gazetaby.com

Камни в ОМОН, перевернутые авто и аплодисменты — как менялись акции протеста за 20 лет

24.03.2014 Павел Дмитриев

Украинский Майдан смел неугодного президента. Белорусские власти занервничали. И хоть эксперты в один голос твердят, что повторение украинских событий в нашей стране невозможно, Александру Лукашенко есть отчего напрягаться.

Сегодня, когда за одни только аплодисменты на улице можно угодить под милицейскую дубинку, кадры с акций протеста конца 90-х кажутся чем-то из области фантастики. Перевернутые милицейские машины, летящие в сторону ОМОНа камни — все это больше похоже на сюжеты с Майдана или постановочные трюки очередного «Авеля». А между тем это отнюдь не выдуманные события не очень и далекой белорусской реальности.

«Салідарнасць» проследила, как менялись акции протеста последние 20 лет.

1994 год

Надо сказать, изначально народ Александру Григорьевичу достался неспокойный и о своем праве на мирный протест не забывал. Вот так выглядели многотысячные шествие к Верховному Совету и митинги, организованные БНФ и независимыми профсоюзами 15-22 февраля 1994 года.

Среди лидеров — Игорь Герменчук, Геннадий Карпенко, Сергей Наумчик, Зенон Позьняк и др.

Фото с сайта vytoki.net

Через полгода на волне демократических перемен к власти пришел Александр Лукашенко…

1995 год

Сегодня такого не увидишь по белорусскому телевидению. Лидеры оппозиции в парламенте (!) протестуют (!!) против очередного незаконного решения президента (!!!) — объявления референдума о смене символики и государственности русского языка.

Именно тогда Лукашенко впервые опробует свои силы. Вернее, силы своих верных военачальников.

С этого момента протест на площади обретает четкий образ в лице конкретной личности.

1996 год

Акции протеста одна за другой содрогнули белорусскую столицу. Кровавые стычки с милицией, перевернутые машины, камни и дубинки как орудие защиты и нападения (!) на ОМОН… Оппозиция собирает под свои знамена десятки тысяч людей, которые отнюдь не молча отстаивают свою свободу.

Именно тогда появился термин «Минская весна» — череда акций белорусской оппозиции с марта по июнь 1996 года.

24 марта, День Воли. Участвуют от 20 до 30 тысяч человек. Люди скандируют: «Жыве Беларусь!», «Долой Лукаша» и собирают деньги «на билет Лукашенко в Москву». Оппозиция пытается добиться телевизионного эфира возле здания Телерадиокомпании. Власти применяют силу. Демонстранты активно отбиваются.

2 апреля по всей стране проходят акции протеста против подписания в Москве Ельциным и Лукашенко Договора о создании союза России и Беларуси. В шествии участвует до 30 тысяч человек.

26 апреля «Чарнобыльскі шлях-96». Стал самой крупной протестной акцией в новейшей истории Беларуси, собрав более 50 тысяч человек. Начало акции отмечено сожжением российского флага. Власти бросают на подавление протеста ОМОН, спецназ и армейские подразделения. Жесткие стычки с правоохранителями. Около 100 человек пострадали, есть раненые. После митинга возле Дворца спорта начались аресты.

22 июня, День начала Великой Отечественной войны. Массовое шествие оппозиции, возложение цветов и митинг. По оценкам милиции, участвовало около 15 тыс. человек. Официальный митинг, запланированный в парке Горького, не состоялся.

1997 год

Митинг и шествие 23 марта ко Дню воли тоже ознаменовался жестокими стычками манифестантов с милицией. Антипрезидентские лозунги, разбитые окна милицейских автобусов и служебных машин, камни в бойцов спецназа.

Российские СМИ, правда, по-своему пересказывали события тех дней. Но и на этих кадрах видно, что белорусы отстаивали свои права отнюдь не молча.

1998 год

«Чернобыльский шлях 98» собрал под свои знамена около 15 тысяч человек. Обошлось без эксцессов. Проход по центральной площади получился красочным и бодрым.


