Андрей Курейчик: «Сразу сказал: «Я буду самый главный». Вера ответила: «Хочешь – будь»

Известный сценарист три года жил один, расставшись со второй женой Ольгой, актрисой Купаловского театра. В сентябре 37-летний холостяк ведет под венец возлюбленную и невесту – бизнес-консультанта Веру Кушнерову.

Они ровесники, у каждого за плечами по два брака и четверо детей на двоих. Как не разочароваться в любви, не повторить ошибок прошлого и почему надо заключать брачный контракт, Андрей Курейчик рассказал в интервью «Комсомолке».

– Андрей, циники даже второй брак называют победой веры над разумом. Неужели после второго развода не было ощущения – «зачем мне это надо, лучше поживу для себя»?

– Во-первых, я верю в любовь. К тому же и в браке можно жить для себя и с удовольствием. В этом-то и суть: семья должна быть счастливой. Если счастья нет – это уже не совсем семья. И мне очень хотелось этого счастья.

– Как ни крути, после конфетно-букетного периода начнется быт.

– Он уже начался, мы живем вместе полгода. И это лишь вопросы организованности и планирования.

После второго развода проболтавшись в одиночестве три года, я полностью наладил свой быт. Тот период, когда я был неорганизованным и ленивым в бытовых вопросах, ушел сам собой.

Сейчас я твердо стою на ногах, делаю сложные проекты, у меня нет проблемы поесть в хорошем ресторане. Второй брак мы начинали молодыми, мне было 25, сейчас те проблемы кажутся детскими.

«Мы прошли все уровни откровенности друг с другом»

– Ты рассказывал, что в первых двух браках искал белую, пушистую и покладистую. К третьему браку критерии не изменил?

– У меня была цель найти своего человека, того, кто примет меня таким, какой я есть. Я же человек творческий и, мягко говоря, не без недостатков (улыбается). Кто-то бы даже сказал – клейма негде ставить: и ворчун, и нытик, и кто угодно.

Мы познакомились с Верой на литературном вечере два года назад. И я, и она уже прошли непростой процесс развода.

Мне очень понравилось, что она действенный человек. Помню, я писал сценарий в Испании, серьезных отношений еще не было, мы списались, и я предложил: «Прилетай!» Хоть знал, что она недавно вернулась с дочкой из отпуска, началась работа, у детей – учеба, их надо был с кем-то оставить. А она взяла и прилетела. Мне это показалось сильным шагом.

Потом мы опять потерялись, затем возобновили отношения поездкой на литературный фестиваль в Полоцк…

– То есть шаг – остановка, шаг-остановка?

– Я вообще пугливый человек. Очень.

– А кажешься очень решительным – порой с шашкой наголо.

– Это если меня довести. А в реальной жизни я думал, как не наломать дров, потому что уровень ответственности уже другой. Дети, статус, работа.

Мы шли к нашим отношениям больше года. Осенью съездили на Кипр и там решили съехаться, проверить. Попробовали – понравилось.

– Многие годами живут не расписываясь. Почему через полгода решили пойти в загс?

– Во-первых, время идет, мы не молодеем (смеется). Мне важно не болтаться в каком-то одном состоянии годами, а развиваться. Брак, условно, говоря, является для нас пружиной.

Мы прошли все уровни откровенности друг с другом, в душе у каждого вскрылось не только хорошее – жизненный опыт был разным. Но то, как Вера прошла через это, дорогого стоит. Иногда, даже если человек тебе нравится, озвученные недостатки имеют критический характер, делая серьезные отношения невозможными.

Мы прошли этот путь вскрытия друг перед другом – стали друзьями, психологами, полечили раны, проговорили, кто что хочет.

– И Вера приняла тебя со всеми недостатками?

– Недостатки есть у всех, вопрос в другом – перевешивают ли достоинства? Я рад, что наши перевешивают.

А еще важно, что нам не скучно и интересно. Вера – человек моего уровня: образованный, начитанный, сложный, понимающий искусство. С другой стороны, у нее есть самостоятельные цели, карьера, она бизнес-тренер. И еще я понимаю, что и ее жизненный опыт, и мой позволяют многое друг в друге понять и простить.

