Беседка
Сергей Новиков, footballmag.ru

Анатолий Капский: «Очень хочу и стараюсь, чтобы жизнь белорусов была не хуже, чем в других государствах, сегодня более развитых и богатых»

БАТЭ из Борисова — золотой ударник последней белорусской футбольной пятилетки. Но, разумеется, этого мало для того, чтобы перестать быть кумиром лишь родного города на Березине, а сделаться спортивным символом 10-миллионной страны.

Между тем, это борисовский клуб надежно врачует белорусов от тоски по малофеевскому минскому «Динамо» 80-х. За снадобье вполне сходит четвертая кряду осень с групповым еврокубковым раундом. Причем снова, как и три года назад, то будет Лига чемпионов — теперь в цветах "Барселоны", "Милана" и пльзенской "Виктории". Случайным попадание белорусского чемпиона в такую компанию на сей раз назовут лишь люди, изрядно отбившиеся от темы. На жеребьевку в Монако БАТЭ выходил из третьей корзины, сравнявшись в рейтинговых правах, к примеру, с "Зенитом", "Аяксом" и "Байером". Уникальное восхождение команды с третьелиговой "точки нуля" отсчитало нынче лишь полтора десятка лет. А для бессменного председателя клубного правления, автора и идеолога дерзкого проекта Анатолия Капского — это треть жизни. Весной ему исполнилось 45...

— Между двумя матчами плей-офф против австрийского "Штурма" в вашем клубе случилась алогичная, на взгляд стороннего наблюдателя, история: в московское "Динамо" продан лучший защитник Игорь Шитов.

— По-моему, все логично. Даже премиальными за выход в Лигу чемпионов мы не перебили бы те деньги, которые будут у Игоря в России. Он опытный футболист. Ему 25 лет. И его мотивация уйти в "Динамо" была очень сильна.

— То есть игрок из мотивационных соображений уходит из команды, которая занесла ногу над лигочемпионским порогом. Разве мотивация материальная не должна быть в гармонии с мотивацией соревновательной? БАТЭ далек от времен, когда из него не станут уезжать за деньгами, если на носу встречи с "Барсой"?

— Можно было сойти с ума и сказать: Игорек, останься, мы тебе положим эти полмиллиона на четыре месяца. Но тогда я изменил бы себе. Подвел бы команду. Потому что у нас есть разумный баланс условий для каждого. А позже это предложение — хороший контракт на четыре года — могло и не поступить. Гармония ведь может быть и не такой, какой увиделась вам. Вот не было ее у Игоря в душе! Это очень хороший игрок белорусской сборной. И мы за него еще порадуемся. И для нас это тоже мотивация. Она в том, чтобы нашими парнями были довольны, чтобы они имели хорошую прессу, а штамп БАТЭ был знаком качества. К слову, моя первая реакция была схожа с вашей. Но потом мы обсудили ситуацию с Виктором Гончаренко. И отпустить Шитова, не дожидаясь повторной встречи со "Штурмом", было решением главного тренера. И оно было мотивационным по сути. Потому что из этого перехода агенты стали устраивать "Санта-Барбару". Наша команда жила ею три недели. Ждала следующих серий и все меньше думала об играх. Мы просто вырвали антенну из телевизора. И превратили эту историю в выигрыш для себя.

— А если бы не победили в Граце, не прошли этот плей-офф?

— Говорили бы по-другому. В нашей жизни много моментов, когда результат твоего решения балансирует на грани "плохо-хорошо". Но у людей удачливых — а я себя к таковым отношу — чаще выпадает на "хорошо".

— Вот снова парадокс. "Санта-Барбару" вы прервали, а "Остаться в живых" — историю с подачей апелляции в УЕФА на двухматчевую дисквалификацию Ренана Брессана раскрутили по полной. Эпопея в Ньоне от подготовки к "Штурму" разве не отвлекала?

