтези. На съемках пришлось Аркунову работать со знаменитым культуристом из США Майклом О’Хара, учеником Шварценеггера.

— В Штатах люди платят тысячи «баксов», чтоб прийти на его шоу, на тренировки, пообщаться с ним. В общем, хороший парень, но избалованный капитально, — рассказывает Вячеслав. — Продюсер попросил меня сделать постановку боев с участием Майкла. И вот он начинает: «Это я делать не буду, это надо по-другому!» Одному с пятерыми драться на мечах ему не нравится — сложно. Я спрашиваю продюсера: «Вам нужен красивый бой или комфорт для Майкла?» Он говорит: «Красивый бой. Объясняй ему это, как хочешь». Я прошу: «Представь меня ему по полной программе, со всеми регалиями!» Встречаемся, продюсер начинает про меня рассказывать Майклу: вот, Аркунов, режиссер телевидения, директор дирекции перспективного вещания, имеет порядка 70 авторских проектов, снялся в 50 фильмах, руководитель единственного в Беларуси трюкового театра...

Смотрю, Майкл меняется в лице. Спрашивает: «Слава, оказывается, тоже миллионер?!» У них в Штатах человек с таким резюме — миллионер, еще бы! После этого он принял меня как равного.

Работаем, репетируем. А я специально для закрепления результата трюк от него потребовал еще более сложный. Никак у него не получается. Я говорю: «Что ж ты за «Мистер Вселенная» или как там тебя еще? Я этот трюк делаю, когда тебе объясняю, а ты, здоровый мужик, моложе меня в два раза, не можешь?!» Майкл набычился, но говорит: «Покажи еще раз!» И в конце концов осилил. Зато, когда на съемках он этот сложнейший трюк повторил, толпа просто взревела от восторга, ему начали аплодировать. Он расчувствовался, от гордости сияет: «Спасибо, Слава! Мой Учитель! Со мной так никто еще не работал!»

Аркунов зря не рискует

Несколько лет назад с Аркуновым произошла история, о которой писали тогда многие СМИ: к Вячеславу и его приятелю прямо на улице пристали три милиционера, забрали в участок, пообещав: там и объясним, что вы пьяные.

— Вячеслав, и вы, два каскадера, сдались без боя?

— Я прекрасно понимал, что они в форме, при исполнении. Значит, случись какая травма в драке, поверят им, а не мне. А во-вторых, я стараюсь применять боевые искусства, которыми владею, только в действительно безвыходных ситуациях. Можно ненароком серьезно изувечить противника, а потом злость пройдет, и совесть же замучит... Словом, придерживаюсь правила трех «Д»: дай дураку дорогу.

— Чем закончился тогда суд?

— Влепили мне мелкий штраф. Судья заявил моему адвокату: «Их было двое, а милиционеров трое. Я верю большинству».

— А вообще, вы в жизни рисковый человек?

— Самый осторожный. На глупый риск не иду никогда. Всегда за рулем соблюдаю Правила дорожного движения и перехожу дорогу только на зеленый свет. Может, потому, что на съемках часто приходится бывать сбитым машиной и я знаю, что это такое и как при этом себя чувствуешь...

Статья опубликована в еженедельнике "Салідарнасць" от 11.06.2004 г.

Оцени статью

1 2 3 4 5

Средний балл 0(0)