Чернобыльский шлях

1999 год

Десятки тысяч людей собралось на Марш Свободы 17 октября 1999 года. Это была одна из самых продолжительных демонстраций в белорусской истории: она длилась около пяти часов. Полное отсутствие страха, демонстранты отбивают своих у омоновцев и в ответ захватывают (!) в «плен» стражей правопорядка, в бойцов спецназа летят куски тротуарной плитки…

Вот как описывает события тех дней «Наша нiва»: «Людей остановил только тройной кордон ОМОНа у моста через Свислочь на Первомайской. Организаторы решили повернуть демонстрантов назад, чтобы не допустить кровопролития, но не тут-то было! Пожилые люди и женщины остались наблюдать за развязкой «Марша» на спуске. После 15-минутных переговоров с омоновцами Николай Статкевич призвал демонстрантов вернуться на площадь Якуба Коласа. Демонстранты потянулись обратно. Но тут милиционеры атаковали сзади, схватив пару человек и избивая их дубинками. В ответ манифестанты бросились освобождать захваченных: рядом с мостом велось благоустройство набережной и куски тротуарной плитки полетели в омоновцев, гулко стуча о металлические щиты. ОМОН закрылся щитами и время от времени предпринимал вылазки. Особенно не повезло тем из милиционеров, которые в верноподданческом запале оторвались от своих и, преследуя манифестантов, попали к ним... в плен: пара — у входа в парк Горького, пять — на Пулихова. Демонстранты, отбивая атаки, пытались разогнать в сторону шеренг ОМОНа трамвай, но тот не поддался. В ответ милиционеры бросили в сторону демонстрантов шашки со слезоточивым газом, но северный ветер унес дым в сторону самих омоновцев. После 15-минутного противостояния власти бросили на демонстрантов спецназ».

Тогда в результате столкновений около десятка милиционеров и несколько десятков демонстрантов пострадали, причем, как минимум 7 человек попали в «скорую помощь» в тяжелом состоянии. Задержано не менее 80 человек. Спецслужбы высадили дверь квартиры Статкевича и арестовали его.

Именно в 1999 году в Беларуси началась череда внезапных политических исчезновений.

2000 год

Ко Дню Воли 25 марта власти подготовились основательно. С самого утра в город были стянуты большие силы милиции и Внутренних войск. Милиция перекрыли все подходы к площади, на которой должен был проходить митинг. Впервые за всю историю белорусской уличной войны бронетехнику не прятали стыдливо по задворкам проспекта, а выставили на всеобщее обозрение и устрашение. Людей, которые пытались пройти на площадь, сразу арестовывали.

Никогда еще до этого в ходе одной акции не арестовывали более 100 человек в один день. Никогда еще до этого не хватали с таким остервенением журналистов, не разбивали видеокамеры.

Стало впервые понятно: для сохранения власти Лукашенко готов на все.

2001 год

9 сентября состоялись президентские выборы. Парадоксально, но в этот день, когда политический накал, казалось бы, должен достигать своего апогея, на площадь вышли всего около 5 тысяч человек. Это была самая малочисленная «президентская» площадь за всю историю (и это притом, что оппонент Лукашенко Владимир Гончарик набрал наибольшее (по данным ЦИК) количество голосов – почти 16%). Постояв несколько часов под дождем, площадь стала расходиться. К 23.00 там осталось не более 2000 человек. Милиция в ход акции не вмешивалась. Назватра на площади было еще менее многолюдно – 1000-1500 человек.

Все другие акции этого года также оказались немногочисленными и вполне себе мирными. А вот реакция правоохранительных органов несоизмеримо жестокой. Таким запомнился День Воли 2001-го.

2002-2005 года

Акции этих годов проходят вяло и безлюдно. Народу уменьшается раз от раза. О цифрах в 10 тысяч участников уже никто и не мечтает. 5-тысячая акция считается сверхуспешной. Таких единицы.

Пожалуй, «в тонусе» только стражи правопорядка. Лидеры оппозиции возмущены незаконными задержаниями, народ безмолвствует.

2006 год

И снова президентские выборы. Несмотря на большое количество собравшихся на площади (по разным оценкам — до 30 тысяч), кандидаты Александр Козулин и Александр Милинкевич не придумали ничего лучшего, как через несколько часов после начала акции протеста объявить о ее завершении и призвать народ собраться на площади назавтра. Кульминацией «противостояния» стало возложение цветов у Вечного огня. Площадь разошлась, никто задержан не был.

