.

Спецпроект:
17.02.2017
«Белорусы в смятении от выросшего курса рубля. Но дуют ветры перемен»

Экономист Ярослав Романчук на своей странице в Фейсбук по пунктам объясняет, почему вырос курс рубля и по каким причинам в ближайшее время стоит ждать его падение.

«Белорусы в смятении. На этот раз не от красноречия А. Лукашенко или инициатив Кремля, не от пустословия правительства или приколов Дональда Трампа. Курс BYN-рубля стал главным ньюзмейкером первых 47 дней 2017 года.

На 1 января 2016г. курсы основных валют были следующими:

$ 1 = BYN1,8569, € 1 = 2,0300 и RUB100 = BYN2,5533

На 1 января 2017г. курсы основных валют были вот такими:

$ 1 = BYN1,9585, € 1 = 2,0450 и RUB100 = BYN3,2440

На 17 февраля 2017г. вот какими были курсы:

$ 1 = BYN1,8675, € 1 = 1,9788 и RUB100 = BYN3,2659

Вот какая у нас получается арифметика.

За 2016 г. BYN-рубль девальвировался по отношению к USD на 5,5%, по отношению к евро – на 0,7%, к RUB-рублю – на 27,1%

За период 1 января 2017г. – 17 февраля 2017г. динамика курсов выглядит следующим образом:

BYN-рубль по отношению к $-USD подорожал на 4,6%, к евро прибавил 3,2%, к RUB-рублю девальвировался на 0,7%.

Если взять период с 1 января 2016г. по 17 февраля 2017г., до динамика BYN-рубля выглядит следующим образом:

BYN-рубль по отношению к $-USD девальвировался на 0,6%, к евро подорожал на 2,5%, к RUB-рублю девальвировался на 27,9%.

Стабильность по отношению к USD и евро с лихвой перекрыла девальвация по отношению к RUB-рублю.

Для тех, кто привык к планомерному удешевлению BYN-рубля, такая динамика кажется чуть ли шаманством или денежным трюкачеством. Такое восприятие наши деньги и смотрящие за ними сами заработали. Ещё свежи тяжёлые раны разорительных девальваций. Пустые карманы помнят свист леденящей гиперинфляции, быстро уносящей покупательную способность «зайцев». Отсюда недоверие.

Но после скандальной девальвации конца 2014-го года, когда Нацбанк вынужден был принять меры экстренного реагирования, главе НБ РБ Павлу Каллауру и его команде позволили делать то, чего до него не делала ни Н. Ермакова, ни П. Прокопович. Позволили потому, что А. Лукашенко как-то близко к сердцу принял мысль, что инфляция – это плохо, что печатать пустые деньги – это разорительно. Едва ли он осознал величие научного вклада Л. фон Мизеса или хотя бы Милтона Фридмана, но согласие на то, чтобы Нацбанк ввёл новые BYN-рубли он дал, как и защитил П. Каллаура от давления традиционных просящих дешёвые кредиты за счёт всех держателей рублей и других заёмщиков.

По сути дела, мы можем говорить только об одном полном годе относительной денежной нормальности. Хрупкой и легко обратимой вспять, потому что силы, которые выступают против стабильных цен и устойчивого BYN-рубля предостаточно. Тем более что проблем у них за 2016 год заметно прибавилось.

Сначала о факторах, которые обеспечили относительную курсовую стабильность в период с начала 2016г. по сегодняшний день.

Первое: денег стали печатать реально меньше.

Второе: дешёвых кредитов в абсолютном выражении выдали реально меньше, хотя их доля в общем объёме кредитования остаётся очень высокой (43,6% по итогам 2016г.).

Третье: деньги населения на BYN-рублёвых и валютных депозитах связали успешно.

Четвёртое. Нацбанк сохранил много инструментов ручного управления и активно ими пользовался.

Пятое. Реальные доходы населения упали, что заметно притормозило спрос людей на валюту. Более того, поддержание привычного уровня потребления, покупка недвижимости, услуг университетов и просто трата валюты «на жизнь» сыграли на руку политике Нацбанка.

Шестое. Властям удалось привлечь внешних кредитов на сумму $ 1934,9 млн., а также занять на внутреннем рынке $ 1642,5 млн., т. е. почти $ 3,6 млрд. К тому же, успешными были переговоры по реструктуризации долгов.

