.

14.01.2018
Юрий Сафронов, Новая газета
Катрин Денёв, «сдай скота»

Почему письмо ста французских женщин вызвало возмущение амплитудой 9 баллов по шкале Вайнштейна.

«Катрин Денёв линчевали в интернете» — написала газета «Фигаро» и, в общем, не сильно преувеличила. Французские комментаторы —  феминистки, журналисты, философы, преподаватели плюс госсекретарь по вопросам равенства между мужчинами и женщинами —  обрушили потоки гнева на подписанток открытого письма, опубликованного под заголовком «Мы защищаем свободу приставаний, неотъемлемую часть сексуальной свободы».

Заметка появилась 9 января в газете «Монд», под ней подписались более ста женщин, но среди них только Катрин Денев известна всему миру. Благодаря ей письмо и получило резонанс.

Почему появилось «письмо Денёв»

Выступление в защиту мужского «права на приставания» к женщинам —  это ответ на тонны статей, открытых писем и телесюжетов, которые свалились на головы французов за три последних месяца, с тех пор как бушует «дело Вайнштейна».

Нельзя сказать, что раньше во Франции не обсуждали необходимость усиления борьбы с разными формами сексуального насилия; обсуждали и даже действовали: зимой 2015-го приняли Национальный план по борьбе с домогательствами в школе, летом 2015-го —  Национальный план по борьбе с домогательствами в транспорте, летом 2017-го парламент проголосовал за установление запрета на избрание для людей, осужденных за половые преступления… Есть и законы, принятые в 2010-2014 гг, и предусматривающие серьезные наказания за сексуальные домогательства. 

Но голливудская история Вайнштейна обозначила новый этап борьбы за права женщин —  и во всем западном мире в целом, и во Франции, в частности.

Сразу же после начала скандала, в октябре, французская журналистка Сандра Мюллер призвала соотечественниц рассказывать о домогательствах, которым они подверглись —  рассказывать, используя хештег #BalanceTonPorc («Сдай скота» или «Сдай свинью»).

В первые дни пароль стал самым популярным во французском «секторе» интернета. Потом в СМИ стали появляться расследования, рассказывающие о систематических нарушениях во многих отраслях народного хозяйствования: извращенцы засели во французском кинематографе и в журналистике, в молодежных отделениях Компартии и Соцпартии, в больницах и в лицеях, ну, и, конечно, в общественном транспорте.

К слову, в Париже действует специальная бригада Службы безопасности на транспорте, которая ловит сексуальных извращенцев: в 2016-м году в результате работы бригады 32 человека получили тюремные сроки.

Одна только газета «Монд» после начала «дела Вайнштейна», с октября 2017-го опубликовала 300 статей на тему сексуальных домогательств. Для сравнения: за предыдущие полтора года та же газета посвятила этому сюжету 4 материала.

И если «Монд», как и всегда, демонстрирует пример взвешенного подхода к освещению темы, то в социальных сетях о принципах разумности и соразмерности мало кто думает. Некоторые феминистки выражают сожаление тем фактом, что ретроградное французское общество не выбрасывает «скотов», обвиненных в сексуальных домогательствах, на «обочину жизни» с той же легкостью, что и американское.

«Письмо Денёв» —  попытка высказаться против неуравновешенной кампании по борьбе со «скотами». Кампании, которая, как минимум, лишает мужчину права на презумпцию невиновности. Но попытка оказалась неудачной.

Берлускони вам в помощь

«После дела Вайнштейна произошло осознание (масштабов проблемы) сексуального насилия над женщинами —  в частности, в профессиональной сфере —  и это осознание было необходимо», —  соглашаются авторы письма.

Но высказываются «против вмешательства самопровозглашенных прокуроров в частную жизнь», против «полицейского феминизма» и «горячечного желания отправить скотов на бойню» —  всех без разбора.

Они также против изображения женщины в роли беззащитного ребенка, находящегося «под властью демонов-фалократов»; против уничтожения «сексуальной свободы» под давлением ретроградов, которые руководствуются ценностями «викторианской морали».

Подписантки также дают мужчинам право на «настойчивое приставание» —  в том числе, разрешают «погладить коленку, сорвать поцелуй, поговорить об «интимных» вещах во время делового ужина»… И вот с этим согласиться намного труднее.

А когда читаешь заявление о том, что «женщина может не чувствовать себя травмированной, когда в метро к ней прислоняется» извращенец, «даже если это и считается правонарушением» — возникают вопросы насчет адекватности авторов.

Посыл заявления о том, что «инциденты, которые могут затронуть тело женщины», «какими бы страшными эти инциденты ни были» «не обязательно задевают ее честь» —  понятен: «внутреннюю свободу нельзя подвергнуть насилию». Но проблема в том, что такое заявление уместно в ходе беседы психолога с женщиной, пережившей изнасилование, но не в контексте открытого письма в защиту «свободы приставаний».

В общем, авторы письма —  психоаналитик и писательница Сара Шиш, писательница Катрин Милле, актриса и писательница Катрин Роб-Грийе, журналистка и переводчица Пегги Састр, журналистка и писательница Абнусс Шалмани —  не справились с задачей по формированию альтернативного взвешенного мнения.

Передовица получилась неубедительной: 13 января это косвенно признала и редакция газеты «Монд», предположившая, что, вероятно, следовало перед публикацией попросить авторов «четче прояснить позицию».

Ситуацию усугубило и выступление одной из подписанток письма  —  порнозвезды 70-х Брижит Ляэ, которую позвали на телевизионную дуэль с профессиональной феминисткой Каролин де Аас.