— И это тоже было решение на грани. Меня, кстати, многие отговаривали: мол, нет шансов. А я думал: ну почему нет? Наш бразилец, удаленный в матче с "Экранасом", выбежал после игры на поле, чтобы радоваться победе вместе с командой. Делегат УЕФА истолковал это в рапорте как нарушение. И вместо одного матча Ренана наказали двумя. Но нигде в регламентах прямых ссылок на такие проступки нет. Мы постарались припомнить прецеденты, когда подобное даже не замечали. Кстати, первую подсказку сделали болельщики в одной из гостевых: удаленный Луис Суарес вернулся на поле после четвертьфинала чемпионата мира против ганцев. Однако надо было отыскать примеры и из матчей под юрисдикцией УЕФА. Вспомнили: Абидаль после полуфинала лигочемпионского полуфинала с "Челси". И видео в подтверждение нашли! Линию защиты наши представители выстроили безукоризненно. И Брессан из Ньона полетел прямо в Грац: играть ему разрешили. Так что эту схватку затевать стоило. Потому что победа в ней подспудно укрепила в каждом из ребят веру в клуб. С нами считаются. Мы многое можем. В этом смысле уже не так важно было, как собственно выглядел на поле наш лидер, чуть выбитый этими передрягами из колеи. Вы видели, насколько уверенно, с каким запасом сыграла в Австрии вся команда?

— От российской публики, в очередной раз удивленной вашим европрорывом, простой вопрос: в чем феномен БАТЭ?

— Полагаю, нынешний наш успех озадачил российских болельщиков не так, как первый — в 2008-м. Кстати, сегодня часто встречаю суждения, мол, в нем нам сильно подсобили реформы Платини. Почему-то многие забывают, что их УЕФА провел годом позже. А мы прошли в ту Лигу на общих основаниях. В плей-офф играли против "Левски", потому что перед этим одолели "Андерлехт", сломали все котировки. Нынче, с учетом опыта и рейтингового багажа, жеребьевка — с "Линфилдом", "Экранасом" и "Штурмом" — была, на первый взгляд, несложной. Но, во-первых, места в сильнейших корзинах мы заслужили прежними результатами. А во-вторых, новизна была в том, что уже нельзя было ставить на кон все сразу, приходилось учитывать, что главные матчи в чемпионате и еврокубках у нас осенью. И вот в этом обычном, не пиковом, состоянии решать задачу было не так и просто. Но теперь смотрим: три ничьих, три победы — уверенный хороший результат. Вот скажите, в чем здесь феномен?

— Ну как же? В России ваша репутация складывалась в режиме накопления. 1:12 — таким был суммарный счет первых свиданий с "Локомотивом". Для "Крыльев" и "Рубина" былые выезды на берега Березины были комфортными познавательными турами. А потом — бах: этот четырехлетний сериал!

— Наблюдай я БАТЭ из России, не знай о многом, что нарабатывались здесь годами, рассуждал бы похоже. Если рассказывать, не подходя всерьез, то придется так или иначе обращаться к нескольким составляющим того, что вы решили выдать за феномен. Попробую перечислить: тренеры, игроки, деньги, преемственность, менеджмент.

— Нормальный набор. Мы никуда не спешим. С чего начнем? С тренеров?

— Вспоминаю, как эффектно был обставлен приезд в "Зенит" Спаллетти. Тогда все с живым интересом присматривались к его тренерским наработкам, построению игры. Так вот, для нашего тренерского штаба, там было не очень-то много нового.

— Ага, продолжайте.

— Просто к тому времени Гончаренко был с Лучано неплохо знаком. Думаю, Виктор во многом сформировался как тренер под влиянием взглядов Спаллетти.

— Побывал на стажировках?

— Нет. Просто наша команда регулярно пряталась от зимы и готовилась к декабрьским еврокубковым матчам под Римом. Там у Гончаренко и его помощников была возможность регулярно общаться со Спаллетти. Они познакомились, и, наверное, ребята Лучано понравились. Он был с ними необыкновенно приветлив и открыт. Скажем так, запустил их на свою кухню в "Роме". Это не было стажировкой в привычном понимании, когда группу мужиков везут за границу агенты или экскурсионные компании, они что-то смотрят, постояв за веревочкой, а после недели пребывания для проформы полчаса говорят с главным тренером. Это было совсем иное. Кстати, они по сей день поддерживают контакт. Есть еще Леонид Викторович Слуцкий. С ним наш Виктор Михалыч выходит на связь как минимум раз в неделю. И уже давно. Гончаренко молод. Не буду ставить его в ряд с теми, кого назвал. Но полагаю, что он сильнее многих тренеров из российской премьер-лиги. Сильнее — с точки зрения методических знаний, понимания игры. А теперь еще — и опыта международных матчей.