Седьмое. Властям помогли причитающиеся Беларуси нефтяные пошлины, а также платежи за транзит российской нефти и газа по территории Беларуси.

Восьмое. Правительство только в 2016 г. не заплатило за газ ~$ 550 млн., что также снизило давление на валютный рынок страны.

Девятое. Процесс детоксикации плохих активов в банках и в реальном секторе только начался, медленно и неуверенно. Основные лоббисты – сторонники политики Петра Прокоповича (эмиссия всем «точкам роста» и чёрт с ней, с инфляцией и девальвацией) пребывали в явном замешательстве и растерянности. Они думали, что вот-вот А. Лукашенко вернётся к своим старым монетарным привычкам, а тот взял паузу. Так у Нацбанка появилось окно возможности.

Десятое. Не было внешних шоков. Центральный банк России не начинал валютную войну. Американская ФРС обошлась без количественного смягчения. Европейский центральный банк вбрасывал свежие «фантики» в экономику зоны евро, что и привело к заметному удешевлению евро. Но все эти события явно не дотягивали по интенсивности и продолжительности до экстренных мер образца 2008-2009 гг.

Совокупность всех этих факторов объясняет курсовую динамику в Беларуси в 2016 —начале 2017 года. Невозможно взвесить каждый из этих факторов и сказать, какой вклад был каждого из них. Полагаю, что это уникальное стечение обстоятельств близко к завершению. Назовём те факторы, которые грозят развернуть тренд BYN-рубля, направив его на путь девальвации.

Первое. Большие валютные обязательства (государственные и коммерческие) при небольших ЗВР-ах и неблагополучной ситуации к экспортом.

Второе. Напряжение в отношениях с Россией грозит не только потерями по нефти и газу, продуктам питания, машинам и транспортным средствам, но также от недополучения запланированных в бюджете Беларуси кредитов от ЕФСР. Не исключено также снижение активности российских банков в Беларуси, которые могут стать частью гибридного ответа Кремля на позицию А. Лукашенко.

Третье. Объём токсичных активов, неплатежей и долгов достиг опасного уровня: по госдолгу превысил 50% ВВП, по валовому долгу ~90% ВВП. Обслуживать эти долги при быстро растущей экономике – это одно, а вот в рецессии и стагнации – это совсем другое дело.

Четвёртое. Население не может выступить чистым продавцом валюты в объёме почти млрд., как это было в 2016г.

Пятое. Резко консолидировалось и укрепилось лобби против политики Нацбанка. Не факт, что А. Лукашенко не согласится на «умеренную эмиссию», как того просит герой Беларуси П. Прокопович. Особенно с учётом того, что он до сих пор не принимает банкротство как объективный рыночный процесс очищения экономики от ивнестиционных, производственных и управленческих ошибок.

Шестое. Призрачны надежды на привлечение в страну иностранных инвесторов, что при критическом состоянии частного бизнеса, его уголовном и административном преследовании может вылиться в отток капитала и снижение деловой активности.

Седьмое. У многих особо рьяных распорядителей чужого уж очень будут чесаться руки отчитаться (хотя бы на квартал) о зарплате в 0 в конце 2017г. Это может привести к искажениям в денежно-кредитной политике.

Восьмое. У правительства России резко усилился зуд девальвации RUB-рубля, да и Д. Трамп является фактором полной неопределённости и непредсказуемости для форексного и фондового рынков мира.

2017 год не будет таким же ровным и относительно безопасным для BYN, как первые полгода после рождения нового белорусского рубля. Настоящие испытания только начинаются. Так что, друзья, никакой мистики, немного методологических хитростей, административного давления, ситуативного везения, содействия населения – вот и имеет курс BYN-рубля к народной валюте беларусов ($ -доллару), как на начало 2016 года.

Поздравляю тех, кто сумел на этом этапе заработать на BYN-рублёвых вкладах. Тренд слабеет. Дуют ветры перемен. Готовимся к новым закладкам. Это касается тех, кто продолжает играть в депозитные игры. А остальным стоит ждать резкого роста «жировок», акцизов на бензин и подорожания жизни в целом».

 

 
Оцени статью:
1
2
3
4
5
Средний балл - 4.5 (оценок:39)