– Предложение делал красиво?

– Мы поехали в Рим, это моя любимая европейская столица, и я решил показать Вере этот город. Повел ее в Ватикан, мы любовались Сикстинской капеллой, работами Микеланджело, там я и сделал предложение.

Каждый из нас прошел по две свадьбы, и так не хочется больше этого дурацкого официоза. Поэтому оттолкнулись от идеи, что свадьба нужна нам для того, чтобы отправиться в свадебное путешествие. Свадьбу назначили на сентябрь.

– Кольцо на помолвку подарил?

– Было бы нелепо в Сикстинской капелле с коробочкой ходить. Во-вторых, опять же – после двух браков нам не так важны эти церемониальные штуки. Лучше мы потратим деньги на хороший отель и полетаем на вертолете.

– А тебе пришлось договариваться со своим эго? Раньше ты говорил, что твоя женщина должна тебя слушаться – ты требовательный, где-то тиран. И вдруг невеста – бизнес-тренер, сама кого хочешь построит.

– Я сразу сказал: «Я буду самый главный». Вера ответила: «Хочешь – будь». Я до сих пор не понимаю, было это иронией или мы договорились.

Вера – хороший психолог, наверное, поэтому у нас нет конфликтов по технологическим, бытовым вещам. Она состоявшийся человек, очень крутой специалист в бизнес-консультировании, чемпионка Беларуси по шахматам, у нее блестящее логическое мышление – то, чего мне всегда не хватало. Я такой шалтай-болтай в этом смысле.

Но по большому счету, сколько ни обсуждай – все держится на любви, уважении и желании двигаться в одну сторону.

– Но все равно важно договориться: ты не разбрасываешь носки, а я закручиваю зубную пасту.

– Когда четверо детей – это ж банда! – все равно не может быть идеального порядка. Не понимаю, как колпачок от зубной пасты или грязная тарелка могут влиять на отношения…

Вера ездит на работу в офис, я больше времени провожу дома. Многое мы делаем вместе, но, к примеру, готовка мне интересна, мне не сложно.

Вера больше занимается детьми, их нужно возить в школу, на секции. Слава богу, я без руля и меня нельзя этим нагрузить (улыбается). Пока нельзя. Но Вера всем этим занималась и до меня.

В нашей жизни не произошло глобальных изменений, которые бы раздражали. Если бы мы жили в однокомнатной квартире с четырьмя детьми – было бы тяжеловато. А так… Шумно на первом этаже? Иди на третий – у нас свой дом.

Мы ценим красоту и уют: убираем все сами, раз в полгода вызываем клининговую компанию для генеральной уборки.

«Сын контролирует: «Папа, ты сегодня целовал Веру?»

– Главное – сбылась моя мечта: мы с Верой живем за городом, в Озерце, недалеко от минской кольцевой. Владеем домом совместно. Он деревянный, экологичный, просторный. С нами живут дети Веры, они одного возраста с моим сыном и дочкой, которых мы забираем на выходные.

Дети сдружились, когда собираются вместе, получается такая шумная веселая ватага. Дети Веры ходят в местную школу возле нашего дома, мои живут со своей мамой. Я не вожу машину, а Вере было бы тяжело гонять на Автозавод дважды в день. Транспортный вопрос мы решаем просто – меня возит Вера, когда не получается – вызываю такси.

– После развода ты жил рядом с детьми, а сейчас они видят папу по графику. Не возмущались?

– Они видели, что папа три года жил отдельно, что с их мамой у него были трудные отношения. Сейчас дети радуются, что я нашел себя, у бывшей жены Оли тоже хороший парень. Дети видят, что родители избавились от внутреннего раздрая, наладили свою жизнь.

– Неужели дети сразу приняли Веру?

– Сыну реально хотелось помочь мне устроить жизнь. Он может спросить: «Так, папа, ты сегодня целовал Веру? Иди и поцелуй!» Он понимает, что лучше пусть все будет хорошо, нежели папа будет в одиночестве и смурной.