— Вы, кстати, говорили о тренерах клуба во множественном числе.

— Так они есть во множественном! Потому что наш штаб в принципе очень силен, чрезвычайно креативен и грамотен. Там толково, без дубляжа, распределены обязанности. И очень много внимания и времени уделяется анализу игры — нашей команды, возможных соперников. В этом плане мы продвинулись реально далеко. Плюс у нас молодая, восприимчивая к знаниям команда.

— Пункт два: игроки.

— Посмотрите, у белорусского футбола в последнее десятилетие серьезны успехи на уровне молодежных сборных. Путевка на Олимпиаду в Лондон чего стоит. И большинство футболистов, которые этот уровень задавали, прошли через БАТЭ. Команда никогда не была возрастной. И все же наши ребята уезжают сегодня в ту же Россию не сопливыми юнцами, а с качественным опытом еврокубков, выступлений за национальную команду, за "молодежку". Мы не богаты, но умеем находить и поддерживать в игроках мотивацию. И лишь когда видим, что найти ее сложно, случаются такие ситуации, как сейчас с Шитовым. Считаем, осуществили очень неплохой трансфер.

— Белорусские "молодежки" так долго держатся на виду, что, признаться, давно прошли разумные сроки, чтобы явить этот потенциал и на уровне взрослом.

— Многие носители этого потенциала пропадали, потому что при переходе с одного уровня на другой оказывались в руках тренеров-неумек. Другое большое зло — нечистоплотные дельцы, встречающиеся среди агентов. Как можем, стараемся уберечь игроков от таких контактов, готовы давать отпор.

— Получается?

— В нашей команде никогда не водилось никакой нелегальщины. За ней никогда не стоял криминал. В основу клубной идеологии положена нацеленность на спортивный успех, подтверждение репутации и профессиональной состоятельности. Деньги должны приходить за результатом. Недавно прочитал заявление владельца "Краснодара" Сергея Галицкого о том, что он оставит команду, если узнает, что та замешена в грязных делах. Мне не с руки равняться с этим человеком по финансовым возможностям. Но в 96-м году, когда взялся за создание клуба, публично сказал то же самое. Футбол интересен мне как игра. А наш проект — как средство достижения цели в честном споре. В этом интересе моя главная мотивация. И интересен мне каждый день.

— Встречал ваше утверждение, что бюджет БАТЭ был скромнее, чем у всех участников Лиги чемпионов и Лиги Европы, попадавших вместе с вами в групповые раунды. Если так, то ваш клуб — рекордсмен, так сказать, по удельной стоимости этих самых результатов.

— Мы не кичимся, что добиваемся их довольно дешево. Ничего радостного в том, что в стране нет возможности формировать большие бюджеты, потому что не развит рекламный рынок. Нет и олигархов, возлюбивших футбол. Выживаем на том, что есть. Исходя из этого, надо быть более профессиональными и цепкими в других областях.

— О каких деньгах речь?

— Средний бюджет клуба все эти четыре года был порядка шести миллионов евро. Это живые шесть миллионов, а не какие-то привязанные деньги с поправкой на разности курсов.

— В этом сезоне с учетом призовых бонусов может выйти и больше.

— Если увижу возможность иметь десять миллионов, то под них сформирую другие спортивные задачи и подходы к трансферной политике. Но значительную часть средств направлю на организацию клуба. С бюджетом что в шесть, что в десять миллионов мы ничего особенного не расскажем никому в той же России. Там есть заурядные команды с деньгами куда большими. Поэтому ставку в расходах сделаем на подготовку специалистов, на медицинское и методическое обеспечение, на тренерский инструментарий, который позволит улучшать результат. Это эффективнее. Правильные инвестиции должны быть долгосрочными.

— А как же пресловутый соблазн проедания?

— К этому нас часто стараются склонить. Бывают разные ситуации. Согласование контактов, их продление — процессы сложные. Но менеджер я жесткий. У нас есть стратегия развития клуба. И если определил в ней позицию человека, то отступать от этой линии не буду. Могу ошибаться. Меня может убедить в чем-то главный тренер. Но при этом в принципе исключен такой посыл, что надо заплатить футболисту больше, потому что его агент — тренеру друг.