На следующий день возле Дворца республики появился палаточный городок. А через несколько дней, в ночь на 24 марта, на площадь пригнали автозаки, загрузили в них участников акции протеста и развезли по изоляторам. Всего, по данным из различных источников, было задержано от 400 до 500 человек.

А потом был так называемый «штурм Окрестина», который в День Воли 25 марта возглавил экс-кандидат Александр Козулин. В отличие от «мирных акций» 90-х «штурмовать» спецучреждение «экстремисты» во главе с Козулиным шли с цветами и шариками.

2007 год

Акции 2007 года редко собирали более 5 тысяч человек. Демонстранты мирно вышагивали то к Национальной библиотеке в День воли, пытаясь попасть на концерт, проводимый официальными властями, то с флажками и шариками прокладывали свой «Шлях» на Бангалор.

2008 год

И снова День воли. Самое страшное оружие — видеокамеры, самый радикальный шаг митингующих — попытка прорвать цепь спецназа. Ответ милицейский дубинок не заставил себя ждать. Привычным движением ног людей затолкали в автозаки и отвезли в известном направлении.

2009 год

По разным оценкам, на День воли приняло участие от 2 до 3 тысяч человек. Финал мероприятия запомнился разве что костром на площадке возле Академии наук из портретов Александра Лукашенко. Впрочем, на следующий день организаторы заявили, что осуждают действия тех, кто это устроил.

Ну а традиционный «Чернобыльский шлях» стал самой малочисленной акцией за все годы ее проведения. В теплый весенний день 26 апреля собралось всего несколько сот человек.

2010 год

Весенние митинги прошли тихо-мирно и не очень-то массово. Ничто не предвещало потрясений. А развернувшаяся в стране президентская кампания поражала своим либерализмом. Но…

То, что случилось на Октябрьской площади 19 декабря, помнят, наверное, многие. Разбитые двери Дома правительства, ледорубы и бутылки с зажигательной смесью, о которых говорили официальные СМИ, честно говоря, слабо вязались с тем, что демонстрировала оппозиция на протяжении последних десяти лет.

Примечательно, что во время задержаний остальные «экстремисты» не оказали никакого, даже самого вяленького, сопротивления.

В ходе акции протеста в Минске было задержано и осуждено к административным арестам около 700 участников акции, семь из девяти кандидатов оказались за решеткой.

2011 год

Эволюция протестов в Беларуси достигла своей кульминации в 2011 году. Тогда наиболее «радикальной» формой борьбы против режима стали аплодисменты простых граждан на улицах городов Беларуси. Скоро белорусам дали понять, что и молчаливые акции наказуемы.

В этом же году мы узнали и о том, что «глохнуть» в центре проспекта и подавать автомобильные гудки тоже не стоит.

Что же касается традиционных акций оппозиции, то организаторам «Чернобыльского шляха» удалось собрать в тот год чуть более 600 человек, а само шествие впервые в истории не состоялось.

2012 год

Если прошлогодня акция «СТОПбензин» имела хоть какой-то видимый результат в виде временного снижения цен на топливо и вполне осязаемое воплощение, то последующие мероприятия были убиты практически в зародыше.

Традиционные весенние акции оппозиции стройными немалочисленными (не более 4 тысяч человек) рядами мирно прошествовали на Бангалор.

2013 год

Минувший год тоже не был урожайным на акции и новые лица. День Воли собрал около 2 тысяч человек, «Чернобыльский шлях» и того меньше. Оппозиция высказала свое категорическое «нет», власти попугали парой-тройкой задержаний.

Пожалуй, самым смелым вызовом властям стала майка активиста Юрия Рубцова с надписью «Лукашенко уходи», за отказ снять которую он был приговорен к трем суткам ареста.

Вот так потихоньку от «мирных акций» конца 90-х с камнями и перевернутыми машинами белорусский протест эволюционировал до «экстремистских» молчаливых флешмобов и крамольных нарядов.

Близится очередной День Воли. Каким он будет предсказать несложно. Однако не стоит также забывать, что историческую память народа не выбить никакими дубинками. Она остается на генетическом уровне и рано или поздно обязательно даст о себе знать.

При частичном или полном использовании материалов сайта гиперссылка на сайт газеты "Салiдарнасць" обязательна.
© "Салiдарнасць", 2006   |   gasetaby@gmail.com