В пылу полемики из уст добрейшей госпожи Ляэ вырвалась фраза «Можно испытать оргазм во время изнасилования, довожу до вашего сведения».

В тот же день французские СМИ отыскали декабрьское радиовыступление писательницы Катрин Милле. «Это моя большая проблема: я очень сожалею, что не была изнасилована», —  заявила писательница. В той же программе она рассказала, что ей не раз доводилось заниматься сексом против желания —  например, «чтобы не обидеть» очередного настойчивого господина.

Конечно, все вышесказанное — дело личных ощущений госпожи Милле (как и госпожи Ляэ), но их все-таки обвинили в «пропаганде и банализации насилия».

В довершение французские СМИ процитировали Сильвио Берлускони, который на телеканале RAI 1 выступил в поддержку авторов письма «о свободе домогательств». «Берлускони поддержал Денев», —  представительницы французского «полицейского феминизма» (если такие существуют) могли радоваться на законных основаниях.

Поиски третьего пути

«Риск домогательства —  насилие, риск ухаживания —  любовь», —  говорит Ольга Прокопьева, дизайнер, координатор правозащитной ассоциации «Russie-Libertés». И приглашает авторов письма «прогуляться, например, в парижский пригород Бонди», где организация SOS Femmes оказывает поддержку женщинам, пережившим насилие: «Прогуляться, чтобы получше узнать об опасности, подстерегающей общество, где будут оправдывать домогательства».

«Я понимаю их опасения», —  частично оправдывает авторов «письма Денёв» переводчица Эмма Лавинь: «Они видят, как политкорректность заменяет закон, а всем, кто высказывается против —  затыкают рот... И я согласна с призывом не изображать женщин исключительно в роли жертв. И не путать чересчур настойчивое ухаживание с сексуальной агрессией. Но зачем же называть «ничтожными» серьезные правонарушения —  например, когда женщину «лапают» против ее воли?»

Актриса и театральный режиссер Анна Тен, которая живет во Франции десять лет, перечисляет десяток случаев «настойчивого ухаживания», произошедших с ней в Париже и пригородах: к ней прижимались в метро, преследовали ночью на пустынной улице; пристраивались сзади на эскалаторе; начинали «знакомство» с вопроса «ты сосешь?» и заканчивали призывом «заткнись, грязная шлюха!» и т.д.

Эмма Лавинь в юности пережила два случая сексуальных домогательств. «В парижском колледже в нашей группе из 6 подружек сексуальному насилию в той или иной форме подверглись четверо», —  говорит Эмма.

«Я не знаю ни одной женщины, которая бы хоть раз не сталкивалась хоть с чем-нибудь подобным», —  утверждает Анна Тен, которая минувшей осенью поставила в маленьком парижском театре спектакль «И я подумала о бунте», основанный на документальных свидетельствах женщин.

Несколько похожих случаев (произошедших с ней в разных городах Франции) перечисляет и Олеся Титаренко, журналистка радио RFI.

И Анна, и Олеся подчеркивают, что особенно настойчивыми французские «охотники» были, когда понимали, что перед ними —  неопытная иностранка, которая плохо «ориентируется на местности». И которая вряд ли куда-то пожалуется. Так же как и подросток. Так же, как и… В общем, у большинства женщин найдется причина, по которой они не захотят или не смогут рассказать о том, что с ними произошло —  эта истина доказана соцопросами и полицейской статистикой.

Амандин Матрикон-Шарло, возглавляющая Службу безопасности на транспорте (SRT) парижского региона, говорит о том, что даже когда им удается поймать извращенца с «поличным», 3 из 4 женщин отказываются писать заявления. А без заявления нельзя открыть дело.

Именно поэтому министр юстиции Франции Николь Беллубе заявила —  через два дня после начала акции «Сдай скота» —   что «чрезвычайно впечатлена» волной интернет-разоблачений, но все-таки настойчиво призывает женщин «идти и подавать жалобы» в полицию.

Подавать жалобы, а не устраивать «охоту на ведьм» —  против которой и выступили авторы «письма Денёв». Письма, вызвавшего во французском «секторе» Интернета новое землетрясение —  магнитудой 9 баллов по шкале Вайнштейна.

Но когда-нибудь эмоции схлынут, и наступит время для более взвешенного обсуждения вопроса. «Нужно дедраматизировать сексуальность: и снять ее с пьедестала, и достать ее из грязи. Нужно научиться говорить и о самых темных и жестоких ее сторонах, и о самых счастливых и позитивных, —  считает Эмма Лавинь. —  А пока мы живем в гиперсексуализированном обществе, в котором в реальной и повседневной жизни сексуальность остается постыдной».

А острые разговоры на запретную тему приобретают характер войны.

По одну сторону фронта —  сторонники исконного распределения ролей: мужчина —  завоеватель, женщина —  трепетная лань. По другую —  те, кто кричат «Сдай скота».

P.S.

Насилие чаще всего совершается против тех, кого считают более слабыми. 25 ноября, в Международный день борьбы за ликвидацию насилия в отношении женщин, Эмманюэль Макрон объявил «основополагающей задачей» своей президентской пятилетки установление полного социального равенства между мужчинами и женщинами. А по пути к достижению равенства «будут усилены репрессивные меры» за грубое нарушение границ другого человека: например, в законодательстве появится статья за «оскорбление сексистского характера».

Улица «не должна быть для женщин ежедневным адом», —  пояснил Макрон. 

 
Оцени статью:
1
2
3
4
5
Средний балл - 2.3 (оценок:30)