— Победа в тяжбе с УЕФА за Брессана — громкий комплимент клубному менеджменту?

— Ну, здесь у нас пусть слегка вспаханная, но пока целина. Однако уже недалек час, когда клубные службы возглавят молодые люди со специальным образованием. Они получают его в зарубежных школах и магистратурах. И это ребята, для которых БАТЭ — не случайная встреча с местом работы. Здесь их дом.

— Ваш БАТЭ — белая ворона на лигочемпионском фронте не только в бюджетной части. Это проект, сделанный, за малым исключением, на национальных ресурсах. Лишь два легионера в сегодняшней основе — как здесь соотносятся принцип и неизбежность?

— Полагаю, во мне сильно развита национальная идея. Люблю родину. И жить на другой земле не смог бы. Очень хочу и стараюсь, чтобы жизнь белорусов была не хуже, чем в других государствах, сегодня более развитых и богатых. Мы очень талантливый и трудолюбивый народ, порядочный, если угодно, генетически. И мне в радость растить в первую очередь наших белорусских игроков. А легионеры... Если откровенно, то состоявшийся иностранный игрок к нам не поедет. Молодые — риск. Здесь большие сложности развития и адаптации. Поэтому на такие трансферы мы не идем. Того же Брессана брали из "Гомеля" уже сложившимся мастером. Марко Симича, который сегодня железный игрок основы, купили у небогатой сербской "Ягодины". Но у нас были консультации, несколько раз ездили на него смотреть. Это игрок не типичный для балканского чемпионата. У нас к центральным защитникам особые требования по контролю над мячом, игре на ограниченном пространстве. Мы искали не гренадера под метр девяносто и выше. И это была точная селекция, умелый трансфер. — Симич и особенно Брессан удивили еще тем, как замечательно вписались в команду ментально.

— Кстати, куда замечательнее нескольких побывавших у нас россиян. Они вроде бы и неплохо играли. Но российский футбол насквозь, донельзя пропитан деньгами. К нам приезжали люди из дублей российских клубов, абсолютно не раскрученные. На каком-то этапе мы даже сомневались в их квалификации. Потом подтягивали до уровня основного состава. И сразу выпячивалась зараза. Появлялись рядом российские агенты, они подбирались и к нашим парням, рассказывали, какие в тамошних клубах можно получать деньги. Именно это случилось в 2008 году, после Лиги чемпионов. Мы эти веяния обрезали сразу. И продолжаем лепить команду из наших талантливых белорусов. Ведь людей, которых хорошо понимаешь, легче мотивировать. На них проще влиять, если не можешь предложить больших денег. Создавать систему мотивации. Это огромная составляющая наших успехов — здоровый коллектив.

— А не в этом ли стерильном здоровье — причина того, что уходящие из клуба яркие игроки в большинстве перестают прогрессировать? Удавшиеся карьеры можно пересчитать по пальцам руки. Ну, Жевнов, Глеб... Кутузов — уже вопрос. Трудно выносить и вердикты касательно Кривца или Сивакова, проданного давеча из "Кальяри" в страшно знаменитый "Зулте-Варегем"...

— Миша просто рано от нас ушел. И только из-за того, что у него появились советчики из российского агентства. Считаю, если бы он продлил контракт с БАТЭ и поиграл еще год-два, сегодня капитан нашей олимпийской "молодежки" пригодился бы не середняку из Бельгии, а интересовал бы клубы серьезнее, как, к примеру, его ровесник Паша Нехайчик. Хотя здесь нет единых рецептов и типичных причин. Вот Максим Жавнерчик от нас с конфликтом уходил. Честно, думал, что ничего у него не получится. А Макс молодец. Стабильный игрок основы и лидер "Кубани". Здесь, повторюсь, многое зависит и от рук, в которые попадает молодой игрок. По-моему, к их выбору и последующему развитию в России тщательно подходят немногие, большие, тренеры. Слуцкий, Бердыев, например. Вот мы ни одного предложения не делаем сейчас наобум, долго отслеживаем и человеческие качества футболистов. У россиян такая щепетильность порой упраздняется богатством. А реального профессионализма во многих аспектах нет. И звездочки гаснут.