И Глеб, и Марта легко наладили с Верой взаимодействие, потому что у них была такая цель.

– Как решаете с невестой финансовый вопрос: у каждого свой кошелек или общая тумбочка?

– Когда жили раздельно – у каждого был свой бюджет, когда съехались, возникла общая зона: продукты, бытовое обеспечение дома, ремонт затеяли. Сейчас, слава богу, мы зарабатываем достаточно, чтобы не думать о расходах, как о чем-то серьезном.

– В прошлом интервью ты советовал заключать брачный контракт, когда все хорошо, чтобы избежать нервотрепки в будущем. Будете?

– Думаю, да. И дело не в опасениях, а в том, что каждый обременен своей собственностью. Это должно быть урегулировано, потому что у меня есть свои наследники, у Веры свои. Важно сформулировать принцип, иначе потом люди делят утюги и гладильные доски.

– А что регулировать, когда закон говорит, что все, что до брака – у каждого свое, в браке – общее.

– Это сложнее, например, мы еще не в браке, но уже сособственники дома. У меня длящиеся контракты, которые начались до брака. Есть тонкости, которые нужно оговорить, чтобы все понимали правила игры, а не «как пойдет жизнь».

«Благодаря Вере и ее системному мышлению я понимаю, куда хочу идти»

– После развода с актрисой ты говорил, что меньше всего собираешься связывать жизнь с творческим человеком, поскольку многие из них с подвижной психикой и нередко выносят мужчинам мозг. Твоя будущая супруга – бизнес-тренер, но при этом пишет стихи. Нашла в интернете ее стихотворение «Любовь-морковь» и поняла, что жизнь Курейчика простой не будет. Первые строки: «Любовь, любовь – кидай ее в огонь! Пускай горит, пылающая дура! Дави ее, затаптывай ногой, неправильная, страшная, халтура…»

Не пугает?

– Это давние страсти. Вера очень эмоциональная, тонкая, чрезвычайно женственная натура, сложная. У нас были периоды таких страстей, непростые, с паузами, кипение. Чуть ли не разрывы.

– И ты думал: «Ну вот – опять на те же грабли»?

– Нет, это был очень искренний поиск, очень искреннее состояние после тех пережитых – ее, моих – тяжелых расставаний. Мы были, как оголенные провода.

А потом все успокоилось, негатив прошлого ушел. Процесс сближения шел долго, но осенью мы по-настоящему открылись друг другу. До того были перерывы по многу месяцев, когда мы не виделись. Боялись этого сближения сразу после разводов. Нужно было время восстановиться, прийти в себя, научиться сдерживать себя.

– Научился?

– Учусь. Я буду учиться этому вечно (улыбается). Для меня важно, что у меня появилась поддержка, в том числе в профессиональном плане.

Для меня всегда была важна подпитка энергией. Я долго не мог понять свои профессиональные приоритеты. Ехать мне в Россию, снимать бесконечные сериалы? Заниматься театром, пьесами, продюсированием? Давно хотел начать писать роман.

Сейчас, по чуть-чуть, благодаря Вере и ее системному мышлению, я немножко начинаю понимать, куда я хочу двигаться. Хорошо, когда рядом есть человек, даже в трудный момент готовый тебя поддержать.

После интервью Андрей попросил добавить вот такой комментарий его будущей жены Веры:

– Наши отношения с Андреем – это действительно очень сложный и тернистый путь разгребания прошлых завалов, страхов, конфликтов и обид. Каждый узнавал друг друга по чуть-чуть и каждый был уверен, что понимает, что происходит, хотя часто это было с точностью наоборот!

Как это ни банально звучит, но нас спасла любовь. То состояние, тот уровень близости, к какому мы пришли – это огромное достижение. Это то, ради чего стоило через все пройти. Это счастье.

Андрей Курейчик: «Мне жаль, что мои дети живут в сегодняшней Беларуси»

Оцени статью:
1
2
3
4
5
Средний балл - 0 (оценок:0)