— Применительно к БАТЭ белорусская болельщицкая молва давно вывела формулу чемпионского постоянства: тренеры в Борисове приходят и уходят — смотри, кто остается, и в том ищи суть вещей. А остается Капский — в роли клубного головы...

— Уточним, главных тренеров у нас за пятнадцать лет было всего трое. При сильных различиях характеров и почерков у них есть очевидное сходство. Все разгоняли карьеры в нашем клубе. До БАТЭ серьезных этапов в них не было. Это я к тому, что в любом бизнесе обязательна стандартизация процесса. Важна прозрачность. Чтобы, приступая к работе, люди не видели перед собой закрытых дверей, за которыми новые тайны, которые им открывать в течение долгих лет, если удержаться в должности. Именно к традициям, устоявшимся подходам у нас почтение. Но при этом они не остаются незыблемыми.

Это большая проблема, когда ты считаешь себя умником, у которого дело организовано лучше всех. Иногда полезно признать, что ты дурак: как все просто, а я об этом не знал! Надо учиться. И в тоже время, если тебе что-то советуют, не принимать это сразу за истину, заниматься анализом. На фоне скромных денег, которые у нас есть, очень сильна организационная составляющая. В ней, а не в ком-то персонально, и есть та константа, которую вы беретесь искать. Она начинается с элементарного. Вот видишь в интернете фото — сбор за границей российского клуба премьер-лиги. И у кого-то на тренировке гетры, отличные цветом от всей команды. Вот не могу представить такое у нас!

— Размышляя о судьбах Юрия Пунтуса и Игоря Криушенко после расставаний с БАТЭ, приходишь к заключению: по-тренерски они притормозили. И здесь бью в ту же точку — не по причине ли привыкания к вашим прозрачности и комфорту?

— Считаю, Пунтус и после БАТЭ добился серьезных, по белорусским меркам, успехов. И с ним, и с Криушенко у меня сегодня великолепные отношения. Хотя с Игорем мы расставались не то чтобы хорошо. У меня есть видение их проблем. Но публично рассуждать об этом я не вправе.

— Успехи БАТЭ удивляют соседей еще и потому, что это клуб из страны с довольно одиозной репутацией в окружающем мире. Кажется, вы расцвели здесь вопреки всему. В этом смысле напрашивается аналогия с колхозом-миллионером советских времен. Таких было по одному в каждой области. С председателем со звездой героя — умницей и честнейшим мужиком в регалиях, полученных по заслугам. Но необходимым условием его процветания были пустоши и запустение за околицей, в хозяйствах вокруг.

— Намек, что передовикам все давали сверху, обирая других?

— Ну, там, наверное, по-разному получалось. Но два таких хозяйства рядом точно не уживались.

— И на этот вопрос не обижусь. Считаю, каждый руководитель, каждый менеджер должны хорошо делать свою работу. В колхозе, клубе, цехе или бригаде. Предлагать проект, решение и просить под них средства. Если доказал руководителю целесообразность затеи, истребовал ресурсы и довел ее до конца, он сильный управленец. И, кстати, его лишь во вторую очередь должно волновать, что там вокруг. Потому выше нужен другой системный руководитель, который должен создать необходимый баланс. Пустоши вокруг — это значит, что проблемы сбалансированности были на уровне района и области. Вот и все. Каждый день слышу, что БАТЭ собирает лучших белорусских футболистов, а за счет этого другие что-то теряют и не могут конкурировать. Так ведь никто из футболистов, которые к нам переходили, не был сложившейся звездой. Никто! Никто не играл до этого на высоком международном уровне. У них был только потенциал. Кстати, были в белорусском чемпионате футболисты, которых мы хотели приобрести, но нам их или не продали, или они пошли по пути низших лиг России. Ничего не достигли и, наверное, к сожалению, не достигнут. Мы никого не воруем. Мы за этих игроков платим очень хорошие для нашей станы деньги, инвестируем их в белорусский футбол. Другой вопрос, как с ними обращаются. А изначально никто нам никаких денег не давал. Мы же начинали в 96-м году с командой третьего дивизиона.

— На чьи, простите, кровные?

— Я занимался частным бизнесом. И клуб практически на сто процентов содержался на деньги, которые зарабатывались в стороне от футбола. Просто я всегда его любил. И коли уж меня в него втянули, а правильнее — мне посчастливилось ввязаться, то хотел вести дело максимально эффективно. Два понятия, которыми надо руководствоваться во всем: эффективность и результативность. А по поводу колхоза-миллионера не соглашусь. Точно знаю, что никто никому не мешает в Беларуси пойти нашим путем.

— А, кстати, такая уж пустошь вокруг?

— Согласен, что в нашем футболе мало звездных игроков. Самые одаренные, как правило, уезжают отсюда еще молодыми. Однако пустоши как таковой все же нет. Во-первых, каждый живет так, как он того заслуживает. Во-вторых, мы обладаем потенциалом, достаточным, чтобы становиться лучше во всех областях. Надо быть требовательнее к себе, потом к окружающим. Работай каждый из нас эффективнее и результативнее — мы жили бы гораздо лучше. А рассуждать о том, как плохо кто-то нами руководит, — это лузерство. Оно убивает.

— Прошлый ваш выход в Лигу чемпионов был рубежом абсолютного счастья и облегченного выдоха. Мол, мы это сделали, а дальше пойдем — как получится: легко, без напряжения и давления извне. Получилось в принципе красиво. А теперь как — снова выдох. Или это штурмовой лагерь перед рывком выше?

— Теперь могу признаться, что ту Лигу чемпионов для развития клуба мы использовали неэффективно. На той волне надо было по-другому работать в плане привлечения средств, партнерских отношений и тому подобного. Были и внешние факторы, которые сказались. Тогда, в конце 2008-го, как раз начал гулять экономический кризис. А мы были молоды и на эйфории. Шли к потенциальным партнерам с посылом: такие вот мы молодцы, давайте вы будете нам помогать. Заполучить дополнительных спонсоров по такой упрощенной схеме было трудно.

Сегодня идея другая. Мне хочется публично позиционировать наш клуб как бизнес и таким образом привлечь инвесторов. Не кажу, что мы богаты. Но заработали семь миллионов евро призовых, продали Шитова. Может быть, еще кого-то продадим. Получается неплохая сумма в балансовой оценке. Ясно, что-то может и не получиться. Футбол — бизнес специфический и в него не станут вкладывать деньги активно ради приобретения акций. Но попробовать необходимо. Есть и другие наработки. Речь не просто о рекламе. Теперь мы будем предлагать проекты. Постараемся преподнести потребителю наши контакты как его выгоды.

— Это как-то завязано с производством, с заводом БАТЭ, где вы теперь гендиректорствуете?

— Нет, совершенно. Считаю футбольный клуб самодостаточным игроком на бизнес-поле. Доступ к партнерству должен быть абсолютно прозрачным и равнодоступным для всех.

— Пофантазируем еще. Возможен ли в БАТЭ отход от традиций преемственности на тренерском посту?

— Невозможен. Допускаю, что Гончаренко скоро получит хорошее предложение. Наши с Виктором отношения неправильны с позиций современных бизнес-моделей. Они, к счастью, выше контрактных. Смело называю его своим учеником. В 97-м он пришел в команду, заиграл в высшей лиге. Здесь рано получил травму, начал тренировать детей. И здесь по ступенькам дошел до главного тренера. Если его позовут туда, где к нему будут располагающие отношения хозяев и торсиды, а он согласится с предложенными условиями и задачами, посоветую ему ехать и даже к этому подтолкну. Расти надо всегда. Если ты многое умеешь на освоенном уровне, то должны появляться и другие устремления. Не в смысле зарплаты, а с точки зрения результата и новых горизонтов.

Престижное приглашение Гончаренко будет оценкой и нашего труда. Но это не должна быть команда, где у руководителей семь пятниц на неделе, где не выстроен менеджмент. Потому что у нас Виктор привык работать в понятной и прозрачной системе. А еще не думаю, что с его уровнем и знаниями надо ехать спасать кого-то от вылета из премьер-лиги. Просто мы знаем этот уровень. Он высок. А заменить Гончаренко будет кем. И преемником точно станет выходец из нашей системы, который работает в клубном штабе и знает, с чего продолжить. Мы думаем об этом постоянно.

Оцени статью

1 2 3 4 5

Средний балл 0(0)